Кирилл Бенедиктов: Партизанский край

«Люди с пеной у рта доказывают, что милиционеров нужно убивать, а преступники – молодцы! Это ужас какой-то!» – возмущался офицер краевого УВД Михаил Константинов. Ужас? Возможно. Но вполне предсказуемый.

Дальний Восток обычно мало интересует жителей Москвы и Санкт-Петербурга. Это очень далеко, лететь туда долго и дорого, среднестатистический обыватель знает о Дальнем Востоке только то, что там много машин с правым рулем и китайцев. Но за последнюю неделю Дальний Восток неожиданно стал популярен - там случилось маленькое восстание. А восстание, согласитесь, это всегда интересно.

«Складывается впечатление, что «партизаны» взялись за оружие не потому, что хотели очистить дальневосточную землю от наемников «мировой закулисы», а потому, что у них накопились собственные счеты к милиции»

Информации о событиях, сотрясавших Приморье в первую декаду июня, довольно много, хотя она обрывочна и противоречива. По одной из версий, бывший офицер ГРУ Роман Муромцев некоторое время назад начал личную борьбу с милицейским беспределом: сначала писал письма в краевое УВД и другие инстанции, обвиняя милицейское начальство в коррупции и «крышевании», потом, когда стало ясно, что на его сигналы никто не обращает внимания, решил взяться за оружие. Он нашел ребят, испытавших на себе все прелести милицейского произвола, и сформировал из них «партизанский отряд». Известны имена «партизан»: Александр Сладких, Андрей Сухорада, Александр Ковтун, Роман Савченко, Владимир Илютиков. Сухорада при этом якобы был «скинхедом», боролся с китайским засильем на Дальнем Востоке. Под руководством Муромцева эта группа совершила несколько нападений на сотрудников милиции - в ночь с 26-го на 27 мая в селе Ракитное Дальнереченского района было ограблено отделение милиции и зарезан милиционер, ночью 29 мая в селе Варфоломеевка обстреляли патрульную машину милиции, при этом  один милиционер был ранен. Наконец, ночью 8 июня в селе Хвалынка была обстреляна машина ДПС ГИБДД. Экипаж машины получил легкие ранения.

Строго говоря, это все, что успели сделать «партизаны». Во всяком случае, согласно  официальным сводкам, а им в данном случае стоит верить - нападения на милиционеров не относятся к тем инцидентам, которые МВД склонно замалчивать. В какой-нибудь Ингушетии или Чечне, правда, нападения на сотрудников правоохранительных органов происходят едва ли не каждый день, а в Дагестане, похоже, вообще стали национальным спортом, но то Кавказ, а тут спокойный, мирный Дальний Восток. И власть приняла экстренные меры.

В начале июня на поимку «партизан» было брошено около трехсот сотрудников милиции, к 9 июня их число выросло до 1300. На всех дорогах были расставлены усиленные наряды ГИБДД, кое-где появилась бронетехника. Под особую охрану были взяты детские лагеря и санатории, в небе летали милицейские вертолеты, при въезде во Владивосток и Уссурийск проверялись все автобусы и подозрительные автомобили. «Впечатлительному человеку, оказавшемуся вчера в Приморье, ничего не оставалось, как предположить, что началась война с Китаем», - сообщал с места событий белорусский корреспондент.

Ходили слухи, что дальневосточное милицейское начальство получило жесткий приказ: покончить с бандой до 12 июня, Дня независимости России. По одной из версий, «партизаны» готовили в этот день крупный террористический акт...

Силовики задание выполнили: утром 11 июня «партизаны» были окружены в одном из домов Уссурийска. Сухорада и Сладких то ли были убиты при штурме, то ли покончили с собой, Илютиков и Ковтун сдались властям. Ранее были задержаны Роман Савченко и не фигурировавший до того в милицейских ориентировках Максим Кириллов. Что же касается лидера группы, Романа Муромцева, то история с ним оказалась запутанной до крайности: сначала выяснилось, что ориентировка была сделана не на того человека (однофамильцем Муромцева оказался дважды судимый - за разбой и за наезд на пешехода - и никогда не служивший в армии человек), затем СКП сделал официальное заявление о том, что Роман Муромцев не входил в банду, нападавшую на милиционеров. В то же время в Сети продолжают появляться воззвания, подписанные Романом Муромцевым, «командующим Русской армией на Дальнем Востоке, офицером ВДВ России».

Последний из бандитов, Александр Ковтун, сдался властям после переговоров с матерью (фото: vl.ru)

То есть невероятным напряжением сил дальневосточной милиции удалось уничтожить двоих и взять живыми четверых членов «партизанского отряда» в возрасте от 18 до 23 лет. А главный вдохновитель войны с милицейским беспределом то ли не существовал вовсе, то ли растворился в интернет-сетях. Между тем есть серьезные основания полагать, что именно идеологическая составляющая приморских событий и вызвала столь жесткую и непропорциональную реакцию власти.

