24 августа, среда  |  Последнее обновление — 16:55  |  vz.ru

Борис Кагарлицкий

 
Борис Кагарлицкий (1958) - директор Института глобализации и социальных движений (ИГСО) с апреля 2002 г. Социолог, журналист, публицист. Кандидат политических наук. В 1977–1982 годах - участник подпольного левосоциалистического кружка в Москве, куда входило несколько молодых ученых, в основном гуманитарного профиля. Участвовал в издании подпольных журналов «Варианты» и «Социализм и будущее» (до 1981 – «Левый поворот»). В 1982-1983 годах арестовывался за «антисоветскую деятельность», после освобождения работал лифтером и почтальоном. Позднее – депутат Моссовета (1990-1993), член исполкома Социалистической партии, один из лидеров Партии труда (1991-1994). Публикуется с 1979 года, естественно, в самиздатовских журналах. Впоследствии – в «Независимой газете», «Свободной мысли», «Новой Газете», «Компьютерре», The Moscow Times и др. Член научного сообщества (fellow) Транснационального института (Амстердам) с 2000 года. Лауреат Дейчеровской мемориальной премии (Великобритания) за книгу «The Thinking Reed» («Мыслящий тростник»), 1988. Автор книг «Реставрация в России», «Восстание среднего класса», «Периферийная империя», «Управляемая демократия», «Марксизм: не рекомендовано для обучения».

Мнения

Настоящее Украины внушает искреннее восхищение мастерством элит потерять все, что им досталось в наследство, а вот что ждет Украину в будущем? Допустим, еще через 25 лет. Попытаемся спрогнозировать это, рассмотрев нынешние тенденции.
Обсуждение: 34 комментария

В конце лета обострилась борьба вокруг будущей экономической программы страны. Фактически противостояние идет между двумя лагерями: рыночными фундаменталистами и «столыпинцами». Группы уже успели обменяться колкостями.
Обсуждение: 66 комментариев

Грандиозный скандал, который произвели высказывания отца Всеволода Чаплина, поднял несколько тем, достойных рассмотрения. В частности, о либерализме, гуманизме и христианстве – поскольку всеми тремя терминами могут называть разные вещи.
Обсуждение: 197 комментариев

Шутовская контрреволюция и победа сепаратистов в 1991 году – ведь именно идея раздела страны была главной у тех, кто пришел к власти в бывших советских республиках – это лишь соус и гарнир к основному блюду в 1993-м.
Обсуждение: 155 комментариев

С самого начала у Манафорта была весьма узкая задача. Задача, с которой он весьма успешно справился. Теперь пришло время новых людей. Так кто же такой Пол Манафорт и какую функцию он выполнял в штабе Дональда Трампа?
Обсуждение: 5 комментариев

При всем трагизме событий августа – декабря 1991 года, этой крупнейшей геополитической катастрофы века, по прошествии 25 лет можно признать, что есть великое провидение в том, что эта трагедия произошла, а попытка ГКЧП закончилась пшиком.
Обсуждение: 185 комментариев

Призыв экономить на тряпках ради многодетности выдает абсолютное непонимание реальных инфраструктурных проблем, с которыми сталкиваются многодетные семьи. Это проблемы просто другого порядка, которые экономией на сумочках и ресторанах не решаются.
Обсуждение: 191 комментарий

Борис Кагарлицкий: Латинская Америка: революция ради интеграции?

22 января 2007, 17:05
Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •
  •
Сообщить об ошибке  •

Идея не нова. Симон Боливар, завоевывая независимость для латиноамериканских республик, верил, что на месте испанских колоний появится не множество разрозненных и часто враждующих между собой государств, а единая семья братских народов, строящих свою судьбу самостоятельно, но совместно.

Этим мечтам не дано было воплотиться в жизнь, хотя, казалось бы, все предпосылки для этого были. Латинскую Америку объединяет испанский язык (за исключением, конечно, говорящей на португальском Бразилии), католическая религия, общие исторические корни и сходная культура, в том числе политическая. К тому же все страны региона на протяжении большей части своей истории находились под внешним влиянием – сначала это была европейская метрополия – Испания или Португалия, потом неформальное господство США, экономическое, а порой и политическое.

