Присяжные все испортили

Присяжные Московского окружного военного суда (МОВС) не вынесли в пятницу вердикт по делу офицера Минобороны России Николая Захаркина, который обвинялся в том, что выбросил из окна восьмого этажа двух дочерей своей сожительницы Ирины Лапузиной.

Присяжная, которая и доложила об инциденте, отметила, что видела, как адвокат «беседовал» с двумя ее коллегами

Судья Евгений Жуков произнес напутственное слово и отправил присяжных совещаться. Однако, выйдя из совещательной комнаты, старшина присяжных заявил, что ранее двое из коллегии общались с адвокатом обвиняемого Анатолием Вербицким, передает ИТАР-ТАСС.

Судья уточнил, было ли такое, на что одна из присяжных пояснила, что адвокат просто сказал одну фразу о погоде. В то же время другая присяжная, которая и доложила об инциденте, отметила, что видела, как адвокат «беседовал» с двумя ее коллегами.

«Согласно статье 294 УПК РФ я принимаю решение о возобновлении судебного следствия», – отреагировал на это заявление судья. В деле объявлен перерыв до 17 июня.

Захаркин обвинялся по ч. 2 ст. 105 УК РФ («Убийство»), ему грозит до 20 лет заключения.

Напомним, первое судебное следствие по делу было завершено в среду. Захаркин тогда свою вину полностью опроверг и представил суду собственную версию произошедшего: якобы в то время, когда он спал, кто-то неизвестный вместе с Лапузиной-старшей проникли в квартиру, взяли девочек и вынесли их на улицу, после чего «произошло что-то, что привело к тому, что девочки получили травмы».

На эту тему
• Офицерская находчивость
• Окно за решетку
• Переложил вину
• Разбросался детьми
• PS к семейной ссоре

Захаркин, впрочем, не исключил, что дети и сами могли упасть с балкона, поскольку такой случай уже был, когда Лапузина жила во Владивостоке. В тот раз она в последний момент успела поймать дочерей.

Сестры Лапузины, которых допросили в суде, также не смогли поставить окончательную точку в реставрации произошедших событий. Обе признались, что не помнят того вечера и пересказывают версию гособвинения, услышанную ими от матери. «Мама рассказала, что выбросил Захаркин, но сама не помню», − сказала одна из девочек.

Сестры рассказали суду о вечере 11 ноября 2009 года, который они провели за играми и уроками. «Перед сном мы смотрели в окно и ждали, когда зайдет солнце, но потом уснули», − сказала одна из девочек. Они не смогли вспомнить, как оказались на земле, и лишь отрывочно восстановили последующие события. «Я помню, как встала, обняла дерево и говорю: «Помогите», – потому что было очень больно», − сказала Даша Лапузина.

Их мать Ирина Лапузина, объясняя свою уверенность в виновности сожителя, сказала: «А как было еще поступить, ведь, кроме Захаркина, никого дома не было».

После завершения судебного рассмотрения в ходе прений сторон прокурор попросил присяжных признать подсудимого виновным.

Напомним, по данным Военной прокуратуры, в ночь на 12 ноября 2009 года старший научный сотрудник одного из центральных НИИ Вооруженных сил 31-летний Николай Захаркин «на почве ревности к своей сожительнице, реализуя внезапно возникший умысел», выбросил с балкона восьмого этажа дома на Саянской улице двух ее малолетних дочерей Дашу и Катю. Обе девочки получили тяжелые травмы.

Даша была помещена в реанимацию Морозовской больницы и примерно на сутки подключена к аппарату искусственного дыхания. У нее было диагностировано сотрясение головного мозга, сломаны пять ребер, обнаружены разрыв печени и забрюшинная гематома.

Вторая девочка, Катя, доставленная в детскую городскую клиническую больницу святого Владимира, избежала тяжелых травм, так как в момент удара о землю спала, считают врачи. У нее диагностировали небольшой разрыв селезенки.

В начале декабря врачи обнаружили у Даши переломы позвоночника в нескольких местах. Нейрохирург из Института скорой помощи имени Склифосовского сделал Даше операцию. С помощью специально подобранной металлоконструкции он зафиксировал поврежденные позвонки.

Обе девочки были выписаны из больницы в конце декабря.

Как выяснилось в ходе следствия, причиной вспышки ревности стало то, что подруга Захаркина отсутствовала в позднее время дома.