Максим Кононенко: Дефицит справедливости

В минувшую субботу в России произошло крупное политическое событие: в городе Калининграде на митинг протеста против повышения налогов и платежей собрались около 10 тысяч человек.

Политическим этот митинг сделало вовсе не количество протестующих. Политическим его сделали политики, попытавшиеся немедленно приватизировать социальный протест. Представители «Солидарности» заявили, что это именно «Солидарность» собрала такое количество людей. Коммунисты сказали, что людей привели именно они. Справедливороссы и либерал-демократы, разумеется, не отставали.

«В России всего одна экономическая политика. На самую большую территорию на планете. И надо бы её подразделить»

Между тем любому человеку понятно, что если бы причины протеста калининградцев были истинно политическими, то в других регионах страны были бы (пусть усредненно) подобные политические причины. Между тем на митинг той же «Солидарности» в Москве на следующий день после калининградского митинга вышли пара сотен человек. То есть разница на порядок. А коммунисты и либерал-демократы вообще митингов не проводят – знают, что никто не придет. Значит, истинные причины калининградского митинга не политические, а иные.

Причины эти прозрачны и очевидны. Пограничные и оторванные от центра районы (Калининградская область, Дальний Восток) живут в особенных условиях – частная экономика там в гораздо большей степени замкнута на соседние страны (Польша, Германия, Китай, Япония), нежели на Москву. Не замечать этого несколько странно. И упорно сопротивляться попыткам этих регионов жить иначе, нежели иная Россия, «контрпродуктивно». Я, конечно, не Алексей Леонидович Кудрин, но все же мне кажется, что если оставить на Дальнем Востоке низкие ввозные пошлины на праворульные японские колымаги, то на Дальнем Востоке все будут довольны. А тем гражданам центральной России, которые спросят: «А мы как же?» – предложить очень простой ход – а вы переезжайте на Дальний Восток. Или в Калининградскую область. И тогда получите низкие пошлины на ввозимые автомобили. А условия ее получения очень простые: надо проработать в указанных регионах не менее года или двух. Именно проработать, а не просто прожить.

В минувшую субботу в России произошло крупное политическое событие: в городе Калининграде на митинг протеста против повышения налогов и платежей собрались около 10 тысяч человек (фото: РИА «Новости»)

Некоторое время назад я считал, что пограничные регионы надо переломить. Если я в Москве покупаю автомобиль за 30 тысяч долларов, то почему человек из Владивостока может иметь возможность купить такой же автомобиль за 10 тысяч? Но я смотрю по сторонам и учусь, я умею признавать собственные ошибки. Теперь я понимаю, почему человек из Владивостока имеет такую возможность. Потому что он живет во Владивостоке. Билет из которого до Москвы стоит дороже, чем билет от Москвы до Лос-Анджелеса. Это достаточное основание для налоговых преференций, мне кажется. Хотя, повторюсь, я не Алексей Леонидович Кудрин. Мне просто так кажется.

Итак, мы имеем людей с конкретными экономическими претензиями. Существует известное опасение, что удовлетворение этих экономических претензий породит неконтролируемую волну подобных претензий по всей стране. Я считаю, что эту волну можно купировать предложением переехать в льготные регионы. Причем государство может даже оказать некоторую помощь в таком переезде. Это могло бы решить множество социально-экономических проблем.

Президент недавно сетовал, что в России много часовых поясов. И надо бы подсократить. Председатель Государственной думы недавно сказал, что в России слишком много регионов. И надо бы подсократить.

Есть встречное предложение. В России всего одна экономическая политика. На самую большую территорию на планете. И надо бы её подразделить. Мне недавно пришел спам с Сахалина. Предлагалось купить бытовую технику «по московским ценам». И это на Сахалине, от которого до Японии можно теоретически даже на веслах доплыть. И если мы имеем разную экономическую реальность в разных регионах страны, то почему бы не подстроить государственную экономическую политику под эти разные экономические реальности? Ну не будут на Дальнем Востоке покупать «Жигули», хоть ты убейся. И в Калининграде не будут их покупать. Это доказано уже экспериментальным путем. Так и пусть – эти люди и так достаточно платят за то, чтобы решить простейшие бытовые вопросы. Они платят за то, что живут на краях необъятной страны. И это стоило бы преференций.

Я сам родился и вырос в Мурманской области. Советская власть боялась, что мы будем смотреть забугорное телевидение (умозрительный страх – нет ничего тоскливее финского и норвежского телевидения), поэтому после окончания телепередач нам включали так называемые «ночные фильмы». Показывали самое хорошее: комедии, детективы, даже какую-то легализованную иностранщину. И мы там, на Крайнем Севере, где жить, признаюсь вам, не очень прикольно, считали это некоей преференцией. Нам казалось, что таким образом советская власть как бы извиняется перед нами за полярную ночь, за мясо и масло по талонам, за «третий пояс», цены в котором были выше, чем во всей остальной стране. Причем советская власть извинялась, разумеется, не только ночным телевидением. А еще и северными надбавками и коэффициентами, которые повышали размер заработка порой в два и даже в три раза. Это было справедливо. И сейчас ничего этого нет. Сейчас все наоборот – зарплаты в приграничных регионах ниже, цены на российские продукты выше, а соблазнов очень и очень много.

И как только это экономическое разграничение совершится, никаких политических лозунгов больше не будет. Потому что еще Ленин говорил: политика есть концентрированное выражение экономики. И если бы калининградцам не повысили пошлины и коммунальные платежи, они бы и не подумали приходить на политический митинг.

Который, к слову, даже и не был политическим, пока его таковым не провозгласили.