Борис Кагарлицкий: Поздно будет пить боржоми…

Меня всегда смущают стандартные ответы. Есть определенный набор общих фраз, которыми можно объяснить все что угодно, не объясняя ничего по существу. Например: «так принято», «весь мир (цивилизованный мир) так делает», «нельзя оставаться в стороне от процесса» и т.д.

Именно такими общими фразами населению объясняют, почему необходимо, чтобы Россия присоединилась к Всемирной торговой организации.

Что такое ВТО, чем она занимается и каковы ее правила, толком никто не обсуждает, да жители России не имеют об этом ни малейшего представления. Еще несколько лет назад многие думали, что имеется в виду Всероссийское театральное общество…

Впрочем, даже человека, не слишком сведущего в экономике и политике, должно было бы насторожить одно обстоятельство. О необходимости вступления в ВТО и о том, что от этого поступка никто не пострадает, наиболее рьяно говорят те политики и эксперты, которые лет десять назад говорили нам о преимуществах приватизации, о том, что нужна полная свобода цен, и о том, что надо «устранить государство из экономики». Естественно, они тоже обещали, что в процессе никто серьезно не пострадает, а позицию свою аргументировали ровно теми же словами, что и сейчас.

Особо любопытным разъясняют, что все прилавки будут завалены дешевыми импортными товарами, иномарки подешевеют, а наша промышленность от этого только выиграет, ибо «повысится конкурентоспособность». Что такое конкурентоспособность, ни обыватель, ни сами пропагандисты в точности сформулировать не могут, но, видимо, что-то хорошее.

«ВТО и МВФ непосредственно способствовали разорению и обнищанию сотен миллионов людей, причем значительная часть пострадавших относится как раз к «индустриально развитым» странам»

Такие рассказы производили ошеломляющее действие на советского гражданина, замученного очередями и дефицитом, мечтавшего о румынской мебели и чешской обуви как о высшей форме благосостояния. Однако за прошедшие 15 лет сознание несколько изменилось. Импортными товарами – не самого высокого качества – прилавки и так завалены. А научившийся считать обыватель с неодобрением обнаружил, что рост импорта оборачивается сокращением рабочих мест, а также снижением реальной заработной платы. Дело в том, что «рост конкурентоспособности», о котором так любят рассуждать экономисты, в большинстве случаев достигается за счет снижения заработков рабочих или массовых увольнений (так, чтобы оставшиеся начали пахать за двоих, получая деньги за одного). Разумеется, в теории более высокую конкурентоспособность можно достигнуть и за счет введения новой техники, сокращения энергоемкости и экономии материалов. Только подобные методы обходятся существенно дороже для предпринимателя и применяются как раз на регулируемых и защищенных рынках – там, где нельзя просто снижать заработки рабочих. Основная задача ВТО как раз состоит в том, чтобы устранить государственное регулирование, отменить защиту не только национальных рынков, но и социальных прав населения, облегчив тем самым задачу крупным международным компаниям, которые бродят по миру в поисках более дешевой рабочей силы, менее жестких экологических и социальных стандартов.

С тех пор как Международное соглашение по тарифам и торговле было преобразовано во Всемирную торговую организацию, во всем мире началось настоящее наступление на заработную плату и экологию. Именно поэтому ВТО вызывает такую ненависть именно в западных странах. С некоторых пор встречи этой организации перестали проводить в Европе и США: каждое подобное мероприятие заканчивается массовыми народными волнениями и многодневными уличными сражениями. Безопаснее встречи проводить где-нибудь в Азии под присмотром тоталитарного государства и свирепой полиции, которая в случае необходимости не колеблясь расстреляет протестующих.

Акция антиглобалистов

Естественно, российские журналисты рассказали отечественной публике про погромщиков-антиглобалистов, которые неизвестно за что поджигают «Макдоналдсы». Забыли, правда, рассказать о том, что этих смутьянов в неприязни к ВТО и Международному валютному фонду поддерживает большинство населения. Это население неизменно высказывает свой протест и у избирательных урн – всякий раз, когда ему предоставляется такая возможность. Именно поэтому его предпочитают не спрашивать. Мол, речь идет о чисто технических вопросах.

