Максим Кононенко: Россия для русских

Дизайнер Артемий Лебедев годами отстаивает, казалось бы, странные и не имеющие никакого отношения к его бизнесу вещи. Например, написание слова «интернет» с маленькой буквы или символ рубля в виде дважды перечеркнутой буквы Р.

Вот зачем ему это? А затем, что Тёма, в отличие от подавляющего большинства других людей, не подстраивается под окружающий мир, а пытается формировать его сам. Ему комфортно жить в мире, где «интернет» – это не имя собственное, а такой же общеупотребительный термин, как «телефон». Ему комфортно жить в мире, где вместо громоздкого и неформализованного RUB или даже RUR существует общеупотребительный и всеми понимаемый символ, такой же как $, € или £.

«Если русская девушка хочет носить паранджу – да пусть носит. Хочет носить сарафан – ради Бога. Хочет носить мини-юбку – пожалуйста»

Эта борьба Лебедева многим кажется битвой с ветряными мельницами. Официальные структуры инициативы дизайнера как бы не замечают, назначая символами рубля какие-то свои, наверняка защищенные частными копирайтами символы. Так же не готовы признать «интернет» просто словом формирующие нормативный русский язык профессора филологии.

Вот и со мной эти профессора наверняка не захотят соглашаться. Ведь у меня тоже есть идея фикс, которую я наподобие Тёмы отстаиваю уже много лет.

Идея эта очень простая – живущие в России люди называются русские. Без кавычек, без больших букв и без уточнений. Просто – русские.

Признаюсь, идея эта вовсе не моя. Я почерпнул ее в советских кинофильмах по романам Юлиана Семенова. В них западные люди называли СССР «Советами», а всех людей из СССР – русскими. И мне это, честно говоря, очень нравилось. Раз уж у киношных капиталистических акул это вызывало уважение. Я с этим и вырос – я русский, из Советов.

Поездив по заграницам, я понял, что Юлиан Семенов ничего не выдумывал: всех людей, говорящих на русском языке, на Западе называют русскими. Как и всех людей из России. И это было настолько естественно, что против этого просто нечего было возразить. Ну а кто еще живет в России? Русские, разумеется. Страна называется Russia. А жители ее называются russians.

Я так и писал все время во всех своих материалах: русские. Пока однажды не случился первый в истории Русский марш. После него, если кто не помнит, в медиа случился взволнованный скандал о приходе фашизма. И в качестве основного доказательства прихода фашизма приводился скандировавшийся маршировавшими лозунг: «Россия для русских». Я в своем блоге тогда же и удивился: а что, собственно, тут такого? Для кого Россия еще, ежели не для русских? Прочитав это, профессор Евгения Альбац даже позвала меня на свою передачу. В первый и последний раз.

Я говорил ей, что в русские в России – это как французы во Франции. Альбац говорила мне, что ни фига. Что во Франции таки французы, а в России таки русские, татары, евреи, чеченцы и прочая. Я недоумевал. Ведь во Франции нет никаких евреев! Есть только французы! Даже негры во Франции называются только французами! «Гражданская нация», – говорила мне странные слова Евгения Марковна. А почему у нас-то тогда не гражданская нация?

Не понимаю.

Я пытался объяснить ей, что даже по правилам русского языка, слово русский – это не существительное, а прилагательное. Которое прилагается к другим словам. Русский еврей. Русский татарин. Русский чеченец.

«Нет! – восклицала профессор. – Россия не только для русских! Россия для всех!»

А вот с этим я решительно не мог согласиться. Это значило, что Россия – для тех же французов, для американцев, для эстонцев и для марсиан. «Черта с два!» – сказал я Евгении Марковне, после чего она заклеймила меня фашистом и перестала звать на свои передачи.

Разумеется, в ходе дискуссии мне говорили про то, что есть слово «россиянин». Это выдавало в моих оппонентах вопиющую неграмотность. Я-то как недавний студент Литературного института имени Горького помнил, что, согласно словарю Даля, слово «россиянин» вообще не является русским. Это польское слово, являющееся (surprise!) синонимом слова «русский».

Существует, конечно, еще один важный вопрос. Уже со стороны русских по национальности. «Как же так? – вопрошают русские по национальности. – Евреи, будучи русскими евреями, все равно остаются евреями. Татары, будучи русскими татарами, все равно остаются татарами. Русские чеченцы остаются чеченцами! А как же, собственно, мы? Русские мы кто? Русские русские? Но это же глупо!»

А это, дорогие мои соплеменники, наша цена. Это цена, которую мы должны заплатить за то, что под названием нашего с вами народа объединились почти две сотни других народов. Если мы хотим, чтобы Россия была самым большим в мире многонациональным государством, – мы должны растворить эту многонациональность в себе. Если же не хотим – тогда Евгения Марковна научит нас, как. Уверяю вас, Россия скукожится до одного, местами двух колец областей вокруг Москвы буквально за несколько лет.

Национальные обычаи, масленица, пост и водка – это прекрасно. Но ведь никто не мешает каждому конкретному человеку исповедовать то, что он хочет. Хочет русский нырять в крещенскую прорубь? Да пожалуйста! Хочет русский резать барана на курбан-байрам – да пусть режет. Разумеется, с теми гражданскими условиями, что купающиеся в проруби русские не оставят после себя горы пустых бутылок, а совершающие жертвоприношение барана русские не станут делать это на виду у всей улицы. Это не имеет никакого отношения к вероисповеданию. Это просто правила общежития.

Если русская девушка хочет носить паранджу – да пусть носит. Хочет носить сарафан – ради Бога. Хочет носить мини-юбку – пожалуйста. Всё, что не противоречит законам нашей страны, не может запрещаться никем – ни православными, ни мусульманами, ни буддистами. То есть представители духовенства этих религий могут сколько угодно выступать со своими мнениями, но это личное дело каждого конкретного русского в России – прислушиваться к духовенству или же класть на него. Лично я на духовенство кладу.

Говорят, что в Европе подобная модель (называемся «мультикультурализм») провалилась. Но я не про мультикультурализм говорю. Европа провалилась в попытках интегрировать в свою культуру понаехавших. Россия же сама включила в себя  все те сто восемьдесят народов, которые входят в ее состав. И скажем спасибо советской власти за то, что она насадила среди этих включенных народов русскую грамоту.

То есть мультикультурализма в России не надо. У нас единая культура. Религии разные – а культура единая. Наша единая культура – это общенациональные «Ирония судьбы», Путин и Пугачева. Наша единая культура – это Земфира, Алсу, Жасмин, Сати Казанова и Вера Брежнева. Я просто в попсе разбираюсь несколько лучше, чем в кино, но ведь в кино наверняка всё то же самое. Все вышеперечисленные мной девушки – русские. Несмотря на то что они башкирские русские, татарские русские, еврейские русские, кабардинские или украинские русские. Они – русские.

А Россия – для русских.