Виталий Иванов: «Суетящиеся перверты»

Так Владислав Сурков в своей недавно опубликованной статье «Национализация будущего. Параграфы pro суверенную демократию» назвал ту часть российской оппозиции, которая обуяна ненавистью к путинскому порядку и мечтает об его разрушении буквально любой ценой.

Научное определение понятия «перверт» известно узкому кругу психологов и психиатров. В обычной речи само это слово обычно употребляется как синоним слова «извращенец». Первертами, или извращенцами, принято именовать тех людей, чье поведение ненормально, т.е. явно расходится с некими нормами или представлениями о нормах.

Мне неведомо, почему Сурков аттестовал радикалов первертами. Возможно, он был обескуражен, когда откровенные нацисты вышли на т.н. «Русский марш» с либеральными лозунгами, а патентованные либералы наперебой защищали право национал-экстремистов устраивать публичные шабаши. За последние 15 лет все мы видели всякое, но такое…

«Заявленная цель – консолидация всех недовольных путинским режимом, всех готовых добиваться его демонтажа и восстановления демократии»

Рядовые активисты, которые это принимают, в этом участвуют, действительно переходят в разряд первертов. Если нацисты с либералами сходятся вместе, да еще леваков к себе зовут, получается самое натуральное извращение. Политический промискуитет. Но вот называть первертами вожаков радикалов и их окружение, обеспечивающее креатив, организацию, коммуникации, а тем более заказчиков и спонсоров оппозиционных акций, на мой взгляд, значит льстить им.

В массе все эти товарищи совершенно циничны. Никакой идеологией они не заморочены, хотя, конечно, связаны позиционированием и не могут себе позволить резких поворотов. Т.е. Сатаров с Каспаровым не могут обрить головы и выйти на сборище дэпээнишников, а Поткин – вместе с профессиональными правозащитниками у Лубянского камня призвать к немедленному освобождению Ходорковского. Во всяком случае, пока. Впрочем, Лимонов всего за полтора года проделал путь от торговца лозунгами вроде «Сталин, Берия, ГУЛАГ» до участника инициативной группы по выдвижению МБХ в Госдуму.

В общем, нельзя утверждать, что поведение этих людей ненормально. Точнее, его следует признавать ненормальным, если считать их нормой жизни идейность, идейную последовательность, к примеру, начисто исключающую для левака поддержку закоренелого олигарха-капиталиста. Но норма для них – карьеризм, политическое предпринимательство, жажда публичности и славы, густо приправленные комплексом неполноценности и другими комплексами, обидами на власть за собственную невостребованность, озлобленностью неудачами и маргинальностью.

Так что никакие они не извращенцы в действительности, а самые обычные жулики и неудачники. Следовало бы, конечно, выразиться грубее, но приличествующие формулировки не пропустит ни один редактор. Нет, разумеется, среди интеллектуальной обслуги «вождей» попадаются и идейные борцы, и романтики. Но их на каждом шагу обходят более «технологичные» и «прагматичные» коллеги.

Радикалы стали сбиваться в кучу после украинской «революции» 2004 года и протестов против реформы системы льгот в январе 2005 года. Тогда многим казалось, что можно устроить «революцию» и в России, благо не за горами федеральная избирательная кампания (все «революции» – сербская, грузинская, украинская, киргизская – совершались под прикрытием борьбы с фальсификацией итогов выборов).

Я никогда не верил, что у них может что-то получиться, но вполне допускал, что, во-первых, «партия революции» объединит разнородные протестные группы, структурируется и мобилизуется, и, во-вторых, в ходе выборов действительно попробуют некую «революцию» организовать. Однако к концу прошлого года стало совершенно понятно, что ничего подобного не будет. Покушение на свержение крепкого и популярного режима нужно готовить долго и тщательно, и, если не удалось стартовать в 2005 году, ни на какой серьезный «выхлоп» в 2007–2008 годах и надеяться нельзя.

Потенциальные «революционеры» даже не смогли создать никакой координационной структуры или ее подобия, которое можно было бы предъявить зарубежным правительственным и неправительственным спонсорам для получения серьезного финансирования, медийной и организационной поддержки (хотя те вкладывали кое-какие деньги «в развитие»). На сторону «революции» целиком не перешла ни одна сколь-либо серьезная партия, притом что были надежды и на «Яблоко», и на СПС, и на «Родину».