Попытки объединить континент тоже предпринимались неоднократно. Возникновение Европейского союза во второй половине ХХ века оживило мечту об интеграции по тому же образцу Латинской Америки. Практические шаги тоже предпринимались. Наиболее важным из них было создание на юге континента сообщества Mercosur, общего рынка, объединяющего наиболее развитые страны региона – Бразилию, Аргентину, Уругвай и Чили.

«Идея латиноамериканской интеграции возвращается под именем Боливарианской альтернативы и является одним из краеугольных камней стратегии венесуэльского президента Уго Чавеса»

Идею интеграции в своей версии предлагают и Соединенные Штаты. В середине 1990-х появилась на свет североамериканская зона свободной торговли NAFTA, а в начале правления Дж. Буша в Вашингтоне были серьезно увлечены идеей создать такую же зону свободной торговли в масштабах всей Америки, Северной и Южной. Правда, в Латинской Америке сразу почувствовали подвох. В конечном счете идея американской зоны свободной торговли является современной версией пресловутой доктрины Монро, предполагавшей, что страны Западного полушария тесно интегрируются между собой, одновременно противопоставляя себя Старому Свету. На практике это означало монопольное господство североамериканских компаний на рынках менее развитых стран.

Сегодня идея латиноамериканской интеграции возвращается под именем Боливарианской альтернативы и является одним из краеугольных камней стратегии венесуэльского президента Уго Чавеса.

В основе подхода Чавеса лежит трезвое понимание того, что «социализм в одной отдельно взятой стране» заведомо обречен, а революция должна выйти за пределы одного государства, превращаясь в фактор глобального общественного развития, иначе ей грозит вырождение. Президент Венесуэлы не зря, возвращаясь в 2004 году из Москвы, читал «Преданную революцию» Льва Троцкого (книгу, подаренную ему во время тура по Европе кем-то из западных активистов). Идеи Троцкого ложились на его собственную боливарианскую традицию и уроки революций недавнего прошлого – кубинской, чилийской, никарагуанской. Если Венесуэла всерьез собирается двигаться в сторону социализма, надо сделать что-то такое, что гарантирует от повторения советского опыта. Ответ видится в демократической интеграции континента.

К тому же идея интеграции популярна как в верхах, так и в низах. Североамериканская концепция свободной торговли отвергнута, но дискуссия вокруг нее спровоцировала интерес к объединительным процессам, поставила их на повестку дня. Никарагуа, Боливия, Эквадор сегодня имеют руководство, с энтузиазмом поддерживающее идеи Чавеса, по крайней мере в той части, когда речь идет о создании общих структур во имя экономического и социального развития. К тому же венесуэльская нефть слишком важна для соседних стран. В условиях высоких энергетических цен она кажется тем экономическим фундаментом, на котором все может быть построено. В дополнение к единой энергетической системе (что, безусловно, выгодно) обсуждается создание единой валюты, общего банка и совместных программ развития. Уже функционирует телекомпания Telesur, создается аналогичное континентальное радио.

Президент Венесуэлы Уго Чавес
Президент Венесуэлы Уго Чавес
Однако практические условия региона далеко не так просты, как кажется на первый взгляд. Начнем с того, что историческое сходство между странами Латинской Америки дополняется не менее разительными различиями, которые часто ускользают от внимания даже самих местных жителей, но тем не менее обнаруживаются в полном масштабе каждый раз, когда объединение континента встает на повестке дня.

