18 марта, четверг  |  Последнее обновление — 17:45  |  vz.ru

Андрей Архангельский

 
Журналист, редактор отдела культуры журнала «Огонек». Родился в Севастополе в 1974 году. Образование высшее, журналистское и музыкальное. Всему в жизни обязан книгам и перестройке. Убежденный либерал. Печатается с 17 лет. Маниакально любит журналистику, одновременно ненавидя в ней литредакторов и литрабов, рекламщиков, менеджеров, пиарщиков, бездарей и приспособленцев всех возрастов, а также тех, кто не любит читать «длинные тексты». Противник объективности, так называемых фактов и форматов – предпочитает доверять эмоциям и чувствам. Страстный защитник сложноподчиненных предложений, борец за права восклицательных знаков и троеточий. Свободу слова считает главным достоянием демократии. Любит свободу не за тряпки и бабки, а просто так.


Авторские колонки

Когда коллектив Надежды Бабкиной (отмечающей 19 марта свой юбилей) называют продолжателями народных традиций, в этом нет никакой ошибки, правда, речь тут идет не о традиции народной песни, а о традиции ритуального одурачивания начальства.

В ночь с 9-го на 10 марта в моей квартире загорелась электропроводка, начался пожар. Мы с семьей провели незабываемый час на балконе шестого этажа, отрезанные огнем и дымом от входной двери. Но все обошлось.

Ехали мы по предвыборным делам в Рязань. За окном мелькали косые главки сточенных временем церквей. Белые поля и серые обочины. Придорожные шашлычные. И плакаты – на все вкусы.

Главный итог кампании 14 марта состоит в том, что «Единая Россия» сохранила лидирующее положение, но отвечать за трудности в регионах теперь придется и оппозиции, которая к этому не очень готова.

Для меня интереснее всего не вопрос о Сталине, а вопрос о Лужкове. Зачем чудит уважаемый мэр? То насмерть уперся с «Речником» этим самым, то вот приклеился к портрету Сталина… Чего это он?


Интервью

Алексей Андреев: Социальные сети – это пузырь
Евгений Федоров: Таймшеры не в юрисдикции России
Петр Налич: Ждем, когда заснем знаменитыми
Марк Захаров: Горин научил меня самоиронии
Светлана Журова: Надо ограничить продажу спиртного

Инфографика

Уникальные особенности истребителя ПАК ФА (Т-50)
Чем отличается травматическое оружие от боевого
Какие лекарства больше всего продаются в России
Как устроен российский истребитель 5-го поколения
Футбольные сборные: рейтинг ФИФА

Здоровье

Энергосберегающие лампы вредны для человека
Главное обезболивающее у человека в голове
Слухи о вреде 3D преувеличены, но обоснованны
Что плохого в отечественных иммуномодуляторах
Гены против здорового образа жизни

Партии и движения

ЛДПР отказалась от митинга в Калининграде
Коммунисты опять требуют встречи с президентом
Мосгордума хочет стать исключением
Партия власти сохранила лидерство
Оксана Гончаренко: У КПРФ проблемы с кадрами

Армия и вооружение

Названа пятерка крупнейших поставщиков оружия
Россия и Украина проведут совместные учения флотов
Утверждена новая форма одежды Российской армии
У России появятся эсминцы нового поколения
Зачем Россия закупит иностранные бронеавтомобили

криминал

Убийца милиционера объяснил мотив преступления
Вынесен приговор по делу аквапарка "Вотервиль"
Гаишники избили водителя, везшего жену в больницу
В Петербурге разоблачены лжесвященники
Пойман убийца московского милиционера

территория СССР

В Риге прошел марш легионеров «Ваффен СС»
Украина запретит сама себе вступить в НАТО
В "Имеди" рассказали, как делали скандальный сюжет
Как возродить экономкооперацию России и Украины
Будет ли правительство Януковича пророссийским

