24 февраля, пятница  |  Последнее обновление — 07:01  |  vz.ru

Главная тема


Протест Японии подтвердил верность решения о дивизии на Курилах

праздничная встреча


Военные моряки рассказали Путину о недружественном поведении кораблей НАТО

задержки машин


Россия выиграла у Белоруссии спор в суде ЕАЭС

оборонный концерн


Украинской армии пообещали за год передать 60 самолетов

Обращение с жалобой


Рада возмутилась отсутствием упоминания «оккупации» Крыма в отчете ОБСЕ

проблемы с кадрами


Шойгу рассказал о гигантской нехватке военных летчиков

поставки угля


Россия сделала важный шаг для спасения предприятий Донбасса

«масштаб не тот»


Пушков высмеял Порошенко и Саакашвили в связи с заявлениями о войне

подсчет минюста


Украина сказала, сколько потеряла от выхода Крыма

«ничему не научились»


Василий Стоякин: Что происходит в головах у моих сограждан, которые три года назад выбежали на Майдан?

«третий путь»


Егор Холмогоров: Шафаревич показал ту идеологию, которая будет править сатанинский бал на наших просторах с начала перестройки

юбилей октября


Андрей Бабицкий: Революция 1917 года была бедствием, кошмаром, это была трагедия миллионов людей

на ваш взгляд


Россия признала паспорта ДНР и ЛНР. Какие дальнейшие шаги должна делать Москва по отношению к республикам Новороссии и Украине?

В борьбе за рабочие места россиянам придется конкурировать с роботами

На 10 000 работников в России приходится только один робот. В США – 176   14 февраля 2017, 10:42
Фото: Rebecca Cook/Reuters
Текст: Анастасия Антонова

Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •
  •
Сообщить об ошибке  •

То, что внедрение автоматики в производство и сферу услуг оставит многих людей без работы, давняя страшилка экономистов. Некоторые считают, что уже через десять лет рабочего места может лишиться чуть ли не каждый второй россиянин. Но действительно ли Россия способна преодолеть технологическое отставание так быстро, и если да, какие профессии исчезнут первыми?

В настоящее время власти развитых и развивающихся стран задают жесткий курс на электронную экономику, что заставляет общество многое переосмысливать с учетом опыта трех промышленных революций, которые мир уже пережил. Известно, что через запятую с автоматизацией труда зачастую идет безработица – и повторения подобного в глобальных масштабах страшит многих. Пока в Европарламенте размышляют над правами электронного человека, а Кремниевая долина готовится к апокалипсису и массовым восстаниям, правительство РФ настойчиво советует регионам подумать о переобучении кадров. Низкая производительность труда – давний бич экономики России. Повысить ее можно через автоматизацию, а общее отставание РФ от многих стран Запада говорит в пользу того, что процесс вытеснения людей роботами у нас будет иметь весьма динамичный характер. И тем, кто в обозримой перспективе не хочет остаться один на один с невостребованной на рынке специальностью, необходимо это учитывать.   

Железная рука рынка

«Лидерами в вопросах автоматизации и роботизации в России являются банки. Это вполне объяснимо – они обладают для этого достаточными ресурсами»

Электронная экономика (то есть экономика, основанная на цифровых технологиях) термин относительно новый – он был предложен американским информатиком Николасом Негропонте в 1995 году. Компьютеризация повлекла за собой тектонические сдвиги во всем обществе и потребовала качественно нового подхода к экономике, заложив основы шестого технологического уклада, наступления которого мир ожидает в ближайшем будущем. И пока футурологи, разделившись на оптимистов и пессимистов, дискутируют о перспективах прогресса, руководство крупных компаний все чаще озвучивает капиталистические замыслы по замене работников-людей программами и механизмами.

Так, на Всемирном экономическом форуме в Давосе глава Сбербанка Герман Греф заявил, что хочет ополовинить штат сотрудников к 2025 году, причем 8% будут сокращены уже в 2017-м – первыми на улице окажутся 3 тыс. юристов (которых, впрочем, готова приютить «Почта России»). И это не локальный эксперимент, а авангард тренда. В Краснодаре намечено увольнение нескольких сотен кондукторов. В Перми сотрудники местного филиала «Нестле» вышли на митинг в связи с сокращением рабочих мест. Офисному персоналу Ford Sollers в отделениях Москвы, Ленобласти и Татарстана анонсирована так называемая программа добровольного ухода (пять окладов при добровольном увольнении), после которой треть работников (1500 человек) должны покинуть компанию.

