Вадим Пономарев: Три распространенных заблуждения о русском роке

Да существует ли русский рок вообще? Ох, и тема же это. Я не из тех, кто отказывает ему в праве на существование. Но какой же груз легенд и попросту выдумок лежит на понятии «русский рок».

Не смахнуть ли пыль с полок? Где заблуждения и где реальность? Пойдем по такому пути. Есть несколько самых популярных тезисов, которые получили распространение в последние годы. Разбираясь с ними, у нас наверняка получится создать более чистую, более объемную картинку этого национального нашего феномена. Русский? Рок?

1. Русский рок вторичен к западному

«Рекламы рок-групп в 60-е годы прошлого столетия в условиях советской действительности не существовало»

Музыка сложена, как известно, из 12 нот. Как любят писать в криминальных голливудских блокбастерах, «любые совпадения с реальными лицами случайны». Теория вероятности Эйнштейна говорит нам, что любой человек при сочинении чего-либо своего должен написать хотя бы одну мелодию, придуманную уже до него. Закон об авторских правах сужает правовое поле до 7 последовательных нот. Телешоу «Угадай мелодию» берется угадать ее порой с двух нот.
Поздравляю.
Мы пришли в тупик абсурда.

Рок-музыка применяет для аранжировки песен всего несколько схем, прекрасно известных мастерам своего дела. Ударная установка, например, использует и вовсе один основной ритм: «Бум-бах! Бум-бах!» Тот самый, что звучит, если нажать кнопочку «рок» на любом игрушечном синтезаторе. О какой вторичности мы тогда вообще говорим?

Один приятель-звукооператор, кичившийся тем, что когда-то ездил на гастроли с великой «Машиной Времени», под рюмку чая рассказал мне одну секретную историю о том, как Макаревич делает хиты. Оказывается, Макар берет грампластинку с каким-нибудь западным хитом, например, «Роллинг Стоунз», и увеличивает скорость вращения на вертушке. Получается убыстренная или, наоборот, замедленная музыка. Ее-то Макаревич и выдает за свою, сочинив русские слова. Так на полном серьезе утверждал мой приятель.

Концерт группы «Машина Времени», 1980 год

И действительно, у «Машины Времени» были очень похожие на кого-то песни. «Эпоха большой нелюбви» сильно похожа на «Personal Jesus» группы Depeche mode, а «Она идет по жизни смеясь» – на «Golden Broun» знаменитых The Stranglers. Но не стоит делать выводы о вторичности даже одной из вышеназванных песен. И вот почему.

Тезис о вторичности возник даже не от провинциальности сознания многих: там, за границей, такой большой мир, а мы тут как гномики. Он возник от полного отсутствия ощущения медийности современного мира. От непонимания, что музыкальными течениями управляют сиюминутности: ты включил радио, влетела новая мелодия, спровоцировала тебя на настроение, твое настроение выдало тебе новую мелодию.

Что за радио? Или это было ТВ? Или свежекупленный диск?

Медийное миросознание не ставит дрожащей рукой полосатые столбы на границах. Музыканту вообще невдомек, где и когда он услышал что-то такое, что вдохновило его на сочинение «Она идет по жизни смеясь», к примеру. Ты живешь в Алабаме, и в твое ухо залетела песенка «Машины Времени» – родилось настроение, и ты сочинил нечто вроде «Golden Broun». Кто тебя за то осудит?

Другой вопрос, что среднестатистическому музыканту в Алабаме чаще залетают в ухо американские же песенки. Ими он вдохновляется. И надо очень не любить свою страну, чтобы говорить, что они там, в Алабаме, пускай тырят друг у друга и вдохновляются, а вот если в России что-либо подобное, – так это вторичность. Нет, приятель. Не надо двойных стандартов.

Не надо грязи на русского рок-музыканта. Ему и так нелегко. Он тоже, возможно, переживает за то, что суперхит всех времен и народов «Hotel California» 1976 года «вторичен» по отношению к «We used to know» из альбома 1969 года «Stand Up» группы Jethro Tull. Переживает, но смешным заблуждениям чужд. Чего и всем стоит посоветовать.

2. Русский рок появился сам собой, без рекламы

Борис Гребенщиков (www.aquarium.ru)

Вопрос наболевший, в том смысле, что масса рок-музыкантов ныне сидит в темных чуланах, не в состоянии пробиться к широкой публике без рекламы, без ротаций и бюджетов. И с ностальгией вспоминают они зарождение старого доброго русского рока…

И тут все не так. Точнее, не совсем так. Рекламы рок-групп в 60-е годы прошлого столетия в условиях советской действительности не существовало. Как не было ее на колбасу, духи, пиво и даже прокладки. В привычном нам смысле не существовало. Процитирую действующий сейчас Федеральный закон о рекламе от 18.07.1995 №108-ФЗ: «Распространяемая в любой форме, с помощью любых средств информация о физическом или юридическом лице, товарах, идеях и начинаниях (рекламная информация), которая предназначена для неопределенного круга лиц и призвана формировать или поддерживать интерес к этим физическому, юридическому лицу, товарам, идеям и начинаниям и способствовать реализации товаров, идей и начинаний».

