Леонид Радзиховский: Герой нашего времени

Напомню основные события. Июль 2002 года: над Боденским озером столкнулись два самолета. В одном из них, российском, погиб 71 человек – в основном дети. В том числе погибла жена и два ребенка Виталия Калоева – бизнесмена из Северной Осетии, вся его семья. В аварии был виноват диспетчер швейцарской авиакомпании П.Нильсен, допустивший грубую халатность. Тем не менее осужден он не был.

Несчастный человек не нужен, он «наедине со своей бедой». Из несчастья сюжет для пиар-компании не сделаешь

24 февраля 2004 года. Виталий Калоев, приехавший в Швейцарию «поговорить» с Нильсеном, убивает его ножом. Вскоре Калоев был арестован и в октябре 2005 осужден на 8 лет.

13 ноября 2007 года. Калоев досрочно освобожден решением швейцарского суда. В тюрьме он вел себя образцово, а компенсацию, полученную им за погибшую семью, передал вдове и трем детям убитого им Нильсена.

Калоев вернулся в Россию. Уже в Шереметьеве его встретили как героя – демонстрация, плакаты, скандирование приветствий, «настоящий человек».

И вот сейчас Калоев назначен заместителем министра строительства и архитектуры Северной Осетии. Согласно закону человек с неснятой судимостью не может занимать государственный пост, но, как разъяснили юристы, «в России Калоев не считается судимым». Признанный «Человеком года», он считается героем.

Вот такая история.

Ясно, что здесь сплелось слишком многое.

Когда Калоева арестовали, затем судили, я был полон сочувствия к нему – человеку, потерявшему всё. Разумеется, мои чувства в отношении этого человека и не изменились с тех пор. Рок… Отомстить року нельзя – но его отчаяние и гнев излились на этого диспетчера. Это более чем понятно.

Скажу больше – сам этот убитый Нильсен у меня сочувствия не вызывал. Мне казалось и кажется, что, хотя, конечно, несчастье возможно с каждым, но хороший, совестливый человек, убив 70 детей не смог бы … Ну, не хочу ударяться в дешевый пафос – «не смог бы жить»… Но, уж во всяком случае, не смог бы оставаться работать в этой компании – совесть-то есть, нет? А он – остался. Опять же, понятно: семью надо кормить, работа на улице не валяется. Но ведь понять-то всех всегда можно. Понять – не значит оправдать.

В общем, не мне судить Нильсена, но сочувствия он не вызывал.

Что касается швейцарского суда, то что ж … Да, Калоев – жертва, несчастный человек, кто ж этого не понимает? Но – закон есть закон. Как говорится, «государство – самое холодное из чудовищ». А оно и должно быть холодным, судить не по совести, а по букве закона.

Впрочем, расхожее противопоставление живого человеческого горя – и мертвого параграфа тоже оказывается поверхностным. Ведь суд освободил Калоева – вместо 8 лет он отсидел чуть больше 2, а с учетом предварительного заключения – меньше 4 лет.

Трагедия. Бессмысленная (осмысленная) как человеческая жизнь. Виноватых нет, «победителей» (кого? чего?) нет. Есть много трупов, много горя, много страдания – и никакого катарсиса, никакого «хэппи-энда». Это не Голливуд.

Но есть трагедия, о которой впору молчать (или говорить – но только серьезному писателю, художнику), а есть именно что «Голливуд». Причем «Голливуд» наш, российский – пошлый, агрессивный, конформистский.

Трусливо прятаться за трагедию не надо – не получится.

Одна из осетинских чиновниц, объясняя решение о назначении Калоева, сказала, что «он не останется один на один со своей бедой». Так что ж – если он отныне замминистра, то что-то для него изменится? На это просто ответил сам Калоев: «Беспокоиться мне теперь в жизни незачем и не о ком». И министерские заботы смысла в жизни не прибавят. Другое дело, что жизнь не подчиняется человеческой логике – и кто знает, может быть, он сможет еще создать и новую семью? Кто ж знает… Только чин тут совсем ни при чем.

И, кстати, если уж все такие человечные – почему же никто не проявлял интереса к Калоеву, тогда, в 2002–2003-м? Тогда он был неинтересен и не нужен местному начальству, да и обществу. Тогда его не объявляли «Человеком года», не предлагали ему «карьеру».

Несчастье Калоева коснулось лишь его родных. Несчастный человек не нужен, он «наедине со своей бедой». Из несчастья сюжет для пиар-кампании не сделаешь.

А вот когда он стал убийцей – да, тогда стал интересен! Тогда стал героем, тогда о нем стали заботиться, посты предлагать …

Что ж – да, так устроены люди во всем мире. Опять же «хомо синемас»: кино просто о трагедии не снимут (зрителю неприятно будет – «разрядки» нет), а вот кино об «ответном действии», о мести, об убийстве – да, это сюжет, это «вкусно», это «продается». Нечего винить киношников – такова, повторяю, человеческая психология.

