Читать не вредно

Очередной конфликт вокруг реформы образования разгорелся в январе после появления в книжных магазинах Москвы и ряда других российских городов новой программы по литературе, которая составлена Российской академией образования (РАО).

Стандарт апробируют на пилотных школах, и я бы меньше всего хотела под эту апробацию попасть

Методичка, собранная, по словам авторов, с учетом новых образовательных стандартов (Львова С. И., Ланин Б. А. и др. Русский язык и литература. Примерные программы среднего (полного) общего образования. М., 2013), перечисляет в алфавитном порядке классиков и современников, которых школьники должны будут проходить на уроках литературы.

К этой тоненькой книжке невозможно не отнестись со всей серьезностью: именно РАО проводит рецензирование всех школьных учебников, которые затем становятся обязательными для школ. Перечисленные в методичке произведения являются, как сказано в тексте, «ориентиром для составления рабочих программ по учебному предмету и определяет инвариантную (обязательную) часть содержания образования».

ФГОС и программа

Стоит отметить, что сам федеральный образовательный стандарт по русскому языку и литературе впервые в истории старшей школы не подразумевает того, что называется «программа», то есть списка обязательных к прочтению книг.

ФГОС оперирует содержательными понятиями («чувство», «патриотизм», «воспитание гуманизма»), а Министерство образования, которое никак не объясняет подобные нововведения, оказалось недоступным для комментариев, как и сама РАО.

О новом стандарте известно вообще не слишком много. «В соответствии с законодательством РФ в области образования новый стандарт в старшей школе во всех образовательных учреждениях начнет вводиться с 2020 года. Вместе с тем по желанию или по мере готовности общеобразовательные учреждения могут начать работать по новым стандартам в старшей школе в апробационном режиме, если в них созданы все необходимые условия – кадровые, материально-технические, организационные, финансово-экономические и другие, с 2013 года», – цитирует заявление ведомства РИА «Новости».

Важными нововведениями стандарта являются сокращение часов на преподавание (в 10–11-х классах – с 210 до 140), а также сливание русского языка и литературы в один предмет, который так и называется «Русский язык и литература». При этом обязательным является ЕГЭ только по языку, что очевидным образом ставит литературу в подчиненное положение.

Зато вырос список авторов, которых придется изучать школьникам, и именно вокруг этого списка и разгораются основные баталии.

Без Лескова

В перечне базовых авторов больше нет Александра Куприна, Николая Лескова и Алексея Толстого. Из шолоховского «Тихого Дона» теперь можно знать лишь «избранные главы» (не объясняется какие). Из программы исчезают «Медный всадник» Александра Пушкина, «Петербургские повести» Николая Гоголя, чеховские рассказы «Студент», «Человек в футляре», «Дама с собачкой», а также «Одесские рассказы» Исаака Бабеля. Все эти тексты стали достоянием углубленного изучения литературы.

Послевоенная советская литература в свою очередь теряет прозу Георгия Владимова, Виктора Астафьева и Сергея Довлатова, драматургию Александра Вампилова, а также поэзию Беллы Ахмадуллиной, Николая Рубцова, Владимира Высоцкого и Булата Окуджавы.

Ради кого происходит это расчищение? Ради введенных в школьную программу в качестве обязательных романов «Generation П» Виктора Пелевина и «Казус Кукоцкого» Людмилы Улицкой. Также школьники познакомятся с творчеством фантаста Сергея Лукьяненко, поэта Асара Эппеля (чье включение в список вообще никем и никак не объяснено), прозаиков Владимира Маканина, Юрия Домбровского, Анатолия Рыбакова, Фазиля Искандера (все они перенесены из программы углубленного изучения) и Юрия Рытхэу. 

Газете ВЗГЛЯД не удалось получить никаких комментариев ни от Министерства образования, ни от РАО, но, реконструируя логику предложенного списка, можно догадаться, что реформа школьного образования в части литературы ориентирована на ее «осовременивание». Один из чиновников ведомства, просивший не называть его имени, в частной беседе отметил, что «никто уже классиков не понимает, все это от современного школьника далеко, пусть будет Лукьяненко, хоть что-то прочтут».  

Учителя против

Не согласны с таким подходом школьные учителя, которым не до конца понятны методика формирования списка и включенные в него произведения.

Валерия Лазарева, кандидат педагогических наук, методист, учитель литературы одной из школ новосибирского города Кольцово, в комментарии газете ВЗГЛЯД отметила, что проблема школьной литературы не только в исключении Лескова.

«Я работаю в старших классах, – рассказала Лазарева. – ЕГЭ есть, а стандартов нет, творится абсолютная неразбериха».

Не очень понятны учителю и мотивы включения в список некоторых текстов.

