России не следует соглашаться на предложение Тирасполя разместить в Приднестровье ракетные комплексы «Искандер». Это приведет к ослаблению Молдавии и активизации реваншистских настроений в Румынии, что грозит новым расширением НАТО на Восток. При этом США ведут себя некорректно в отношении России, не привлекая ее к консультациям по ПРО. Об этом в интервью газете ВЗГЛЯД заявил старший научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики международных отношений РАН Владимир Евсеев.

− Владимир Валерьевич, президент Приднестровья Игорь Смирнов заявил, что Тирасполь готов стать площадкой для российских ракетных комплексов «Искандер» в ответ на возможное появление в Румынии элементов американской ПРО. Стоит ли Москве подумать над этим предложением?

«Любое дополнительное размещение российских войск на территории Приднестровья не будет отвечать российским национальным интересам. Потому что в этом случае местные власти возьмут курс на создание независимого государства по образцу Абхазии и Южной Осетии»

− На это предложение Москва реагировать не должна. Те противоракеты, которые планируется разместить в Румынии, − это ракеты SM-3. В нынешнем виде они предназначены для уничтожения ракет только средней дальности. Россия таких ракет не имеет. Эти комплексы не предназначены для уничтожения межконтинентальных баллистических ракет. Потенциальная угроза может возникнуть в будущем, когда на базе SM-3 будут созданы более мощные ракеты, которые будут аналогичны тем, что планировалось поставить в Польше. Однако сколько потребуется времени на это, совершенно непонятно. Поэтому, исходя из этого, никакой потребности размещения «Искандеров» в Приднестровье нет.

− Какие ракеты американцы хотели разместить в Польше?

− В Польше, по сути, планировалось поставить многоступенчатые межконтинентальные баллистические ракеты. Они, в принципе, могли догнать стартующие российские ракеты. Однако таким потенциалом ракеты, которые планируется поставить в Румынии, даже к 2015 году обладать не будут.

Старший научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики международных отношений РАН Владимир Евсеев (фото: nuclearno.ru)

− Нужно ли каким-либо образом усиливать российское военное присутствие в Приднестровье?

− Любое дополнительное размещение российских войск на территории Приднестровья не будет отвечать российским национальным интересам. Потому что в этом случае местные власти возьмут курс на создание независимого государства по образцу Абхазии и Южной Осетии. Однако для России это угроза получить еще один очаг напряженности, который приведет, по-видимому, к дальнейшему ослаблению молдавских властей. Возможно, это будет подталкивать реваншистские круги в Румынии к захвату Молдавии. Такое направление событий не отвечает российским национальным интересам. Для России желательно, чтобы сохранялся баланс сил в Приднестровье.

Для России было бы оптимально иметь федеративное государство, где Приднестровье будет обладать достаточно широкими правами в составе Молдавии. В этом случае для России будет гарантировано, что территория Молдавии сохранит статус нейтрального государства. Румыния является членом НАТО, и таким образом расширение Румынии за счет Молдавии приведет к тому, что границы Североатлантического альянса еще больше приблизятся к Российской Федерации. Даже исходя из этого Россия не заинтересована в ослаблении Молдавии. С этой точки зрения для России желательно, чтобы Молдавия сохранила свою территориальную целостность.

− Недавно Болгария заявила о желании предоставить свою территорию американской ПРО. В случае положительного решения Вашингтона России следует опасаться этих систем?

− Румыния и Болгария, если там будут размещены элементы американской противоракетной обороны, не могут представлять сейчас никакой угрозы для Российской Федерации. Особенно в том случае, если будут размещаться те ракеты, которые заявлены, − ракеты SM-3. Потенциальная угроза может появиться в будущем по мере наращивания элементов ПРО. Россия опасается именно этого. Но большую опасность представляет то, что решения по противоракетной обороне принимаются невзирая на мнение России, без ее участия. Вот это является принципиально важным моментом. Одно дело, если бы ее пригласили, обсудили бы с ней, где лучше разместить эти элементы. В таком случае Россия не проявила бы озабоченность. Но если создаются какие-то новые объекты в относительной близости к территории Российской Федерации, эти объекты создаются невзирая на мнение России, в этом случае вполне очевидно ожидать негативную реакцию со стороны Москвы.

− Вы верите в то, что в будущем Вашингтон захочет разместить ПРО в Грузии? Ранее в Тбилиси заявляли, что позитивно отнесутся к такому предложению.

− С военной точки зрения развертывание элементов ПРО США в Грузии может быть выгодно, учитывая ее приближенность к территории Исламской Республики Иран. Однако следует учитывать, что размещение этих объектов будет ограничено рельефом местности. Потому что таким образом закрываются определенные направления просмотра. Кроме того такое размещение приведет к ухудшению российско-американских отношений. По сути, произойдет то же самое, если Россия начнет разворачивать дополнительные войска в Приднестровье. Поэтому с политической точки зрения целесообразности развертывания каких-либо объектов в Грузии нет. Тем более до тех пор, пока остается высокий уровень конфронтации между Москвой и Тбилиси.

− Сейчас продолжаются переговоры по заключению нового СНВ. Недавно посол США в России Джон Байерли заявил, что в документе будет увязка между наступательными и оборонительными вооружениями. Если это действительно так, то договор от этого выигрывает?

− Во всех прошлых договорах везде отражалась взаимосвязь между стратегическими наступательными и стратегическими оборонительными вооружениями. Однако упоминание в преамбуле о такой взаимосвязи не будет налагать на США никаких обязательств по неразвертыванию, например, элементов противоракетной обороны в Румынии или Болгарии. Исходя из этого, указание об этом в преамбуле договора весьма желательно, но надо понимать, что этого явно недостаточно для выстраивания партнерских отношений между Россией и США в плане создания американцами противоракетной обороны.