Креольская культура белой элиты, представителем которой был сам Боливар, на самом деле всегда охватывала лишь меньшинство населения. Именно поэтому формально республиканские правительства на континенте то и дело сменялись авторитарными режимами, но даже тогда, когда эти режимы уступали место конституционным правительствам, сформированным в полном соответствии с европейскими нормами, реальная власть оставалась в руках у олигархии или малочисленных средних слоев. Политика Чавеса и других левых лидеров состоит как раз в том, чтобы вырвать власть у традиционных элит и перераспределить ее в пользу более широких слоев общества. Но чем более широкие слои вовлечены в политику, тем слабее традиционная боливарианская культура. Дело не только в том, что индейцы Боливии не слишком похожи на мулатов Карибского побережья Венесуэлы. Дело в том, что традиции и методы общественной самоорганизации в разных культурах разные.

Более существенно, однако, не различие культур, а расхождение между уровнями экономического развития. Не случайно то, что пока боливарианская альтернатива всерьез поддержана лишь относительно бедными и отсталыми странами региона, для которых Венесуэла реально является лидером не только благодаря своей нефти, но и благодаря своим экономическим достижениям. Напротив, с момента прихода к власти в Боливии президента Эво Моралеса, ориентированного на тесный союз с Венесуэлой, осложнились отношения этой страны с соседней Бразилией. Ведь иностранный капитал, от господства которого Моралес и его товарищи стремятся освободить страну, не только и не столько североамериканский, сколько бразильский.

В свое время реальные различия интересов между различными частями континента сорвали осуществление на практике идей Боливара. Сегодня возникает реальная угроза того, что сообщество, формирующееся вокруг Венесуэлы, окажется не прообразом единой Латинской Америки, а узким экономическим и политическим блоком, замкнутым на государство-гегемон и противостоящим не только США, но и другим странам того же континента – Бразилии, Аргентине, Чили, составляющим основу альянса Mercosur. В итоге мы увидим не более тесную интеграцию, а, напротив, более жесткое разделение Латинской Америки на соперничающие группировки.

Президент Боливии Эво Моралес
Президент Боливии Эво Моралес
На континенте, буквально пропитанном национализмом, традиции вражды между соседями ничуть не менее заметны, чем традиции антиколониальной или антиимпериалистической солидарности. Если противостояние политических принципов сведется к противостоянию претендующих на региональное влияние государств, шансы на прогрессивное развитие в любом из них будут сведены к минимуму.

В конце концов, и сталинская теория «социализма в одной отдельно взятой стране» не исключала создания стран-сателлитов, которые затем провозгласили «мировой социалистической системой». А население этих стран тяготилось кремлевской опекой настолько, что позднее оказалось готово ради освобождения от нее пожертвовать даже бесплатным образованием, дешевым жильем, хорошей медициной и другими реальными достижениями эпохи советского господства.

На деле руководствовались в Кремле тогда не стратегией мировой революции, а элементарной логикой геополитики. Надо расширяться, чтобы укрепляться. Та же логика может с течением времени восторжествовать и в Каракасе. Пока до этого далеко, да и инструментом влияния Чавеса являются не победоносные танки, а танкеры с дешевой нефтью, но его противники уже рассуждают об угрозе венесуэльского гегемонизма, и кое-где это срабатывает. На выборах в Перу, например, подобная пропаганда серьезно изменила соотношение голосов. В случае если руководство Венесуэлы не заметит этого, несложно предсказать, что «бюрократическое вырождение», которого так справедливо опасается Чавес, наступит здесь даже быстрее, чем в Советской России.

Главная привлекательность революции, происходящей в Венесуэле сегодня, не в том, что она может привести к созданию единой валюты для трех или четырех бедных южноамериканских стран, не в том, что финансисты из нескольких национальных банков смогут выбрать из своего числа самого мудрого и авторитетного, чтобы руководить объединенным межгосударственным банком. Сила революции была в том, что она, соблюдая все права и свободы, не прибегая к террору и репрессиям, смогла резко перераспределить власть и благосостояние в обществе, что благодаря ей в политическую жизнь были вовлечены миллионы людей, ранее из этой жизни исключенные, что они наконец начали уважать себя, обрели чувство собственного достоинство и веру в свои силы.