Претенденты на лидерство в «революционном» проекте Рогозин и Касьянов полностью дискредитировали себя трусостью и неудачами. Гадкий утенок «молодежного протеста» издох в корчах, так и не полетев белым лебедем. Между тем киргизская «революция», обернувшаяся погромами, кровавый бунт в Узбекистане и постреволюционный бардак на Украине предельно осложнили «революционную» пропаганду. Это не говоря уже о том, что власть предприняла комплекс контрмер и превентивных шагов и в результате недоделанные российские «оранжисты» оказались даже не в гетто, а в каменном мешке.

Мне не ведомо, почему Сурков аттестовал радикалов первертами (фото: Дмитрий Копылов/ВЗГЛЯД)

Они, кстати, очень любят ссылаться на последнее, объясняя этим все свои неудачи. Типа против лома нет приема. Если нет другого лома, нужно добавить. Когда действительно складывается революционная ситуация и власть имеет дело с настоящими революционерами, ей не поможет ни ужесточение законодательства, ни применение политтехнологий. Это эффективно лишь против авантюристов, засылающих в Европы оферты вроде: «Майдан. Недорого. При взаимной симпатии возможно многое». Какого-нибудь Хомейни нельзя было остановить никаким законами о партиях или зачисткой на рынке СМИ.

В начале этого года даже до самых забубенных отморозков дошло, что «революция», мягко говоря, переносится, поскольку время на подготовку упущено и денег нет и не будет. Кто-то опустил руки и отбыл во внутреннюю эмиграцию (или просто в эмиграцию). Но самые стойкие решили – и, в общем, по-своему правильно, – что хотя бы на небольшую бузу в ходе все той же кампании 2007–2008 годов заказчики обязательно найдутся.

«Партия революции» скукожилась до «партии бузы». В июле им наконец удалось провести презентационную конференцию и кое-как оформиться в протокоалицию под названием «Другая Россия» (коалицией их можно будет назвать, если они организуют еще пару-тройку крупных совместных акций и при этом не разругаются). Был проведен оппозиционный форум, от имени которого теперь действует т.н. политическое совещание.

Заявленная цель – консолидация всех недовольных путинским режимом, всех готовых добиваться его демонтажа и восстановления демократии. Ее большинство участников конференции в той или иной степени отождествляют с порядками 1990-х годов, при которых им жилось сытнее и веселее. Обсуждались и планы употребить могучий ресурс непримиримой оппозиции на организацию бойкота думских выборов (ни одной партии в активе нет, а даже если бы и была, то сколько б она набрала…) и поддержку самовыдвижения Касьянова на выборах президентских.

Первую скрипку в «Другой России» играют Каспаров и Осовцов, т.е. люди Невзлина. Они вкупе с Касьяновым, Рыжковым и пр. изображают либералов. Левых аналогичным образом представляют Лимонов, помимо порнографических мемуаров пописывающий колонки в глянцевые журналы, и член Клуба поющих политиков Анпилов. Попытки затянуть к себе Глазьева кончились тем, что Сергей Юрьевич практически откровенно послал. Никаких правых, к счастью, там нет.

Касьянов и Каспаров позиционируются как «большие дяди» – ведь один бывший премьер, а другого народ помнит как чемпиона мира по шахматам. Они специализируются на гастролях по регионам и загранице, у обоих есть собственные движения – соответственно Российский народно-демократический союз (РНДС) и Объединенный гражданский фронт (ОГФ), в которые рекрутируются бывшие и действующие активисты «Яблока», СПС и прочие маргиналы.

Лимонов возглавляет Национал-большевистскую партию (НБП), юридически, естественно, никакой партией не являющуюся. Это тусовка молодых, нередко совсем юных экстремистов, жаждущих чего-нибудь «замутить». В 2004 году Лимонов и его партнер (по бизнесу) Линдерман, по-видимому, пытались продавать НБП как готовый российский аналог «Кхмары» и «Поры» и не придумали ничего лучше, чем послать «детишек» захватить сначала кабинет министра Зурабова, а затем общественную приемную администрации президента. В итоге в СИЗО оказались десятки нацболов. «Пору» из НБП никто делать не стал, но зато Лимонов и Линдерман были приняты в число борцов с режимом. Им проставили знак ОТК. С тех пор специализация Эдички – политическое хулиганство, поставка мелких PR-поводов и «политзаключенных» оптом и в розницу.

Рыжков, Анпилов и им подобные есть не более чем гарнир.

