От спасения Пальмиры сирийскую армию отвлекает слишком многое

В понедельник части 5-го легиона и 18-й танковой дивизии атаковали позиции боевиков ИГИЛ* на высотах у газового месторождения Хаййян. Если хотя бы одна из этих высот будет отбита у джихадистов и удержана относительно долго, это позволит правительственной армии рассчитывать на освобождение всего газового поля, которое, по сути дела, – один из флангов обороны ИГИЛ у Пальмиры.

Террористы потеряли более 100 позиций и элементов инфраструктуры. Сколько это «в головах», пока не понятно

В сочетании с удержанием перекрестка дорог Джихар это создаст благоприятную обстановку для возможного флангового обхода Тадмора (жилая часть) и выдавливания оттуда противника без втягивания в боевые операции в старом городе – той самой Пальмире.

Различные источники, включая и Министерство обороны РФ, говорят о завозе боевиками в Пальмиру большого количества взрывчатки для уничтожения тех античных памятников, которые они еще не успели сровнять с землей. Это может свидетельствовать о планах по оставлению города джихадистами, но по большей части они такими тактическими категориями не оперируют. Уничтожение языческих памятников архитектуры и культовых сооружений доисламской эпохи – внесистемная задача, ее ИГИЛ будет выполнять, не оглядываясь на тактические события на фронте вокруг города.

Наступление на Пальмиру хотя и готовилось довольно долго, но развивается практически без поддержки с воздуха. Российские ВКС, как и сирийская авиация, сосредоточились на бомбардировках позиций ИГИЛ у Дейр-эз-Зора и других джихадистов в провинции Хомс. В последние дни целями были в основном газовые поля Сухана в Хомсе и опорные точки террористов южнее и восточнее аналогичных полей Аль-Маядин у Дейр-эз-Зора.

При этом локальные столкновения продолжаются практически по всей прежней линии фронта. В том числе к востоку от Алеппо, где правительственная армия расширяет территориальный контроль вокруг военно-воздушной базы Кувейрис. В то же время в провинции Дераа не присоединившиеся к перемирию группировки ведут между собой переговоры о создании некой новой коалиции, боевики которой уже сейчас совершают вылазки против правительственных войск, и на них приходится отвлекать значительные силы.

На эту тему
• Сирийские войска вряд ли успеют спасти Пальмиру
• Асаду дают понять, что война еще не окончена
• Евгений Сатановский: Сирия в двух сценариях
• Сирийская оппозиция скатилась в расизм и истерику

Это уже говоря о странной или, как выражаются некоторые арабские комментаторы, «угловатой» ситуации вокруг Эль-Баба, где рано или поздно столкнутся между собой антагонистичные друг другу системы – турки и курды, правительственные войска и «Сирийская свободная армия» из бывшей «умеренной» коалиции.

ИГИЛ продолжает довольно эффективно огрызаться и на тех участках фронта, где присутствие правительственных войск Сирии, как и воздушная поддержка со стороны России, в данный момент невозможны. Так, в последние несколько дней джихадисты успешно атаковали позиции курдов к востоку от Ракки и осадили пять курдских населенных пунктов неподалеку от дамбы Табака. Объективно оценить потери ИГИЛ за весь этот период очень сложно, но, по данным Минобороны РФ, террористы потеряли более 100 позиций и элементов инфраструктуры. Сколько это «в головах», пока не понятно.

Если предположить, что сирийский генеральный штаб в данный момент погрузился в не совсем военную задачу и пытается избежать бессмысленного и катастрофического для переговорного процесса конфликта вокруг Эль-Баба (именно с этим могут быть связаны странные «танцы» отдельных частей вокруг, казалось бы, уже взятых населенных пунктов типа Бзаа), это опять может парализовать затянувшееся наступление на пальмирском направлении. В конце концов, там давным-давно все подготовлено, и выдергивать уже переданные под Пальмиру части для закрытия других участков фронта не актуально.

Если же мы имеем дело с типичной для Дамаска нерешительностью при определении главного удара и выборе политических приоритетов, это уже какая-то родовая травма, с которой придется просто смириться и на будущее записывать лишний месяц на «раздумья» при подготовке той или иной операции. Как правило, подобная неопределенность заканчивается с переходом инициативы к противнику, когда выбор становится естественным и не зависящим от тех, кто должен принимать решения в генштабе. Нежелание брать на себя окончательную ответственность – еще одна местная политическая черта, а многосторонние переговоры только способствуют размытости общей картины.

С этой точки зрения попытки недобитых в провинциях Дераа и Дамаск группировок объединиться в нечто новое и единое можно только приветствовать – в конечном счете шаги к объединению создают перед Дамаском образ единого и понятного врага. Переговорный процесс с десятком странных персонажей изматывает, перманентно усложняет ситуацию и сильно запутывает всех его участников, особенно официальный Дамаск. Военные теряют внятный ориентир к действию, а они и ранее принимали решения не слишком быстро, теперь же расстроились окончательно. ИГИЛ и «Джебхат ан-Нусра*» пока еще не превратились для Дамаска в единственных врагов, на которых можно было бы быстро сосредоточить свое внимание. А, к примеру, «Джейш аль-Ислам» стала дробиться на десятки отрядов, часть из которых поддержала «астанинский процесс», часть ушла куда-то в сторону «ан-Нусры», а третьи вовсе превратились в тех, кем изначально были – в племенное ополчение без точных представлений о политике и религии. Они даже границы своей племенной территории не до конца осознают, как и свои обязанности на ней.

За всеми этими хлопотами мы действительно можем лишиться Пальмиры в ее культурном понимании. И те вещи, которые мало кто произносит вслух из-за ложно понимаемой политкорректности, станут реальностью: война за уничтожение нашей цивилизации превратится в предельно наглядную, понятную даже для тех, кто до сих пор считает, что население Ракки – это мученики, стонущие под гнетом ИГИЛ.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