Кирилл Бенедиктов: Демократия оптом и в розницу

Пентхаус Каспарова стоит 3,4 млн долларов. 162 квадратных метра, три спальни. По московским меркам – ничего особенного, некоторые чиновники живут куда просторнее. Но все-таки Манхэттен, Нью-Йорк.

Сообщается, что бывший шахматист, а ныне профессиональный оппозиционер, лидер движения «Другая Россия» совершил выгодную сделку – во-первых, выбил из продавца 10-процентную скидку, во-вторых, продал свою старую квартиру, тоже в Нью-Йорке. Старую квартиру Гарри Кимович купил пять лет назад за 320 тыс. долларов, а сейчас продал за 630 тыс. долларов. К тому же гроссмейстер получил солидный ипотечный кредит. В общем, собственно затраты на приобретение пентхауса оказались не так уж и велики – чуть больше миллиона баксов.

Экспорт демократии (а с точки зрения США, отделение Косова представляло собой важный шаг на пути к торжеству демократии и прав человека) не имеет никакого отношения к идеализму

Денежная часть Нобелевской премии мира, которую получил Обама, – 980 тыс. евро. То есть при желании президент тоже мог бы прикупить на нее какую-нибудь недвижимость, тем более что с получением ипотеки у него не должно быть больших проблем. Но Обама, понимая, что репутация важнее денег, решил отдать премиальные на благотворительность. Кому, правда, еще неизвестно. Возможно, деньги уйдут таким организациям, как National Endowment for Democracy, организации, которую, по словам известного американского экономиста Пола Крейга Робертса, «мы (то есть американцы) используем для инкубации цветных и бархатных революций».

Этот самый Пол Крейг Робертс вообще замечательный дядька. Он был помощником министра финансов в администрации Рейгана. И не просто помощником, а одним из создателей «рейганомики» – программы оздоровления экономики США в начале 80-х годов прошлого века. Можно сказать, что успехи «рейганомики» стали одним из факторов, предопределивших распад СССР. Робертс, по идее, должен был ненавидеть Россию как правопреемницу «империи зла» – напомню, что термин этот в отношении нашей страны впервые употребил как раз его шеф Рональд Рейган. Однако ничего подобного.

«Россия стоит на пути мессианского представления о роли Америки. Поэтому Россию обнесли частоколом из военных баз и превратили бывшие советские республики в марионетки». Это слова из интервью Робертса, данного ему российскому изданию «Слон». Означает ли это, что Робертс не любит свою страну? Напротив. Робертс – патриот США и яростный поборник гражданских свобод, гарантированных конституцией. Но вот то, что происходит в последнее время с «самой прекрасной демократией мира» (в кавычки это определение поставил сам Робертс), ему очень не нравится.

Не нравится то, что США потеряли значительную часть своего престижа, ввязываясь в войны в Ираке и Афганистане.

Не нравится то, что причиной этих войн было вовсе не стремление освободить иракцев и афганцев от диктаторских и антидемократических режимов, а желание крупных монополий США установить контроль над ближневосточными нефтяными месторождениями и природным газом Туркмении и Узбекистана.

Не нравится то, что в ходе этой «глобальной войны с терроризмом» агенты ЦРУ похищают людей на улицах демократических стран и увозят в секретные тюрьмы Узбекистана, Польши или Румынии.

В конце концов, Робертс считает унизительной ситуацию, когда конгресс США голосует не в соответствии с идеалами свободы и демократии, а так, как этого хотят влиятельные неправительственные организации.

Например, конгресс США отказался рассмотреть доклад ООН по расследованию конфликта в Газе, известный также как «доклад Голдстоуна» и посвященный военным преступлениям Израиля в секторе Газа. Против рассмотрения проголосовали 344 конгрессмена, за – всего 36. Когда такое соотношение голосов наблюдается в российской Думе, политологи горько вздыхают о «конце демократии». Но в конгрессе США нет «Единой России», не выстроена там и «вертикаль власти» от администрации президента до лидеров парламентских фракций. Зато есть различны лобби, самым влиятельным из которых по праву считается еврейское. «Сейчас американская правительственная палата показала всему миру на выборах, что она практически полностью состоит из раболепных, продажных израильскому лобби марионеток. Правительственная палата американской «супердержавы» показала, что выполняет все указания своего хозяина — Американо-израильского комитета по общественным связям (AIPAC)», – возмущается Робертс в статье «Империя Зла», опубликованной в немецком интернет-издании Hintergrund.