кино

Лауреаты «Оскара»: плохой, хороший, гениальный
«Воспитание чувств»: уроки соблазна для начинающих
«Камера 211»: убийцы берут в заложники террористов
«Алиса в Стране чудес»: Скучно, зато про политику
«Дорогой Джон»: Первым делом самолеты

Новости компаний

Microsoft делает телефон для социальных сетей
Societe Generale и Интеррос объединяют активы
Google запускает свою социальную сеть
"Соллерс" и Fiat создадут СП в Татарстане
Nokia обещает "яростно защищаться" в суде


Андрей Архангельский: Топ и прихлоп

5 ноября 2009, 10:00
Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •
  •
Сообщить об ошибке  •

Поисковый сервис «Яндекс» решил закрыть рейтинг популярных записей в блогах. У меня нет блога, и разбираюсь я в интернет-играх, примерно как заяц в геометрии. Но про людей и их язык я кое-что понимаю.

Когда одного из руководителей Яндекса спрашивают: «А разве не было пользы обществу от новости о стариках в Ямме в топе популярных записей в блогах?» – он отвечает:

«В этом в целом нет ничего плохого. Но это превращает Яндекс в некоторую медийную площадку, заставляет нас высказывать собственное мнение. А мы стараемся быть только сервисом, технологией, с помощью которой можно наблюдать за тем, что происходит, и при этом мы стараемся не высказывать собственного мнения. У нас нет редакционной политики, мы не являемся СМИ. Мы – платформа...»

«Решение Яндекса о закрытии такой скользкой штуки, как Топ, является упрощением мира и возвращением к стилистике детского утренника»

В начале 2000-х, когда журнал «Огонек» в очередной раз перепродавали, мы в редакции часто слышали это слово: сервис. Нам объясняли, что роль журналиста в либеральном обществе – сервисная, наша задача сводится к тому, чтобы обслуживать читателя и ни в коем случае не высказывать собственного мнения. Нас приучали гордиться этим, и я даже видел людей, которые гордились тем, что они – сервис.

Они даже двигались как-то по-особенному – как двигаются официанты.

Модель поведения обслуживающего персонала как пример социальной адаптации стала популярной в журналистике конца 1990-х: это считалось синонимом объективности. На деле же это быстро превратило журналистику в пресную, невыразительную, беспринципную и рекламоемкую. То, что уважаемые, безусловно, господа из Яндекса воспользовались старой стилистикой: «Мы не хотим быть выразителями чьих-то мнений, мы хотим оставаться нейтральными», – очень понятно и знакомо. Тем более что они ведь и правда – не СМИ, а именно что – сервис. Тут они целиком правы, не поспоришь.

Но здесь есть одно заблуждение, как мне кажется, принципиального характера, о чем я и хочу напомнить.

Яндекс, как и всякий интернет-ресурс, не может быть «нейтральным», даже если бы и захотел – потому что по своей природе он является отражением общества, которое, в свою очередь, никак не может быть нейтральным. Это все равно что оставаться нейтральным по время чумы – кстати, в связи с эпидемией гриппа это сравнение звучит пугающе актуально. Об этом вполне ясно написал Камю в одноименном романе: нельзя остаться нейтральным и нельзя убежать от чумы, потому что чума – это мы сами.

Нельзя быть нейтральным, когда становишься общественной площадкой – а ею является любое более-менее посещаемое место в Интернете. И если люди, хоть каким-то образом причастные к интернет-сервису, желают оставаться «нейтральными» – они фундаментально заблуждаются. Нельзя жить в обществе и быть технологически свободным от него.

Что такое отказ от Топа? Это желание упростить картину мира. Отказаться от сложности мира, который и состоит из взаимных влияний: я, ты, он, она – мы все влияем друг на друга самим фактом своего существования.

Это совершенно не случайно, что Топ, как выяснилось теперь, посещали в основном журналисты, – не только потому, что он был источником информации. Для журналиста искать альтернативные источники информации – профессиональная обязанность, как и проверять их. Но любой журналист знает, что информация типа ОБС – «Одна баба сказала» – часто оказывалась первым шагом по направлению к истине, пусть и кружным путем.