Новостей такого рода появляется все больше. Ряд отечественных СМИ уже опубликовали прогнозы, согласно которым через десять лет половина россиян останутся без работы. Всерьез обсуждают даже техноапокалипсис: во все том же Давосе выступил футуролог Алексей Турчин с докладом о катастрофических рисках создания искусственного интеллекта. Но если «восстание машин» общество пока что не пугает, то замена людей роботами на производстве выглядит вполне реалистично. На волне роста сейчас сайты, предлагающие пользователям оценить риски своей профессии в плане ее будущей роботизации.

Фото

Владимир Путин посетил Центральный научно-исследовательский институт точного машиностроения, где ему показали боевого робота-аватара. Робот пятью выстрелами из пистолета поразил мишень и сделал круг на квадроцикле по автодрому
Владимир Путин посетил Центральный научно-исследовательский институт точного машиностроения, где ему показали боевого робота-аватара. Робот пятью выстрелами из пистолета поразил мишень и сделал круг на квадроцикле по автодрому
В некоторых отраслях эти риски особенно высоки. Минтруд уже объявил об изменениях в системе оценки условий труда, и теперь работы в самом опасном четвертом классе условий для человека будут запрещены. Таких позиций много – к примеру, на химических заводах, а всего на этом основании могут сократить до 40 тыс. работников по всей России. Теоретически восполнить потерю должны роботы, улучшив тем самым условия труда для людей, но работники «четвертого класса» не до конца уверены в том, что в процессе улучшения их попросту не уволят. В начале ХIХ века с похожим недоверием отнеслись к ткацким станкам британцы, в итоге организовав восстание луддитов – на его подавление правительственные войска потратили больше ресурсов, чем на сопротивление Наполеону на Пиренейском полуострове. Восстание удалось погасить, но его опыт вписан в экономическую науку и историю как наглядный поучительный пример: ткацкое производство не обезлюдело, а продолжило развиваться, условия труда в нем улучшились, но луддиты уже были казнены, став символом борьбы с прогрессом. 

Чистки в стабильных компаниях нагнетают панику и сегодня, чем работодатели зачастую пользуются, попросту увеличивая нагрузку на «выживших» сотрудников без обещанной роботизации их труда, обучения и прибавки к зарплатам. Тем не менее специалисты-практики полагают, что автоматизация производственных процессов в перспективе только укрепит рынок труда.

«Сегодняшние процессы сильно отличаются от прошлых технических революций. Компьютеризация при сокращении доли непроизводительного труда сейчас не столько уменьшает количество рабочих мест, сколько меняет подход к умениям и навыкам работников, порождает новые специализации. На одно закрытое направление открывается два новых, более технологичных. Количество информации, которая циркулирует в любой компании, значительно увеличивается. Это дает новые возможности для контроля и управления бизнесом, но в то же время требует новых рабочих мест для специалистов, которые наполняют системы информацией и поддерживают ее актуальность», – заявил газете ВЗГЛЯД директор по разработке программного обеспечения компании «Акронис» Сергей Уласень.

«Сама ездит, все грузит, все сама решает»

По словам Уласеня, лидерами в вопросах автоматизации и роботизации в России являются банки. Это вполне объяснимо – они обладают для этого достаточными ресурсами, кроме того, стартовали позднее многих производств, потому могут сразу внедрять самые передовые технологии без затрат на поддержку и обновление старой инфраструктуры. То же можно сказать и про мобильных операторов: у российских компаний сервис давно не хуже, а местами явно лучше европейского. В целом же среди передовиков автоматизации оказались те, кто работает с массовым клиентом, вне зависимости от отрасли. К примеру, сейчас активно развивается новый канал коммуникации с клиентами – чатботы в мессенджерах. Еще один драйвер развития – разработка роботизированных автомобилей.

Угрозу безработицы сглаживает, в частности, то, что в процессе обучения робота необходимо ввести много информации и постоянно эту информацию обновлять. Подобное требует постоянного участия человека, и прежний оператор ПЭВМ становится оператором АРМ по обновлению «базы знаний» механизма, для чего в первую очередь необходимо разбираться в предмете его деятельности, а не в программировании как таковом. 

