Максим Кононенко: Власть народа, а не процедуры

Да, у Януковича были судимости по нехорошим статьям. Да, в его пользу приписывали на востоке. Но ведь за Ющенко приписывали на западе. И Ющенко устраивал цирк с присяганием на Библии, над чем смеялись все нормальные люди. То есть оба кандидата выглядели одинаково плохо. И почему это Янукович не может стать президентом, а Ющенко может?

Я тогда был моложе и значительно глупее. Я думал, что результаты выборов определяет процедура. И если посчитали в пользу Януковича, то, значит, выиграет Янукович. И Янукович будет легитимным президентом. Потому что легитимность определяет Центральная избирательная комиссия.

Именно так до сих пор думает подавляющее большинство российской уличной оппозиции. Они говорят: если на выборах были фальсификации, значит, Медведев (Путин, «Единая Россия») нелегитимны.

Но легитимность определяет не Центральная избирательная комиссия. Легитимность определяет народ. И теперь я понимаю, что имел в виду Марат Гельман. Он говорил, что украинский народ не хочет сейчас Януковича. И что бы вы ни делали, Янукович президентом не станет. А если русский народ хочет Медведева (Путина, «Единую Россию»), то сами выборы не имеют никакого значения. Это просто формальная процедура. Это, кстати, именно та причина, по которой я не ходил на выборы президента в 2004-м году. Потому что в обществе было согласие: пусть будет Путин. А уж оформить это согласие − совсем не моя задача.

Звучит, быть может, цинично, но это и есть самая что ни на есть реальная правда. И задолго до только что закончившихся украинских выборов было понятно, что украинский народ не хочет видеть Тимошенко своим президентом. А значит, как сказал бы Марат Гельман*, Тимошенко ни при каких условиях не могла теперь стать президентом. И совершенно неважно, какой разрыв между двумя кандидатами. Совершенно неважно, кто какие митинги устроит, какие суды выиграет и в каких регионах как проголосовали. Важно лишь то, что Тимошенко сейчас не хотели. Причин можно назвать три миллиона, но пусть их анализирует кто-то другой. Нам важны не причины. Нам важны следствия. А следствия таковы − президентом стал Янукович. Не потому, что он лучше. А потому, что он − не Тимошенко.

Именно так было пять лет назад. Ющенко стал президентом не потому, что он был лучше. И даже не потому, что за него проголосовало большинство населения (сейчас мы знаем, что это было не так). Ющенко стал президентом потому, что народ не хотел Януковича. Опять-таки, не предмет этой колонки анализировать причины, почему его не хотели. Но его не хотели. Поэтому согласились на Ющенко, который привел страну к деморализации и экономической катастрофе.

Сейчас точно так же согласились на Януковича. А в России в 1996-м согласились на Ельцина. Потому что не хотели Зюганова.

Сейчас Антон Носик пишет, что нынешняя Украина − это Россия 1996-го. И что Украина сейчас проходит ту черту, которую Россия в 1996-м не прошла. Они, дескать, позволили стать президентом Януковичу, а мы Зюганову не позволили. А Янукович − это как раз тот самый Зюганов, и сейчас мы на примере Украины посмотрим, каково было бы России с Зюгановым.

Но в 1996-м году в России не хотели Зюганова. И вместо него позволили стать президентом Ельцину. С фальсификациями, да, но, повторим слова Гельмана еще раз, Зюганов ни при каких условиях не мог тогда стать президентом. И поэтому Янукович сегодня − это Ельцин 1996-го. И, как это ни парадоксально звучит, Янукович сегодня − это Ющенко пять лет назад. Потому что механизм его легитимности тот же.

Вот из этого и стоило бы исходить. В этом и заключается собственно демократия: когда народ имеет того руководителя, которого хочет. А если никакого не хочет, то тогда хотя бы того, которого не хочет меньше, чем другого. А все разговоры о «процедуре», о конституционности и о признании международных наблюдателей − это, конечно, занимательно, но не более того.

Потому что демократия − это власть народа, а не власть процедуры.

* Признан(а) в РФ иностранным агентом