Яндекс, как и всякий интернет-ресурс, не может быть «нейтральным», даже если бы и захотел (фото: ИТАР-ТАСС)
Яндекс, как и всякий интернет-ресурс, не может быть «нейтральным», даже если бы и захотел (фото: ИТАР-ТАСС)

Для журналиста отличить «покупную», заказную или пиар-новость в Топе от настоящей, от крика о помощи было делом одной минуты. Минимум одна такая новость заставила меня выбивать редакционную командировку – в Нижегородский ТЮЗ, который накануне вывел в Топ новость о том, что им навязали нового директора и худрука. Я поехал и убедился, что все описанное – правда, но вовсе не Топ убедил меня в этом. Даже при всей ясности ситуации любой нормальный журналист относится к новости в Топе, смею заверить, с десятикратной осторожностью.

Однако человеческий крик о помощи очень трудно сымитировать, тем более на письме – подделки до сих пор были неудачными: из них всегда торчат уши пиарщиков, которые отличаются, в основном, крайне дурным вкусом и отсутствием воображения.

Этот жанр в блогосфере – общественный крик о помощи, о несправедливости – был, надо сказать, в последние 2–3 года уникальным открытием нашего времени. Этот крик, усиленный Топом, и был проявлением подлинной демократии, каналом связи между обществом, властью и СМИ. За что Яндексу нужно было бы поставить памятник, потому что это не просто было возможностью чего-то там вякнуть в Сети – это давало право почувствовать себя гражданином, ответственным за свою страну, неравнодушным к ее судьбе.

Проблема-то в чем? Вовсе не в том, что где-то что-то закрыли: закрыли здесь, откроют в другом месте, Интернет ведь круглый. Проблема в другом: многие живут по-прежнему с представлением о мире как об утреннике в детском саду. Помните, там все одеты то зайчиками, то белочками, а еще есть пираты-акробаты, волки и медведи. Но в конце под мудрым водительством деда Мороза все берутся за руки и пляшут праздничную джигу. Это очень точная метафора, отражающая сознание советского человека, его картину мира. Нам ведь внушали с детства, что зло игрушечное, что зло носит маску зла, а под влиянием коллектива способно встать на путь исправления. А неисправимое зло – только западные империалисты, которые хотят сбросить на нас ядерную бомбу.

Советским детям трудно пришлось в 1990-е не потому, что жрать было нечего, а потому, что подсознательно мы делили людей на зайчиков и волков, хотя в жизни люди становятся то волками, то зайцами по обстоятельствам, в зависимости от ситуации. И когда после множества ссадин и ушибов ты вбирал в себя очередную сложность устройства мира, то понимал, что уметь отличать тут нужно не столько добро от зла, сколько полуправду от полувыгоды и полувыгоду от полуневежества. Во всем этом бардаке разбираться было – только одна радость: ты наконец понимал, чем настоящая жизнь отличается от детского утренника. Полутонами.

Блогосфера именно эту настоящую жизнь и отражает – во всей ее неприятной и грязной сложности, с ее всяким, с ее лишним, со всем ее пиаром, покупными новостями и навязчивым запудриванием мозгов, – но разобраться в этом всякому думающему и чувствующему человеку не сложнее, чем разобраться в жизни.

Решение Яндекса о закрытии такой скользкой штуки, как Топ, является упрощением мира и возвращением к стилистике детского утренника, где все заранее известно, даже время праздничного танца с совместным хлопаньем в ладоши.

Это удобно, но уже – малоинтересно.

То, что блогосфера – помойка, – правда, но всякая попытка эту помойку очистить – от лишнего, от радикалов, от рейтингов, от пиара и от скрытой рекламы – лишена смысла: это все равно что очистить воздух от кислорода. Добиться такой стерильности и хорошего запаха от общества можно только в утопических романах Кампанеллы или Чернышевского. Это возможно, только если уничтожить все живое. Или если игнорировать его.