«Безусловно, в эру электронной экономики одни специальности станут менее востребованными или вовсе уйдут с рынка, но одновременно возрастет потребность в других навыках. Так, внедрение банками роботизированных терминалов, где можно запросить помощь оператора из удаленного офиса, с одной стороны, уменьшает число сотрудников в обычном офисе, с другой – увеличило количество рабочих мест для операторов call-центров. Но, к сожалению, пока инновации могут себе позволить только крупные компании, ведь это требует больших вложений», – резюмировал эксперт.

С тем, что массовой замены людей роботами на производстве в ближайшее время ждать не стоит, согласен и заместитель руководителя московского подразделения компании-интегратора «Интегро» Дмитрий Ким. «Несмотря на то что в России уже есть полностью роботизированные склады, это очень дорогая технология, требующая больших инвестиций, окупающая себя только на высокооборачиваемых площадках. Чаще применяется лоскутная автоматизация, где процесс контролируют люди. Да, есть склады, где даже света нет, техника сама ездит, все грузит, все сама решает. Технологии развиваются в этом направлении, за этим будущее, но сейчас это очень дорого и пока не слишком актуально для России», – заявил он газете ВЗГЛЯД.

И все же, подчеркивает Ким, тем, чья работа малоэффективна, циклична и проста, стоит задуматься о своем будущем и повышать квалификацию уже сейчас. Ситуация на актуальном рынке труда такова, что очень немногие люди обладают бэкграундом данных, достаточным для новых условий. Соискателям вакансий нужно быть все более образованными и высококвалифицированными. «Например, электронный документооборот в скором времени лишит многих бухгалтеров насиженных мест, весь процесс налоговой отчетности теперь занимает несколько часов, а не дней, как раньше. На тех же складах после автоматизации на 20–30% сокращается оперативный персонал. В среднесрочной перспективе будут создаваться рабочие места, где необходима большая ответственность, творческий подход, определенные навыки и мышление. В идеале работодатели вкладываются в обучение сотрудников, в сертификаты, которые сотрудники должны отработать после получения. Солидные бренды в рамках внедрения оборудования, как правило, предлагают партнерам программы обучения кадров, устраивают семинары с получением привилегий и скидок на изученную линейку продукции», – добавил он.

По словам Кима, на роботов заменят в первую очередь тех, чья деятельность не требует экспромта, творчества, интуитивной коммуникации. «Процесс уже идет, уже запущен, это как с новыми гаджетами. Идет урбанизация, растут города. Люди пришли к тому, что без вложений в автоматизацию ниша бизнеса будет слишком узкой. Тех, кто выполняет чисто механическую работу, действительно заменят на роботов, это вопрос времени. Автоматика призвана повысить КПД, и малоэффективные сотрудники, не думающие о повышении квалификации, будут в зоне риска. И в офисах это сделать проще, чем на производстве, поскольку многие работы можно перевести на ПО, а оно не так дорого стоит, как специализированная интеллектуальная машина. Анкетирование, обзвон по базе с ответами «да» и «нет», некоторые функции секретаря. Те же юристы, применяющие свои навыки только для составления договоров. Машина в состоянии собрать данные, консолидировать их, она не может только поменять алгоритм своего решения», – подчеркивает эксперт.

Фото

В Центре подготовки космонавтов (ЦПК) им. Юрия Гагарина представили новую антропоморфную систему «Андронавт», которая представляет собой человекоподобного робота, способного распознавать эмоции и оказывать информационную и психологическую поддержку космонавтам
В Центре подготовки космонавтов (ЦПК) им. Юрия Гагарина представили новую антропоморфную систему «Андронавт», которая представляет собой человекоподобного робота, способного распознавать эмоции и оказывать информационную и психологическую поддержку космонавтам
Он также отметил высокий рост автоматизации в сельском хозяйстве: крупные мясопроизводители вовсю внедряют передовые технологии, например во Владимирской области. Активно развивается в этом направлении Краснодар и Екатеринбург, но пока не торопится СКФО. Возможно, жителей Северного Кавказа удерживают традиции семейного бизнеса, но куда более значимым фактором остается инвестиционная непривлекательность региона.