Тут надо иметь в виду, что все, кто пытается выстроить свою версию происходящего в Приморье, ходят по очень тонкому льду - просто потому, что информационный туман, окутывающий Дальний Восток, не дает возможности с уверенностью утверждать, что все было именно так, а не иначе. Основываясь на той обрывочной информации, которая попадает в СМИ, можно предположить, что хронологически события разворачивались следующим образом:

1. Некто, подписывающийся псевдонимом «Присяжный» (предполагают, что это был полумифический Муромцев), рассылает письма в органы власти Приморья, требуя остановить беспредел в милиции. Пока без угроз. Реакция властей - нулевая.

2. В конце апреля - начале мая в УВД края, краевую администрацию и редакции ряда приморских газет приходят письма с ультиматумом: в течение месяца сменить руководство милиции Приморья, начать борьбу с коррупцией. В противном случае авторы (анонимные) обещали перейти к решительным действиям. Когда к концу мая стало ясно, что никто не собирается выполнять требования, изложенные в ультиматуме, начались нападения на сотрудников милиции.

3. 5 мая на ряде националистических сайтов появилось первое «обращение Муромцева», адресованное полковнику Квачкову (тому самому эксперту-взрывотехнику ГРУ, которого пытаются обвинить в организации неудачного покушения на Чубайса), а также «всем, у кого осталась честь и совесть». В обращении, в частности, говорилось: «Мы воины нашей многострадальной и порабощённой России говорим Вам: Мужики если в Вас осталась хоть что-то русское, то тогда хватить бухать и ныть на кухне, пусть наш подвиг будет для Вас примером и инструкцией для дальнейшего действия по спасению нашей Родины во имя будущего наших детей. Больше нету сил терпеть безпредел мировой закулисы, которая творит террор на нашей земле». (Орфография и пунктуация оригинала сохранены).

4. 9 июня на одном из дальневосточных сайтов появляется «приказ о мобилизации населения в борьбе с оккупантами», подписанный «командующим Русской армией на Дальнем Востоке, офицером ВДВ России Романом Муромцевым».

Если последний «приказ» выглядит, строго говоря, как не очень умная шутка, а от первого «обращения Муромцева» за версту несет провокацией, направленной, скорее всего, против полковника Квачкова, то письма, которые «партизаны» рассылали в УВД и прокуратуру перед тем, как начать боевые действия, заслуживают внимания. Допустим, сам «Роман Муромцев» - это фейк, такой дальневосточный Робин Гуд, который то ли был, то ли не был, но все о нем слышали, все в него верят. Но кто-то же эти письма писал?

«Савченко Роман, поступил в мореходку, вернулся недавно из Калининграда с соревнований по стрельбе, где занял призовое место. Возвращается в родную деревню - его хватает милиция, бьет и заставляет признаваться, что он ограбил какую-то дачу. Двух парней до этого избили так, что они полтора месяца валялись по больницам. Я думаю, что, конечно, еще психология слабая, молодая, надломленная. И когда с ними вот так поступили, они просто пошли на крайние меры. Потому что не видят никакой защиты от государства. Некуда обратиться», - говорит депутат городской думы Владивостока Николай Марковцев. «Они хотели обратить внимание руководства УВД и прокуратуры на то, что творится в силовых структурах в провинции, их не услышали», - считает отец Романа Савченко.

Складывается впечатление, что «партизаны» взялись за оружие не потому, что хотели очистить дальневосточную землю от наемников «мировой закулисы», а потому, что у них накопились собственные счеты к милиции. К той самой, которая «меня бережет». Вполне возможно, что акции «партизан» в Ракитном, Варфоломеевке и Хвалынке осуществляли одни люди, а «воззвания» и «обращения» писали совсем другие, сидящие в тепле и уюте безопасных офисов.

Но вот что важно: общественное мнение на протяжении всей этой истории было на стороне «партизан». Им сочувствовали, ими восхищались. «Люди с пеной у рта доказывают, что милиционеров нужно убивать, а преступники - молодцы! Это ужас какой-то!» - возмущался офицер краевого УВД Михаил Константинов. Ужас? Возможно. Но вполне предсказуемый.

Милицию не любят, милицию боятся. Это для офицера Константинова новость? Вряд ли. Тогда стоит ли ужасаться тому, что когда милиционеров начали убивать, сразу же нашлись десятки людей, которые этому обрадовались?