Рогозин генерал не то что без армии – без роты (фото: Митя Алешковский/ВЗГЛЯД)

Рогозин к «Другой России» не примкнул и в принципе не собирается. Считает, что в братскую могилу ему еще рановато. Исторически он работает по национал-экстремистам, по протестникам-патриотам, у которых что Касьянов, что тем более Каспаров с Невзлиным вызывают рвотный рефлекс. Хотя последние сейчас крайне заинтересованы в дружбе с теми, кого они публично (и при этом ошибочно) именуют националистами, а между собой «нациками» и «гопотой». Уж больно те модные стали после кондопожской истории. В этом отношении, правда, куда больший интерес вызывает Поткин. У него есть ДПНИ, а Рогозин генерал не то что без армии – без роты. Да, есть известность, но люди же быстро все забывают. Рогозин сейчас фактически выставляет себя антрепренером Поткина и его труппы, но это краткосрочная разводка. И вообще, еще неизвестно, где и с кем ДПНИ и Поткин лично окажутся завтра…

Накануне и после т.н. «Русского марша» в либеральном сообществе проводилась разъяснительная работа (Альбац, Сатаровым и др.): мол, «нацики», то же ДПНИ, они, конечно, «нацики» и есть, но среди них же много ненавидящих Путина, да и вообще часть из них уже практически в национал-демократов перевоспиталась. Повелись далеко все, но многие. Занятно то, что когда полтора года назад обсуждался замысел превратить в «революционный» таран «Родину», тогда еще возглавляемую Рогозиным, отношение к ней было прохладным даже у многих «либерал-революционеров».

Дескать, надо еще долго думать. Когда год назад в Москве прошел «Правый марш», либералы, как потерпевшие, заголосили об «угрозе фашизма» и в «партии революции» тогда случился самый настоящий раскол. Объяснить происходящее сейчас можно лишь одним: жулики, рядящиеся в либералов и рулящие либеральным крылом непримиримой оппозиции, осознают свою беспомощность и пытаются устроить аншлюс своим более успешным и перспективным коллегам, оседлавшим «нациков». Не до жиру же.

Рогозин, Поткин со товарищи это прекрасно понимают. Они в принципе вполне допускают открытое партнерство (но не аншлюс, дураков нет), ведь оно позволит собирать больше денег, создавать новые PR-поводы, частично сгладит негативное отношение к национал-экстремистам со стороны оппозиционной прессы, преимущественно либеральной, и тех же западных friends. Но такое партнерство будет обставляться условиями, в том числе требованиями скорректировать риторику, лозунги. Так, на недавнем круглом столе «Гражданское общество и защита прав русского народа» в присутствии Сатарова Рогозин заявил, что либеральным правозащитникам пора начинать защищать права русских (а либеральные правозащитники славны своей зоологической русофобией).

Тому же Поткину нужно своим активистам предъявить перевоспитавшихся либералов, не то «братва не поймет». У Каспарова и Сатарова аналогичная ситуация. И в обеих тусовках полно тех, кто перевоспитываться не захочет ни за какие коврижки. Это Сатаров смог извиниться за то, что поначалу выступал против т.н. «Русского марша». Многие его товарищи каяться нипочем не станут. Дело не в идейности, а во вредности и гордыне, к тому же маски же прилипают. В довершение всего Лимонов может взбрыкнуть – он вообще жутко ревнует коллег по «Другой России» к «нацикам».

Таким образом, отнюдь не факт, что запланированный «Другой Россией» на 16 декабря т.н. «Марш несогласных» (первая крупная акция после июльской конференции и единственная за весь политсезон), на который сейчас стараются вытащить «нациков», не станет поводом для скандалов, расколов, взаимных обвинений в продажности и предательстве. Во всяком случае, с т.н. «Русским маршем» все было ровно так.

Единственный шанс для «Другой России» заработать какой-то приличный PR, пусть не в российских, так в зарубежных СМИ, – спровоцировать запрет своего марша. И в частных беседах перверты это охотно признают. Запретом можно будет оправдать априорную малочисленность этого мероприятия. Типа «несогласных»-то у нас полно, но не все готовы подставлять головы под милицейские дубинки, и мы, непримиримые оппозиционеры, к тому их призывать не могли. Только самые стойкие явились, да и их возле метро уже похватали и по ОВД развезли. Погибла демократия! Кровавая гэбня!

Очевидно, что в этой связи самым правильным будет не только разрешить провести марш, но и поручить федеральным телеканалам подготовить подробные репортажи. Вот сколько у нас «несогласных», поглядите! Все 225 человек! Все здесь! Добро пожаловать!