«Бездельников разгонят – это плюс»

Процесс цифротизации экономики требует детального контроля со стороны государства, подчеркивает со своей стороны глава юридического отдела российского Национального центра поддержки и разработки Роман Евдокимов. «Здесь и сейчас массовая долгосрочная безработица для целых областей отечественной экономики, конечно, химера. Да, будут уходить такие элементы, как сисадмин, «эникей» и просто «мастер на все руки», но хорошие специалисты с экспертизой в своей области будут еще долго востребованы, лет 10 уж точно. Автоматизируются в первую очередь бизнес-процессы, ускоряется обработка данных, снижаются затраты на инфраструктуру. Поэтому растут и развиваются ЦОДы, облачные сервисы, всевозможные автоматические конструкторы бизнес-процессов. А то, что бездельников разгонят, – это, бесспорно, плюс», – заявил он газете ВЗГЛЯД.

«Пока есть ощущение, что многие люди, используя выражение «цифровая экономика», не понимают или искажают его смысл, – рассуждает Евдокимов. – Нужно вдумчиво проектировать автоматизацию, чтобы не остаться потом с нестабильно работающим монстром. Да, есть производства, где работают только дизайнеры, роботы и люди, которые роботов обслуживают. В основном это обработка и переработка – мебельные фабрики, например. Но подобное пока редкость, в основном автоматизируют какой-то один процесс или группу процессов: закупки, согласование, документооборот, взаимодействие с органами надзора. Или что-то такое фрагментарное, что позволяет заменить, например, несколько курьеров».

Принципиально хорошая новость заключается в том, что при построении цифровой экономики в России уже вполне можно опираться на отечественные разработки. «Есть достойные продукты, другое дело, что для реализации некоторых серьезных проектов с использованием проверенных технологий, в том числе импортных, надо выбирать лучшее, а не только дешевое», – подчеркнул эксперт.

В целом отечественная IT-сфера пока переживает не лучшие времена. По словам Евдокимова, в последние годы бюджеты на IT везде сократились почти наполовину. «При этом увеличился разрыв по зарплатам среди IT-специалистов: эксперты стоят дорого, а рядовые рабочие руки, как правило, аутсорс из региона, на них экономят. Эта экономия на «нижних этажах» и разброс проекта по всей стране часто приводят к отсутствию синхронизации на этапах внедрения и тестирования, плохой обратной связи с техподдержкой и тому подобное. Впрочем, несмотря на то что темпы развития несколько снизились, стало больше долгосрочных проектов, люди стали задумываться о реальных результатах. Заказчики за свои иногда скромные, но выстраданные бюджеты порой требуют почти невозможного, – признал он. – С другой стороны, удорожание импортного ПО сейчас сдерживается импортозамещением: иностранные производители вынуждены предлагать конкурентные цены. Из стимулирующих мер на пользу развития отрасли также идут льгота по взносам в ФСС для IT-компаний, необлагаемые НДС лицензии и приоритет отечественного софта».    

Пока что в плане трудоустройства интеллектуальных машин (то есть роботов в полном смысле этого слова) Россия отстает от мирового рынка в 70 раз: к началу 2016 года на 10 000 рабочих в стране приходился всего один промышленный робот. Для сравнения, в Южной Корее, лидере автоматизации, этот показатель 531, в Германии – 301, в США – 176, в стремительно стареющей Сербии – 110, в Великобритании – 71, а в Китае – 49. Отсюда следуют два вывода. Первый – если отстаем настолько сильно, догонять придется быстро, отсюда и заявления о необходимости массовой роботизации со стороны властей и ведущих специалистов и заблаговременные предупреждения населению насчет повышения квалификации. Второй – в России пока что речь идет преимущественно о стратегическом планировании новой системы координат, включающей адаптированную систему образования и социальную подстраховку граждан.

Немалая часть населения – например, люди старшего возраста – могут оказаться беззащитны в новых жестких условиях, требующих постоянного обучения и переподготовки. Это новый эволюционный виток, в который нужно вписаться эффективно, но без боли. По поручению президента РФ Владимира Путина к 1 июня 2017 года правительство должно разработать и утвердить соответствующую программу, в которой будут заданы векторы развития здравоохранения, образования, науки и многих других сфер – обществу остро требуется повышение финансовой и компьютерной грамотности. Со своей стороны Центр мониторинга технологической модернизации и научно-технического развития ОНФ взял на себя труд осуществить анализ статистических данных с целью вывести показатели качества жизни граждан, которые понадобятся камбину при разработке программы.


Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

 
 
© 2005 - 2016 ООО Деловая газета «Взгляд»
E-mail: information@vz.ru
.masterhost Apple iTunes Google Play
В начало страницы  •
Поставить закладку  •
На главную страницу  •
..............