То, что Топом пользовались нечистоплотные продавцы в корыстных целях, – это очень плохо, но, увы, совершенно нормально и неизбежно, и никого этим удивить нельзя. Удивительно было другое: правдивость, принципиальность и самоотверженность тысяч неизвестных блогеров, которые старались не ради денег или славы, а ради спасения человека, театра или какого-нибудь памятника архитектуры. Наша пользовательская задача была до последнего времени чисто человеческая: отличать в Топе правду от вымысла, подделку от оригинала.

После отмены Топа различать опять будет нечего. Пострадают от этого именно те, кто взывал о справедливости: кто писал о башне Газпрома и о доме престарелых в Ямме. Пострадают и журналисты, у которых не будет альтернативного источника информации. Но более всего пострадает от закрытия Топа само общество, у которого не будет возможности кричать. Сколько раз уже писано, что крышка кипящего котла может быть отодвинута на четверть, на полчетверти, на щелочку, может даже и совсем быть прикрыта – но ее нельзя вдобавок заваривать по бокам, замазывать щели цементом и говорить, что это сделано для того, чтобы оставаться нейтральными.

Снесет ведь крышку. Вместе с сервисом.


На главную страницуПисьмо авторуПодписка на колонку


Другие материалы этого автора:
  •  Андрей Архангельский: Не про Дымовского
    В трех комментариях к видеообращению бывшего зампрокурора Ухты Григория Чекалина отразилась вся суть общества. И объяснение того факта, почему видеообращения милиционеров не принесли нам пользы. Вот они.
  •  Андрей Архангельский: Рынок вреда
    Упрек «вы не встроились в рынок» еще мог подействовать на мою неокрепшую психику в середине 2000-х, но сейчас – шалишь: я рассмеюсь в лицо такому советчику. Иди ты со своим рынком, плавали, знаем.
  •  Андрей Архангельский: Молчание волчат
    На вопрос о том, где, в каком именно месте сейчас находится русская литература, я раньше отвечал в рифму. А теперь не могу. Потому что есть роман Александра Терехова «Каменный мост».
  •  Андрей Архангельский: Ликвидация Исаева
    Они сделали это. «Исаев» напоминает шведский стол: это не один, а сразу одиннадцать различных сериалов, каждый из которых по-своему гениален. Но только по отдельности.
  •  Андрей Архангельский: Писатель и палка
    Фраза Виктора Ерофеева, за которую его обвиняют в русофобии, – «русских надо бить палкой, иначе они перестанут быть русскими» – у всякого не лишенного души и ума читателя должна вызывать только одно желание.
  •  Андрей Архангельский: Резчики по живому
    Всякий раз, когда с интересом смотришь в Интернете вырезанное с ТВ, всегда испытываешь разочарование: из-за чего такой шум? Ведь хоть бы на грамм крамолы, так нет же – на ТЭФИ сплошь безобидные вещи говорят, шутят.
  •  Андрей Архангельский: Ария Нормы ужасна
    Совершенно неожиданно в Большом театре появился новый музыкальный руководитель: автор оперы «Дети Розенталя», композитор Леонид Десятников. Очень трудно объяснить, почему это хорошо, но это хорошо.
  •  Андрей Архангельский: Почти полный «Пи»
    В Москве заканчиваются съемки фильма «Generation П» по роману Пелевина. История со съемками выглядит как приговор нашему кино: экранизировать главную книгу о России 1990-х, как оказалось, способен только американец.
  •  Андрей Архангельский: Последний кофе
    Тот факт, что несчастные кофе и договоры, а точнее их новое произношение, породили бурю в среде интеллигенции, вполне объясним: нормы русского языка – это единственная область, куда еще не дотянулась мозолистая рука жлобства.
 
 
© 2005 - 2009 ЗАО «ВЗГЛЯД.РУ»
2009 Newmedia Stars
E-mail: info@vz.ru
.masterhost
В начало страницы  •
Поставить закладку  •
На главную страницу  •