Дальний Восток обычно мало интересует жителей Москвы и Санкт-Петербурга (фото: vesti.ru)

«Реформа МВД», о которой много говорили после суда над Евсюковым и скандала с майором Дымовским, судя по всему, утонула в бюрократическом море. Возможно, какие-то меры будут приняты: уволят десять-двадцать наиболее одиозных коррупционеров, повысят зарплаты оперативникам, обяжут милиционеров при задержании читать «предупреждение Миранды», - но система в целом останется той же, какая она сейчас. Почему? Да потому что она плотно инкорпорирована в существующую вертикаль власти, поддерживает ее и ею поддерживается. «Партизанская война» против милиции на Дальнем Востоке - не столько обычный бандитизм, сколько социальный протест, принявший уродливую форму бандитизма, и в этом смысле жесткая и избыточная реакция власти вполне понятна - приморские «робингуды» посягнули на нее самое. Не на «мировую закулису», не на агентов ZOG, а на чиновников, назначенных Кремлем. На того же губернатора Дарькина, к которому у жителей Дальнего Востока накопилось немало претензий. «Очень тяжелая жизнь в Приморье. Многие люди обращаются и в правоохранительные органы, и к губернатору, и к мэрам. Но с их нуждами, даже мелкими, их цинично отфутболивают. Взять поселок Горные ключи Кировского района, откуда руководитель этого «повстанческого отряда». Это хорошее место, там санатории. Но там всё забрали в частные руки, и теперь эти несчастные селяне должны брать в аренду свои котельные, чтобы отапливать дома. В Верховном суде жители села выиграли: отменили этот закон, который инициировал губернатор Дарькин и его послушные депутаты. Но, тем не менее, до сих пор данное решение Верховного суда не исполняется. 500 человек из этого села написали президенту Медведеву - он им даже не ответил. Куда еще им обращаться? Ведь в высшей судебной инстанции, в Верховном суде России, они уже выиграли!» - рассказывает редактор краевой газеты Мария Соловенко.

В данном случае даже неважно, что Роман Муромцев из Горных ключей - это не руководитель «партизанского отряда», а тот самый «однофамилец», который боится сейчас высунуть нос из своей съемной квартиры во Владивостоке. Потому что таких Горных ключей в Приморье много. И отчуждение власти от народа происходит не только там. И милиция, обязанная защищать эту «отчужденную» власть, все чаще воспринимается народом как враг. И чем дальше заходит это противостояние, тем более озлобленными выглядят обе стороны.

9 июня в рамках операции по ликвидации «банды Муромцева» бойцы ОМОНа задержали в Горных ключах некоего Евгения Кулина, знакомого Романа Муромцева. Это было еще до того, как выяснилось, что Муромцев из Горных ключей никакого отношения к автору воззваний в Интернете, «офицеру ВДВ» Муромцеву не имеет. Кулина задержали в тот момент, когда он вел домой сына из детского сада. Вернулся он из милиции только ночью, с отбитыми почками. На следующий день СКП сделал заявление о том, что Роман Муромцев не входил в банду, нападающую на милиционеров в Приморье.

По словам Марии Соловенко, к трем милиционерам из Горных ключей приставили охрану - чтобы мстители не могли к ним подобраться. «Это те самые милиционеры, которые самые наглые, самые циничные, безобразно себя ведут по отношению к людям». Само по себе это довольно анекдотично - милиция под защитой спецназа, но главное, что никакой спецназ не сможет охранять милиционеров из Горных ключей вечно. И что начнется потом? Новая партизанская война?

События июня 2010 года в Приморье - тревожный звонок для власти. Если власть отказывается разговаривать со своим народом, народ может взять в руки оружие. Существует ли в действительности «командир Русской армии на Дальнем Востоке» Роман Муромцев, неизвестно. Но офицеров, уволенных из спецподразделений, в России хватает. И у них, в отличие от обезвреженных и убитых в Уссурийске пацанов, решивших поиграть в робингудов, есть навыки ведения настоящей партизанской войны.

Противопоставить этому бронетехнику и вертолеты проще всего. Гораздо сложнее сделать так, чтобы люди, обиженные на милицию (или на любую другую государственную структуру), не считали, что месть с оружием в руках - их единственный выбор. Чтобы закон был одним для всех не на бумаге, а в жизни. Для пацана, ограбившего киоск, для милиционера, отбившего задержанному почки, или для губернатора, укравшего у государства миллиард.

Утопия? Возможно. Но альтернатива этой утопии - партизанская война с государством, переставшим выполнять свою главную функцию - защищать свой народ от угроз внешних и внутренних.

Очень не хочется, чтобы события в Приморье стали первым сражением этой войны.

ВИДЕО