Наталья Радулова: Благословите женщину?

Майские праздники я провела у родственников. Занимались мы важными делами: ели и смотрели телевизор. Очень, кстати, удобный сценарий для тех, кому особо не о чем разговаривать. Одна проблема – в эти дни весь телеэфир был забит старыми фильмами о суровых офицерах и их преданных подругах, женщинах, которые покорно сносили не только переезды, войны и прочие катаклизмы, но и хамство и жесткость своих благоверных.

Я лично такое советско-шовинистическое кино не люблю. Все эти «Накрой на стол, Любаша, и стой в сторонке» вызывают у меня, современной барышни, желание немедленно вызвать милицию, комиссию по правам человека и для верности – Страсбургский суд в полном составе.

Жертвенность так долго считалась у нас лучшим женским качеством

Но вот моя тетушка подобные «картины» смотрела с большим удовольствием. Чуть увидит какого военного с бабой – сразу кричит: «Оставь!» Думаю, это потому, что во времена ее молодости девушки считали большим успехом брак с офицером. Тетушка и не отрицала: «А что? Выправка у них хорошая, зарплата, опять же. И потом, такой мужчина был все же лучше токаря какого-нибудь – пил мало, а если что – можно было пожаловаться его начальникам, они быстро его в чувство приводили. И вообще, это же так красиво – идешь по городу в новом платье, сумочка в одной руке, красивый мужчина с погонами – в другой руке. Все тебе завидуют!»

Кажется, тетушка имела смутное представление о некоторых маленьких гарнизонах, в которых практиковали повальное пьянство, семейное насилие и измены. Возможно, она даже не смотрела фильм Петра Тодоровского «Анкор, еще анкор!», а ограничивалась фильмами патриотическими, в которых мужчины на первое место ставили Родину, Сталина какого-нибудь, танк, пулемет, сапоги и где-то в конце списка – семью. В принципе, семья там как раз и обозначалась вот этими проходами под ручку в финале, а до этого сценарий развивался обычно под лозунгом: «Суровые годы настали».

Так вот. Переключая каналы под тетушкино «Оставь!», я постоянно натыкалась на очередного военного, перед которым стояла навытяжку и плакала его жена. Как ни щелкну пультом – она ноет: «Ах, Шунечка… Ох, Шунечка». А Сашуня-Шунечка сидит с каменным лицом. И только цедит сквозь зубы иногда: «Где шляешься? Давай обед». Или: «Пойдешь на аборт. Я сказал». Или: «Налей водки. И себе. Себе, я сказал. Замолчи! Я сказал: всё!» А героиня лишь вздыхает, подвывает, но слушается. Даже ребенка приемного отдала обратно в интернат, когда муж приказал. Заплакала было по привычке: «Шунечка, за что? Я не понимаю…» Но быстро получила: «А тебе не надо понимать. Просто прими к сведению» – и затихла.

На фоне остальных фильмов, где тоже показывалось место женщины, это все же был перебор. Мне прям интересно стало – что за безумная семейка? Почему один ее представитель свободно распоряжается судьбой и телом другого? Может, эта ноющая в свое время расчленила и съела Шунечкину мамашу? И теперь не знает, как загладить свою вину?

Но оказалось, никакого секрета нет. Это обычная жизнь такая у людей была. Взаимоотношения полов. Говорят, что изначально в книге Грековой «Хозяйка гостиницы», по которой снят фильм, автор намекала, что всячески осуждает такие нездоровые взаимоотношения. Но режиссер Говорухин герою явно симпатизировал. Он словно нашептывал зрителям: «Да, парень иногда перегибает палку. Но зато посмотрите, какой он мужественный и честный во всех остальных своих поступках. Женщины должны понимать, что быть рядом с «настоящим мужчиной», советским офицером – это не в бирюльки играть. Это требует силы духа, умения прощать и мастерства стелиться ковриком». Наверное, поэтому фильм Говорухина называется не «Хозяйка гостиницы», не «Срочно звоните 911», а «Благословите женщину».

Прекрасная позиция – благословлять ту, над которой издеваешься. Не зря жертвенность так долго считалась у нас лучшим женским качеством. Это было выгодно садистам – сначала шпынять бабу в хвост и гриву, а потом похвалить: «Молодец! Молчишь, не жалуешься. За это я тебя благословляю! Может быть, даже кино про тебя когда-нибудь сниму. Но сначала получи по морде еще разочек, моя благословенная».

Моей тете, которая, как я уже выяснила, все-таки слегка была оторвана от действительности, картина, тем не менее, очень понравилась: «Жизненно». Я удивилась: «После всего увиденного вы бы захотели выйти замуж за такого парня?» Моя родственница пожала плечами: «Ну, если бы такой попался, то что ж поделаешь? Пришлось бы терпеть. Все тогда терпели. Муж как-никак».

Во дает. Очень удобных женщин воспитала советская система. Они приучены к тому, что пока мужчина занимается важным делом, он имеет право на всё. Например, вести себя с любимой как с самым лютым врагом. Ему простительно. А ее дело – терпеть. И всё для того, чтобы в финале пройтись со своим благоверным по главной улице с оркестром.

Но все-таки, как мне кажется, это осталось в прошлом – все эти странные женщины-мазохистки со своими Шунечками. Общество поменялось, а представления моей тетушки пропахли нафталином, как и идеи режиссера Говорухина. Очень мало сейчас девушек, которые готовы терпеть подобное безобразие. Редкая барышня вообще поверит в увиденное и, глядя в экран, с придыханием произнесет: «Жизненно!» Скорее всего, она просто выключит телевизор и засмеется: «Какое вранье!» И это ли не победа нашей страны после стольких суровых лет?