«Список составлен по алфавиту, Пелевин и Пушкин стоят там рядом. Стандарт апробируют на пилотных школах, и я бы меньше всего хотела под эту апробацию попасть. 10-й класс – он самый насыщенный, там Достоевский, там Толстой, а количество часов сокращают. В 11-м классе – «Казус Кукоцкого» Улицкой, он меня добил: там об абортах, зачем это нужно?»

На эту тему
• Реформа высшего образования продолжается, и у нее наконец появилась логика
• Кирилл Мартынов: Поддерживая невежество
• Артем Хромов: Идею ЕГЭ нужно довести до логического конца
• Московским детям будут преподавать основы национальных культур
• Путин обещал обсудить с Минобразования увеличение часов литературы в школе

Лазарева объяснила, как, по ее мнению, можно включать современных писателей в курс русской литературы: «Из Виктора Пелевина – чтобы познакомиться с его произведениями – в контексте антиутопий XX века можно включать «Затворника и Шестипалого», это, по крайней мере, логично».

«А убрать Лескова и включить Эппеля – если в этом и есть логика, то она преступная», – подвела итог Лазарева.

Отметим, что точка зрения Лазаревой была поддержана всеми учителями литературы, с которыми удалось побеседовать газете ВЗГЛЯД. Ни одного сочувственного отклика найти так и не удалось.

Методологические сложности

Проблемой, впрочем, является не только примерный перечень обязательной литературы, но и сам принцип его формирования.

Алексей Федоров, кандидат филологических наук, заведующий редакцией литературы издательства «Русское слово», учитель литературы гимназии № 1516, в комментарии газете ВЗГЛЯД отметил, что недоумение вызывает тот факт, что список обязательной литературы исчез из стандарта.

«Для литературы список дидактических единиц особенно важен, он и есть – главное, а все остальное – технология. В этом году впервые литература осталась без содержания, а ведомство устранилось от проблемы наполнения образования», – пояснил Федоров.

Он также рассказал о сложностях, с которыми столкнутся учителя: «В отличие от стандарта, опубликованная примерная программа документом не является, она предлагает некий образец – это теоретически, формально. Однако никаких других ориентиров для составителей авторских программ, которые ложатся в основу учебников, просто нет. Представленная программа оказалась настолько вопиющей, что показала, в чем была опасность новых ФГОСов. Нет широкой экспертизы и обсуждения. Примерная программа сделана авторским коллективом и выдана с претензией на то, что этот список и есть обязательные для всех произведения».

«Будем надеяться, что появится менее экстремальный вариант, – заявил Федоров, – однако то, что именно этот вариант появился первым, говорит о грустных тенденциях».

Дохнуть со скуки

В свою очередь главный редактор сайта «Русский обозреватель» Егор Холмогоров полагает, что тенденции и впрямь не слишком обнадеживают.

Во-первых, пояснил Холмогоров, «обращает на себя внимание продолжающаяся ползучая дерусификация школьной программы»: «Под сокращение попали именно те авторы, которые наиболее полно представляют русское национальное сознание: Лесков, Алексей Толстой, Василий Белов, Николай Рубцов. Замена их на некого Эппеля, о чьем существовании я узнал только сегодня (и ни капли этого не стыжусь), – это столь очевидная пощечина общественному вкусу, что никаких объяснений этому, кроме циничной насмешки, я не вижу».

Во-вторых, по словам эксперта, налицо тенденция не к «осовремениванию» литературы, а к ее «оскучнению»: «На нововключенных текстах, по большей части не только непристойных, но и занудных чуть более чем полностью, не вырастишь не только гражданина, патриота и порядочного человека, но даже циника и негодяя-постмодерниста. Мы получим разве что резкое сокращение популяции мух – на уроках литературы они будут дохнуть со скуки от Улицкой. А значит, будет недокорм воробьев, а значит, увеличение популяции саранчи. И придется включать в программу уже Пушкина: «Саранча летела, летела и села, сидела-сидела, все съела и вновь улетела».

И, наконец, в-третьих, Холмогоров отметил общую тенденцию в составлении разнообразных списков последнего времени. Напомним, что в январе школьникам уже предложили сто российских и советских киношедевров, а также сто произведений русской литературы для самостоятельного изучения.

«Эти списки нужны педагогам для формирования их сознания и отношения к предмету, а также для диагностики ими соцзаказа власти. И вот тут диагноз очень нехороший, – заявил эксперт в интервью газете ВЗГЛЯД. – Все списки последнего времени пишут какие-то секты. Список фильмов – шестидесятники, список ста книг – секта евразийцев, мечтающая убедить детей, что Россия – это Орда (туда попали, например, последний раз издававшиеся в 70-х эпосы «Олонхо» и «Джангар», зато куда-то снова исчез Василий Белов). Список книг по программе писали, как вижу, переводчики с виагрой, забывшие, что детям в их возрасте виагра еще не нужна. Они вполне все могут сами».