«Евровидение» для нас давно сродни футболу. Победить не получается, но очень почему-то хочется. Смотреть на матчи внутреннего чемпионата без слез невозможно, но множество зрителей упорно продолжают на них ходить.
И когда канал «Россия» объявил об открытом отборочном туре «Евровидения», стало понятно, что нас ждет очередной матч «Шинник» – «Ростсельмаш».
Хотя в душе мы все болеем за Бразилию. Или на худой конец за соседнюю Аргентину. Только спорить об этом неприлично, если сидишь на жестком пластике стадиона в заснеженном уездном городе Глупове. Потому что родной город все силы, всю кровушку свою отдает родной футбольной команде.
Так и артисты. Чтобы участвовать в отборах, они пошли на немыслимые жертвы. Отменили гастроли, потратились на новые песни, костюмы, шоу-балет. Словом, уездный размах. Хотели как лучше. А получилось как всегда. 27 участников, половина из которых не попадают в ноты и никогда в жизни, похоже, не занимались у преподавателя по вокалу.
«То ли земля русская оскудела талантами, то ли злые силы не дают им принять участие в подобных отборах» Ох уж этот коварный прямой эфир… Он ведь и нашим футболистам мешает! Как бы ловко смонтировали в студии кабельного телевидения города Глупова победу местной футбольной команды над любым фаворитом бразильского чемпионата! Раз-два – и просто загляденье.
Это футболисты не привыкли к таким фокусам, а наши артисты воспринимают все как должное. Необходимость петь вживую раз в год их возмущает гораздо больше, чем самые язвительные мои статьи про их неумение петь. Более того, перед этим конкурсным отбором я слышал от очень многих артистов про живой звук как причину их неучастия в отборах. Как же, надо петь вживую! Что они себе там позволяют, в этой Европе?!
Есть и обратный пример. Сергей Лазарев признался мне, что решился впервые попробовать силы в отборе на «Евровидение» только потому, что конкурс публичный и в прямом эфире. До сего дня, как известно, Лазарев отмахивался от этого конкурса со страшной силой. А тут записал крепкий диско-хит и вписался в список конкурсантов в последний момент.
Надо признать, что если бы он этого не сделал, то смотреть весь трехчасовой марафон было бы совсем невмоготу. То ли земля Русская оскудела талантами, то ли злые силы не дают им принять участие в подобных отборах. Диву даешься, что безнадежно самодеятельные артисты без слуха и голоса – чу, вдруг пляшут здесь в прайме национального телеканала. Едва ли не стриптиз показывают.
В стране, где национальной идеей стала победа на «Евровидении», нация палец о палец не ударила ради нее.
В результате отбор свелся к выбору между давно знакомыми именами: Дима Билан, Сергей Лазарев и Александр Панайотов. В их спор вяловато пытались встрять и Женя Отрадная, и «Ассорти», и Юля Михальчик, но как-то неуверенно. Ученически.
Победил в этом споре Дима Билан. Его поп-баллада «Believe» действительно стала лучшим номером отборочного тура. Какие бы скандалы ни окружали артиста, какие бы обвинения в наркозависимости ни звучали – талант его блистателен и неоспорим. Билан спел так, как поют только большие артисты, – виртуозно, чувственно, убедительно, заразительно и на высоком трагическом подъеме.
Совсем близко к вершине подошел и Сергей Лазарев. Его «Flyer» – несомненно, будущий хит. Однако Лазареву не хватило вокальной изощренности – он пел слишком уж гладко, без изысков. Рядом со сложнейшей вокальной партией Билана его работа показалась упрощенной, одномерной, лишенной внутреннего драматизма. Что вовсе не лишает Лазарева заслуженной овации – после долгой паузы Лазарев-певец вернулся, и вернулся с превосходной песней.
Отдельно стоит сказать про Александра Панайотова. Все знают – ему катастрофически не везет с репертуаром. На отличных вокальных данных и блестящем гей-имидже далеко не уедешь. Кажется, Панайотову вновь не повезло с песней. Он так и не раскрылся в «Crescent and Cross». И время песен, подобных ABBA, прошло, но главное – нельзя выходить на эстраду без страстного желания донести свою правду до зрителя. Панайотов не верит в то, что поет. Нет правды в его глазах. И пока нет этой правды, он всегда будет проигрывать истовому и страстному Билану.
