Борис Акунин, он же Григорий Чхартишвили, написал новый детектив и пафосно презентовал его в модном московском ресторане «Граф Орлов». Герой книги - внук любимого акунинского сыщика Эраста Фандорина Николас. Но не только он. Книга называется «Ф.М.», на обложке ее изображен Достоевский, потому сразу понятно, что вечно живой классик имеет к новому детективу самое непосредственное отношение.
Только теперь это уже даже и не совсем книга, и читателю и после ее прочтения найдется чем заняться. За вполне реальное, не литературное, вознаграждение.
ФМ-книга
 Книга Бориса Акунина «Ф.М.» (фото ИТАР-ТАСС) |
Книга только-только должна появиться в магазинах, и автор слезно просил не раскрывать, кто, собственно, убийца. Не буду. Отмечу лишь, что это детектив, развивающийся сразу в двух эпохах.
Во времена Достоевского в не известной литературоведам рукописи Федора Михайловича «Теорийка», якобы первой версии «Преступления и наказания», где убийца движим иными причинами, чем Раскольников, убил он не двух старушек, а гораздо большее число пожилых людей, да и не Раскольников это вовсе. И в наше время, в котором потомок Эраста Фандорина эту таинственную рукопись разыскивает и собирает по кусочкам, попутно натыкаясь на трупы бывших владельцев национального достояния.
Рукопись Достоевского - главная литературная особенность новой книги. Господин Акунин признался, что стиль Федора Михайловича кажется ему наиболее сочным из всех русских классиков. Поэтому он и решил его воспроизвести.
Получилось любопытно и достоверно. Акунин даже не поленился вставить в текст фразы из реального «Преступления и наказания», и истинные любители и классика, и современника могут сравнить эту занимательную фальсификацию с оригиналом. В книге присутствуют и фотокопии «рукописи», написанные почерком Достоевского и с «его» рисунками. По заказу господина Акунина эту «рукопись» изготовил его знакомый каллиграф.
Все это, как полагает автор, может вызвать претензии у серьезных литературоведов и знатоков Достоевского. Хотя сам же и признает, что не будут ученые сильно обижаться на популярный детектив, не претендующий на научность.
Помню, когда я слушала спецкурс по Достоевскому, который читал на факультете журналистики солидный ученый в этой области Игорь Волгин, мы в качестве упражнения всерьез обмусоливали версию о том, что настоящий Федор Достоевский, сын Михаила Достоевского, умер в ранней юности, а документы его присвоил оказавшийся рядом с ним в этот печальный момент некто истории не известный. И вся эта прекрасная литература принадлежит лишь фамилии «Достоевский» да таинственному незнакомцу с темным прошлом, которого мы никогда уже не узнаем.
Так что нападки вряд ли будут, и не только по причине «несерьезности жанра», но и потому, что по богатству фантазии достоеведы могут конкурировать с профессиональным детективщиком.
ФМ-игра
 Писатель Борис Акунин (фото ИТАР-ТАСС) |
Господин Акунин признался, что на игру вокруг Достоевского его вдохновила любовь к двум авторам. Непосредственно к классику, а также к Борису Гребещикову, написавшему о Достоевском песню, после чего объявил о том, что песня немедленно будет исполнена. И тут на сцене появился Борис Гребенщиков (параллельно похваставшийся своим новым диском, в состав которого и входит вышеупомянутая песня). Пока БГ пел, окружающие нервничали и плевали через левое плечо, ибо следующим логичным ходом было бы объявление о выходе на сцену второго вдохновителя «Ф.М.», то есть непосредственно самого Ф.М.
Этого, слава богу, не случилось, зато Акунин объявил о начале игры в Достоевского. Вместе с рукописью потомок Фандорина в книге искал и драгоценный бриллиантовый перстень Порфирия Петровича, сыщика из «Преступления и наказания».
Перстень якобы принадлежал Достоевскому и был в свое время подарен писателю некими студентами-правоведами. Равно как и в поисках рукописи, в поисках перстня Фандорину должны были помогать стихотворные подсказки одного из героев «Ф.М.».
Но если рукопись Фандорин нашел, то на поиски перстня его уже не хватило. Потому сотрудники издательства «ОЛМА» решили сами отыскать реликвию, разгадали тайну стихотворения, разрыли кусочек московской земли в подозреваемом месте и нашли-таки колечко.
Перстень, разумеется, к Достоевскому не имел никакого отношения, так как изготовлен был через четверть века после его смерти, в 1905 году. Но тем не менее он вполне драгоценен, сделан из золота и бриллианта в 3,5 карата. Этот перстень будет подарен тому, кто также сумеет разгадать загадку и внятно объяснит, как именно стихи указывают на местонахождение реликвии (условия игры подробно изложены на последних страницах «Ф.М.»). Разгадку стихотворений стоит искать в биографии классика и в его произведениях. Так что желающим получить драгоценность все же придется рыть землю, хоть в фигуральном смысле.
Разумеется, вся эта игра свидетельствует о том, что и Борис Акунин поддался всеобщей заразе - ренессансу русской классики, в русле которого очень успешно шли авторы телесериалов «Идиот» и гоголевской смеси. Ведь и сам он признался, что если после его книги «Преступление и наказание» станет бестселлером, он сочтет свою задачу выполненной. Правда, он придумал совсем уж хитрый ход, который не мог не вызвать восхищения и благородной идей, и мастерством воплощения. Учитывая всю грядущую суету с перстнем, разгадку которого надо искать не только в «Преступлении и наказании», но и во всем Достоевском, даже, вероятно, в его дневниках и письмах, алчные искатели сокровищ сметут с прилавков не только историю бывшего студента Раскольникова, но и полное собрание сочинений классика.
Есть и еще кое-что. Не исключено, что автор устал от того, что с ним делают в кино. Ведь Акунин - один из самых экранизируемых современных писателей. Конечно, без его «добро» не обходится ни один фильм, разумеется, он сам может работать над сценарием. И все же кошмарно видоизменяются на экране его творения. Пожарский в «Статском советнике» из ублюдка-карьериста становится чуть ли не положительным героем-государственником, и индвидуалист-Фандорин меркнет на его фоне. Цвет русской армии из «Турецкого гамбита» на экране превращается в стадо возбужденных самцов, пускающих слюни на столичную барышню, из кокетки-сыщицы превратившуюся просто в кокетку. С «Ф.М.» провернуть такое будет сложнее.
На вопрос ВЗГЛЯДа, думает ли он об экранизации книги, Акунин начал отнекиваться. Дескать, книга новая и никто к нему еще не обращался. Но потом довольно долго и азартно говорил о том, как бы он сделал Ф.М.-кино. Что такой фильм должен был бы состоять из двух частей, что историческую часть он сделал бы красивой и костюмной, а часть современную - мультфильмом, в котором действуют Человек-паук, Красная Шапочка и японские Ниндзя. Но что работа эта - для режиссера-экспериментатора, коих мало в современном российском кинематографе.
А значит, все-таки про Ф.М.-кино он думает и, может быть, даже ждет смелого режиссера-экспериментатора, который сделает из «Ф.М.» что-нибудь особенное изысканное.
И, может быть, это - тоже часть игры.