«Любые» средства информации – это ключевое слово. СМИ ничего поначалу не писали о явлении рок-музыки. Но были же совсем другие медийные инструменты, по нынешним временам недоступные музыкантам.

Были так называемые пункты звукозаписи. То есть места, где почти легально за сходную плату переписывались с бобины на бобину любые альбомы любой группы. Они появились в СССР почти одновременно с началом массового производства катушечных магнитофонов, то есть как раз в 60-е годы. И будки эти стояли на каждом шагу. Мало кто помнит сейчас громоздкий ламповый магнитофон «Аидас» с пластиковыми кнопками цвета слоновой кости, а ведь он был пионером рок-музыки в стране. На нем гулко стучали первые «Битлз» Страны Советов. Это потом уже появились «Кометы», «Яузы», «Вильмы». И предел мечтаний – «Олимп МПК-005С» и «Орбита 106» с несколькими пишущими головками.

Функцию Интернета выполняла тогда тесная общественная коммуникация. Да-да, подзабытый ныне коллективизм сгонял всех, кому не нравилась официальная общественная жизнь, в не менее тесную неофициальную. Бобины, а потом аудиокассеты с записями любимых групп перезаписывались многократно. Знакомые и даже незнакомые люди переписывали альбомы «Кино» совершенно бесплатно, как ныне перегоняют друг другу MP3. Только ценность этих записей была несоизмеримо выше, потому что было их просто физически меньше.

К чему это я? «Аквариум» раскрутился в родном Питере буквально парой концертов, а по всей стране стал известен после анекдотичного выступления на фестивале «Тбилиси-80». С момента создания группы прошло восемь лет, что по меркам нынешнего времени означало примерно год. Группа «Кино» в 1982 году записывает свой первый альбом «45», и уже в следующем году черновые записи альбома «46» расходятся по стране, как горячие пирожки.

Реклама все равно необходима. Надо лишь понимать, что в годы зарождения русского рока иными были ее каналы. Роль рекламных коммуникаций выполняли слухи, квартирники, пункты звукозаписи и даже самиздат. Не стоит отрекаться от своего прошлого. Надо искать в нем параллели с сегодняшним днем, чтобы увидеть пути в будущее отечественного рока.
Кстати, а разве русский рок не умер?

3.Русский рок умер

Виктор Цой

Многие юмористы датируют смерть русского рока 15 августа 1990 года, когда разбился Виктор Цой. Черный юмор всегда был у нас в чести.

Когда раздаются столь громкие заявления, стоит поискать того, кому это выгодно. Кому выгодна кладбищенская тишина там, где только что ревел стадион? Да не самому ли убийце?

Рок-музыка стремительно вбирает в себя наисвежайшие течения и изобретения. Ей ничего не стоит принарядиться в модную электронную одежку, распеться этническим распевом, вплотную подойти к строгому православному миропониманию, а то и примерить на себя джазовый профессионализм.

Меняется мир и меняется русский рок. А на кладбище остаются те, кто хотел бы загнать его в старинные пыльные рамки жанра и тем прихлопнуть его крышкой невзрачного советского гроба, да и попить-поплясать на поминках.

Не терпится кое-кому «закрыть вопрос». Дескать, был рок да весь вышел. А теперь нажмите кнопку на компьютере, включите-ка попсы получше да позабористей. И придет вечное счастье с рекламной улыбочкой и слюнкой в уголке рта. От сладости.

Очень хочется обернуть весь этот рок в фантики, чтобы скушать с большим аппетитом. Только не получается. Рождаются все новые и новые песни. Клубы заполняются людьми, которые идут услышать этих парней с гитарами. Гастрольная жизнь налаживается с невиданным размахом. Жизнь вообще налаживается.

А страна у нас большая-большая. И засыпана она снегом большую часть года по самые крыши домов. И сидит под той крышей где-то малыш-карапуз. И не читает он советских газет за завтраком, а бьет пухлой ручкой по гитаре. Звучит в ответ гитарная струна, вибрируя и сливаясь с электронной пульсацией чего-то по радио, с мельканием цветных бликов чего-то по телевизору, с урчанием чьего-то компьютера за стеной. Звучит гитарная струна на фоне восходящего солнца.

Что тому малышу три заблуждения о русском роке?
Растет малыш, трогает гитару. Растет…