Это и есть на сей момент главный политический капитал Чавеса и его сторонников, не зависящий от колебаний мировой цены на нефть. Если этот капитал будет сохранен и приумножен, вырастет влияние Венесуэлы в мире и на континенте, в том числе и в странах Южного конуса, пока не затронутых революционным вирусом. Если же этот капитал разменяют на мелкую монету геополитики, нам надежды на новую жизнь для Латинской Америки обернутся очередными иллюзиями…


Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь


Другие мнения

Кирилл Романовский: Теперь в Сирии каждый сам за себя

Все участники конфликта недолюбливали друг друга (за исключением наших ВКС и Сирийской арабской армии), но деваться было некуда. Теперь на фронтах Сирии каждый воюет сам за себя. Ну что же, расклад в целом ясен. Подробности...

Василий Стоякин: Украина-2041

Настоящее Украины внушает искреннее восхищение мастерством элит потерять все, что им досталось в наследство, а вот что ждет Украину в будущем? Допустим, еще через 25 лет. Попытаемся спрогнозировать это, рассмотрев нынешние тенденции. Подробности...
Обсуждение: 12 комментариев

Роман Антоновский: Как надо вести себя в ответ на санкции и прессинг

Нельзя с шулерами играть по их правилам, надо устанавливать свои. Я удивлен, что мы еще не вышли из ВАДА, а секретные агенты не укололи зонтиком с ядом амазонской жабы президента этой организации. Подробности...
Обсуждение: 61 комментарий

Евгений Сатановский: Политическая игра на газовых трубах

Проект «Турецкий поток» может разбалансировать сложившуюся за последние 20 лет систему газовых маршрутов через территории Турции и ЕС и вызвать бурную реакцию ряда стран, от Белоруссии, Польши и Украины до Грузии, Ирана и Азербайджана. Подробности...
Обсуждение: 19 комментариев

Алексей Вязовский: Битва экономических титанов разгорелась с новой силой

В конце лета обострилась борьба вокруг будущей экономической программы страны. Фактически противостояние идет между двумя лагерями: рыночными фундаменталистами и «столыпинцами». Группы уже успели обменяться колкостями. Подробности...
Обсуждение: 64 комментария

Сергей Шмидт: Болезнь «советской цивилизации»

Как в медицине называется «болезнь быстрого старения»? Вот такая болезнь была у «советской цивилизации». Такая крутая в 1920-е, даже в 1930-е – и низведена до уровня чудовищной дряхлости в течение нескольких десятилетий. Подробности...
Обсуждение: 207 комментариев

Олег Макаренко: Функционеры МВФ начинают контрнаступление

Международный валютный фонд сражается за свою независимость – попытка американцев впустую растратить деньги фонда на украинский проект не могла не вызвать активнейшего противодействия со стороны функционеров фонда. Подробности...
Обсуждение: 26 комментариев

Денис Селезнев: Киевская Русь в XXI веке

С 2004 года я слышу плебейский треп о постиндустриальной экономике, гигантских перспективах IT, непомерном интеллекте украинского офисного планктона и прочих развесистых чудесах. Но на каком базисе это все должно расцвести? Подробности...
Обсуждение: 119 комментариев

Сергей Худиев: Есть вещи похуже либерализма

Грандиозный скандал, который произвели высказывания отца Всеволода Чаплина, поднял несколько тем, достойных рассмотрения. В частности, о либерализме, гуманизме и христианстве – поскольку всеми тремя терминами могут называть разные вещи. Подробности...
Обсуждение: 192 комментария

Антон Крылов: Революция и развал страны ходят рука об руку

Шутовская контрреволюция и победа сепаратистов в 1991 году – ведь именно идея раздела страны была главной у тех, кто пришел к власти в бывших советских республиках – это лишь соус и гарнир к основному блюду в 1993-м. Подробности...
Обсуждение: 155 комментариев
 
 
© 2005 - 2016 ООО Деловая газета «Взгляд»
E-mail: information@vz.ru
.masterhost Apple iTunes Google Play
В начало страницы  •
Поставить закладку  •
На главную страницу  •
..............