«А нет ли в этом антисемитизма?» – спросит вдумчивый читатель. Нет, Робертс вовсе не антисемит. Как, собственно, и сам автор доклада Голдстоун, «не только замечательный еврейский юрист, посвятивший свою жизнь привлечению к ответственности преступников, нарушивших права человека, но еще и сионист». Просто оба они – и Робертс, и Голдстоун – уверены, что идеалы демократии существуют не для того, чтобы ими торговать.

Потому что когда идеалы демократии превращаются в товар и все к этому привыкают, то сама демократия перерождается в нечто чудовищное. В полную свою противоположность.

Вернемся на минутку к Обаме, получившему в четверг в Стокгольме Нобелевскую премию мира.

«We must begin by acknowledging the hard truth: we will not eradicate violent conflict in our lifetimes. There will be times when nations — acting individually or in concert — will find the use of force not only necessary but morally justified», – вот что сказал лауреат премии мира в своей нобелевской речи. «Мы должны начать с признания горькой правды: мы не сможем искоренить жестокие конфликты за время, отпущенное нам. Наступит время, когда государства – действуя по одиночке или совместно – придут к тому, что использование силы не только необходимо, но и морально оправдано».

И далее: «The instruments of war do have a role to play in preserving the peace». – «Инструменты войны сыграли роль в поддержании мира».

Не одному мне эти слова живо напомнили знаменитую формулировку Оруэлла из антиутопии «1984»: «Война – это мир». Интересно, пробежал ли холодок по коже членов Нобелевского комитета, когда Обама завершил свою речь? Речь, прозвучавшую заявкой «самой прекрасной демократии на земле» на священное право вести войны во имя мира везде, где нарушаются основы демократии. «Мир – это не просто отсутствие конфликта. Только справедливый мир, основанный на соблюдении прав и достоинства каждого индивида, может быть долговременным. Я считаю, что мир недолговечен там, где гражданам отказывают в соблюдении прав свободы слова и вероисповедания».

Вот что сказал Обама. Главный миротворец 2009 года.

А впрочем, чему удивляться? В прошлом году такую же премию отхватил бывший президент Финляндии Марти Ахтисаари – за план окончательного отделения Косова от Сербии. Тогда политологи невесело шутили, что «нобелевская награда для г-на Ахтисаари станет наградой для наркомафии, спонсировавшей отделение Косова от Сербии и превращение провинции в «черную дыру» Европы». Однако если бы за спиной Ахтисаари стояли только албанские наркобароны, премию он мог бы и не получить. Решающим фактором стало то, что отделение Косова входило в планы тех же кругов, которые, по выражению Робертса, «обнесли Россию частоколом из военных баз» и не жалеют денег на «экспорт демократии». В Косове, кстати, располагается крупнейшая со времен войны во Вьетнаме высокотехнологичная военная база США Camp Bondsteel, а также несколько баз поменьше.

Если у кого-то и сохранялись еще иллюзии по поводу того, что новый президент США отойдет от «мессианского» курса, проложенного Биллом Клинтоном и Дж. Бушем-младшим, устанавливавшим демократию на Балканах и в Ираке, то после нобелевской речи все встало на свои места. Обама уверен в том, что «США должны служить образцом того, как надо вести войну». «Священные религиозные войны», с его точки зрения, не оправданы (поэтому ислам – враг цивилизованного мира). Оправдан только один тип войны – войны США за установление демократии во всем мире, за торжество «универсальных чаяний».