Это противно, но это еще не так социально опасно.

Опасно же другое.

Ведь в этой истории не надо обладать острым нюхом, чтобы услышать запах самого неприятного национализма – и племенного, и государственного.

Для Осетии все понятно: наш – не наш. Тут вариантов нет. Наш отомстил «как мужчина», мы должны его в этом поддержать. «Один за всех, все за одного». Тут инстинкт – тем более если речь идет о маленьком народе, жившем (да и сейчас часто живущем) в суровых условиях, на грани борьбы за существование.

Таким образом, этот инстинкт племенного сплочения, племенного национализма хотя бы понятен – другое дело, что эксплуатировать такие инстинкты, разжигать их столь же выгодно, сколь и опасно, нехорошо. Все-таки времена-то другие, XXI век на дворе, судить надо не «по закону гор», а если уж гор, то лучше швейцарских.

Но уж совсем опасно – и не имеет тени оправдания – другое. Когда те же самые эмоции раздуваются в масштабах всей страны, приобретают характер «воинствующего патриотизма».

Не осетины, а вполне себе русские ребята устроили восторженный прием Калоеву в Шереметьеве. Не сочувственный, а именно что восторженный. «Вы – настоящий человек!» А если бы самолет с его семьей погиб под Воронежем и он бы отомстил русскому диспетчеру – тоже был бы «настоящим»? Или швейцарцев убивать – героизм, а русских – преступление? «У них шпионы, а у нас – разведчики»?

Некоторое время назад в Москве был такой случай: русская девушка убила водителя-кавказца, который, по ее словам, пытался ее изнасиловать. Эту девушку превозносили как героиню, защитившую не только себя, но как бы и «всех наших». Наверное, ее превозносили не те персонально люди, которые восхищались Калоевым, но настроения-то – сходные!

«Наш» отомстил «не нашему» – это общий механизм заражения толпы эмоциями. Просто в этом «чемпионате нашести» есть разные группы – против швейцарца все граждане РФ «наши», а внутри страны делятся на «наших – не наших» уже по расовому, этническому признаку.

Наконец, всё это идеально ложится в колею дурацкого антизападного психоза, который (психоз) без всякой цели – пусть циничной, но хотя бы понятной – раздувают многие наши СМИ, политики и т.д.

Героем становится «депутат Луговой». Ладно, суда не было, ничего не доказано, презумпция невиновности и т.д. и т.п. Согласились. Но – если он не убивал Литвиненко – так в чем его геройство-то?! За что самого обычного, ничем не замечательного человека избирать депутатом? Да еще с такой помпой? А ведь Жириновский никогда не ошибается. Сделав ставку на Лугового, наш «либерал-демократ» точно вычислил настроения своего избирателя: «А вот так! А вот сделать козью морду Англии: выкусите! Не угодно ль этот финик вам принять?!»

И вот это антизападное настроение, этот просто бред, становится чуть не единственным живым содержанием в нашем общественном сознании! Не просто бред сивой кобылы. Это – агрессивный бред, заразный бред, опасный бред. Опасный, разумеется, не «для Англии», а только для нас – «вирусоносителей».

Я уж не говорю о том, что разжигают все эти святые чувства люди, жены которых рожают в Нью-Йорке, дети учатся в Англии, которые сами лечатся в Германии, отдыхают во Франции, деньги держат в Швейцарии, а квартиры покупают опять же в том самом Лондоне… Но это-то нормально. Абсолютно нормально в глобальном XXI веке (хотя и… чрезмерно – в такой-то концентрации). Но что ж вы, господа, сами живете в глобальном мире, а внутри страны проповедуете «крепость, окруженную врагами»?

Но Бог с ними – с начальниками.

Опасно же то, что агрессия не бывает жестко канализированной. В нашем обществе, при нашей правовой культуре, восхищаться преступлениями, совершенными против «не наших», когда граница «наш – не наш», мягко говоря, не правовая, а «инстинктивная»… Ужос, как пишут в Интернете.

Это что ж за мораль такая? Христианская? Понятно, нет. Ветхозаветная? Тоже нет. Если к случаю с Калоевым еще с натяжкой можно отнести «око за око и зуб за зуб», то общая ненависть, подозрительность, к «не нашим», «западным», желание им за что-то отомстить, показать какой-то «кукиш», сюда явно не лезет. Закон гор? Да причем тут «горы» …

Просто агрессивно-жлобская мораль коммунальной кухни.

Н-да. Надо бы придумать штуку более разлагающую, опасную и заразительную – а не придумаешь!