 Победил в этом споре Дима Билан. Его поп-баллада «Believe» действительно стала лучшим номером отборочного тура |
Что же с остальными? Понятно, что многие выступали не для того, чтобы поехать на «Евровидение». Но чтобы засветиться в телеэфире и получить дивиденды на будущее.
Очень славная песня была у группы «Ассорти», но все погублено неудачным исполнением и грубой визуальной трактовкой. Женя Отрадная выбрала быструю песню на испанском и едва справлялась с выговариванием всех этих слов в сумасшедшем темпе, ей было не до пения.
Юля Михальчик вновь пыталась изобразить из себя степенную 50-летнюю диву, и вновь ничего не получилось. Михальчик напоминает сейчас девушку, которая сама у себя украла молодость.
«Премьер-министр» выбрал совсем безликую песню. А вот Алексей Воробьев, напротив, – очень яркую. Из «Калинки-малинки» он сделал быстрый евро-поп с баяном, но (как и Отрадная) не справлялся с темпом и вместо пения попросту выкрикивал слова во всю молодецкую глотку. В записи все звучало куда распевнее.
Из менее известных артистов стоит выделить Полину Смолову и Наталью Астафьеву. Смолова под руководством своего нового продюсера Виктора Батурина ударилась совсем в ретро. Песня «На расстоянии дыханья» могла бы прозвучать году в 80-м и никто бы не удивился. Однако сегодня на дворе 2008 год, а никаких шагов по осовремениванию подачи и аранжировки не видно. Так что прекрасный голос Смолову не спас и спасти никак не мог.
А вот дебютантка Наталья Астафьева вообще никому не известна, но вдруг показала уверенную подачу и яркий характерный образ, чем-то напоминающий Диану Арбенину. Номер в целом сыроват, да и «Три луны» не бог весть какое произведение, но Астафьева раскрылась как одаренная и весьма перспективная певица.
Формально результат складывался из суммы баллов жюри и баллов телезрителей. Но сайт телеканала «Россия» рухнул задолго до начала конкурса, платные звонки и СМС массово не доходили, а якобы подведенные результаты голосования зрителей оказались подозрительно похожими на выбор жюри. Это неважно.
Жюри, состоящее из Игоря Крутого (АРС), Сергея Архипова (ВГТРК), Макса Фадеева, Геннадия Гохштейна (канал «Россия») и композитора Владимира Матецкого, все решило справедливо и абсолютно профессионально. Засчитайте к его решению и мой голос. Может быть, не стоило и затевать это нелепое голосование зрителей.
Если говорить о российском конкурсе в целом, то буквально бросается в глаза неубедительность исполнения – у всех, кроме Димы Билана и Сергея Лазарева. Словно артистов из-под палки выгнали под свет софитов и глазки телекамер. Заставили петь что-то нелюбимое и дурацкое. Ни артистической заразительности, ни вышколенного автоматизма.
Может быть, это очень жестко прозвучит, но эти люди словно разочаровались в своей профессии.
Я тут вчера пересмотрел относительно старую детскую сказку «Мэри Поппинс, до свидания!». Там есть финальная сцена, когда взрослые встречаются с самими собой в детстве. И дети задают себе-взрослым самые наивные простые вопросы: а зачем деньги, разве нужна родословная для того, чтобы любить собаку, счастливы ли они в своем доме? И взрослые по инерции отвечают сначала так, как привыкли отвечать. А потом – по совести.
Так вот, оскудела наша эстрада артистами, которые способны петь не по инерции, а по совести. Чтобы не было мучительно больно за годы, прожитые зря. Чтобы не стыдно было за чесы-корпоративы-евровидение. Чтобы честно ответить на вопрос из детства: «Да, я отдаю свое пылающее сердце моим слушателям».
Вот чего не хватает.
Так что очень хорошо, что Дима Билан во второй раз едет на «Евровидение». Пусть он поедет туда и в третий, и в десятый раз, если пожелает.
Если не найдется вдруг того, кто зажжет свое сердце так же, как Билан.
Но и ждать чего-то от «Евровидения» не стоит, право. Так же, как победы над бразильцами.