Демократия – доходный товар. Правда, ее экспорт сопряжен с определенными рисками, поэтому для того чтобы демократия экспортировалась без перебоев, нужно постоянно подкармливать ВПК. Но и выгода более чем очевидна.

Так, главным мотивом ввода войск НАТО на территорию Косова в 1999 году принято считать «защиту косовских албанцев от притеснений со стороны сербов». Или, во всяком случае, дальнейшее ослабление Сербии. Но любопытно, что сразу же после того, как войска НАТО были введены на территорию края, американские и западноевропейские компании «застолбили» за собой наиболее лакомые с точки зрения добычи полезных ископаемых участки Косова. Так, были взяты под контроль международных горнодобывающих компаний шахты Трепца в Леце (золото, серебро, свинец, цинк, уголь), месторождения боратов в районе Писканья, есть сведения об исследованиях залежей урана, проводимых западными экспертами. Интерес к инвестициям в добывающую промышленность края проявили такие компании, как «Бритиш петролеум», «Шелл», «Айрин Венчурс» и другие. Косово является своего рода «природной кладовой» – на его территории расположена значительная доля мировых запасов свинца, цинка, никеля, хрома, магния и других видов полезных ископаемых. Однако забота западного бизнеса о своих друзьях-косоварах не простирается так далеко, чтобы допускать албанцев на предприятия горнодобывающей промышленности. Это хорошо охраняемые объекты, работы на которых осуществляются квалифицированными рабочими (немцами, полякам и даже сербами), работающими вахтовым методом. А военные базы, упомянутые выше, построены вдоль маршрута будущего трансбалканского нефтепровода АМВО – альтернативного по отношению к известному проекту «Набукко». Реализация проекта АМВО позволила бы осуществить транспортировку нефти Каспия через нефтяной терминал в болгарском Бургасе, а затем через Македонию и Косово в албанский адриатический порт Влёра. Во Влёре нефть должна была перекачиваться на огромные танкеры вместимостью 300 тыс. тонн и отправляться в Европу и США в обход перегруженного Босфорского пролива, где вместимость танкеров ограничена 150 тыс. тонн.

(Кстати, проект АМВО разрабатывала компания Brown & Root Energy Services – британская «дочка» известной американской корпорации Halliburton. Той самой Halliburton, которой руководил бывший вице-президент США и главный «ястреб» в администрации Буша-младшего Дик Чейни, тоже большой борец за демократию и права человека).

Я позволил себе этот длинный экскурс в переплетение финансовых и геополитических факторов лишь для того, чтобы показать: экспорт демократии (а с точки зрения США, отделение Косова представляло собой важный шаг на пути к торжеству демократии и прав человека) не имеет никакого отношения к идеализму. Напротив, это бизнес, причем сверхдоходный.

Еще одна цитата из Робертса – на этот раз последняя. «Есть такой Кен Тиммерман, который руководит неправительственным Фондом демократии в Иране, организации, которую мы используем для инкубации цветных и бархатных революций. Через NED мы качаем деньги на Украину и в Грузию, чтобы там выбирали лидеров-марионеток. Наших марионеток, а не российских. Эти страны у нас в кармане, и Польша, и бывшие среднеазиатские республики – мы туда тоже сажаем марионеток и устраиваем в этих странах военные базы. России надо быть поосторожней. Помните олигархов, которых Путин выставил из страны? Этих людей мы можем использовать в качестве агентов. Так вот, этот Тиммерман написал, что деньги NED пошли к сторонникам Мусави и что за день до проведения выборов все было готово для «зеленой революции». Так что наши деньги в иранских верхах уже есть».

В Иране, правда, «зеленая революция» провалилась. Но что-то подсказывает, что США не оставят попыток сменить неподконтрольный им режим в Тегеране на марионеточное правительство, которое с легким сердцем передаст своим западным друзьям контроль над нефтегазовыми месторождениями страны.

А вот за Россию, пожалуй, беспокоиться не стоит. По крайней мере, пока лидеры нашей непримиримой оппозиции тратят деньги, выделяемые на подготовку «оранжевой революции», на приобретение недвижимости на Манхэттене.