Примерно по тому же сценарию происходит и присоединение России к ВТО. Никто не спрашивал граждан России, хотят они присоединяться или нет. Никто даже не объяснил им, о чем идет речь. Точно так же, вступая в отношения с Международным валютным фондом, российские власти предпочитали не обсуждать с жителями страны смысл принимаемых на себя обязательств. Обещали стабилизацию рубля – и она наступила, правда, на фоне общего повышения цен на нефть и после того, как полстраны оказалось разорено. Теперь мы отлично знаем, что такое МВФ. Каждый раз, когда правительство пытается вызвать сочувствие населения, оно напоминает, что никаких дел с МВФ давно не ведет, с долгами разобралось и безобразия 1990-х годов ушли в прошлое. Однако почему-то забывают упомянуть, что МВФ и ВТО – это что-то вроде сиамских близнецов и проводят они согласованную политику. Причем суть политики в том, чтобы лишить страну права на принятие самостоятельных решений.

Если Россия хочет понижать таможенные пошлины, если хочет отказаться от субсидирования транспорта, помощи сельскому хозяйству и поддержки общедоступного образования, никто не мешает власть имущим и сегодня поставить очередной увлекательный эксперимент на людях. Но в случае его провала есть шанс, что неудачные меры будут отменены, а экономическая и социальная политика изменена. Но именно в том и состоит принцип ВТО, что обязательства, взятые на себя в рамках этой организации, необратимы. Принятые решения должны неукоснительно выполняться, превращаясь в нормы международного права. Даже в том случае, если идиотизм этих решений становится очевиден всем, включая бессчетное число бюрократов из самой ВТО. Просто нет в этой организации механизма «обратного хода», не прописаны такие процедуры.

ВТО и МВФ непосредственно способствовали разорению и обнищанию сотен миллионов людей, причем значительная часть пострадавших относится как раз к «индустриально развитым странам».

Смысл вступления в ВТО состоит в принципиальном и необратимом отказе от экономического суверенитета. Причем не в пользу какой-то другой страны, чего так боятся отечественные патриоты, а в пользу сообщества крупнейших международных корпораций и тесно связанной с ними международной бюрократии. Крупнейшие российские поднакопили капитал, вышли на мировой рынок и сейчас не прочь стать членами этого сообщества. Они хотят приобретать новые предприятия за рубежом и включаться в мировой финансовый рынок. Они, безусловно, выиграют. Или по крайней мере не проиграют.

Родриго де Рато

Проигравшими окажутся все остальные. Те, кто не может тратить многомиллионные суммы на лоббирование своих интересов (теперь уже на глобальном уровне), те, кого и по более мелким вопросам не спрашивают. Большинство населения России.

Всякий раз, когда начинаются неприятные вопросы, сторонники ВТО прерывают дискуссию, жестко заявляя: говорить, спорить уже не о чем. Решение принято! Кем принято? Строго говоря, решение принято администрацией США, решившей допустить Россию в ВТО. Иными словами, вопрос о нашем членстве в организации и об условиях этого членства принимает в конечном счете правительство иностранного государства, не испытывающее, кстати, к России особой любви и не пользующееся у нас в стране особой популярностью.

Нет, разумеется, российское правительство проситься в ВТО решило само. И совершенно добровольно. Или почти добровольно (вспомним, что процесс был запущен в 1999–2000 годах, когда экономическая и политическая зависимость от Запада была существенно выше, чем сейчас).

Между тем дискуссию прекратить не удается. Несмотря на все усилия чиновников, обсуждение вопроса лишь набирает обороты. И чем больше люди понимают, о чем идет речь, тем меньше испытывают радости…

А присоединение России к ВТО все еще не стало юридическим фактом: на наше счастье, международная бюрократия так усложнила и запутала процедуры, как не снилось даже самым изобретательным советским чиновникам. В итоге даже договоренности с Вашингтоном не вступают в силу, пока не будут разрешены проблемы с Грузией и Молдовой. Две маленькие постсоветские республики требуют от России уступок. Если мы, как подобает образцовому мазохисту, хотим нанести урон самим себе, то за удовольствие придется платить, идя на компромисс с бывшими «советскими братьями».

Национально озабоченные комментаторы уже вовсю плачутся по поводу «унижения», которое предстоит испытать Москве, возобновив авиационное сообщение с Грузией и вернув боржоми на прилавки отечественных магазинов.

А по мне, так можно поступить проще. Грузинское и молдавское вино на прилавки вернуть, а в ВТО не вступать.