«Происходит масштабное отрезвление»

Италия столкнулась с небывалой волной эмигрантов из Туниса, которые в последние дни заполонили итальянский остров Лампедуза. Только в минувшие выходные на этот остров в Средиземном море прибыли более пяти тысяч беженцев из страны, которая, по их словам, остается в состоянии хаоса после «жасминовой революции» 14 января.

Я увидел толпы этих черноволосых людей, которые в 11 вечера дико орали, визжали, а по углам улиц жались коренные жители Брюсселя

Власти Италии объявили на острове режим чрезвычайной ситуации. Министр внутренних дел Италии Роберто Марони, сравнив ситуацию с падением  Берлинской стены, в понедельник призвал срочно созвать совет глав государств и правительств 27 стран ЕС, чтобы оказать Риму, а также самим странам Северной Африки масштабную помощь.

«Европа должна принять общую стратегию», – сказал Марони, пояснив, что ЕС нужно не ограничиваться разовыми выплатами, а начать глобальный проект. Целью его, по словам министра, должно быть создание благоприятных условий для народов в самих странах Африки, чтобы ослабить наплыв беженцев на Европу, который после революций в Тунисе и Египте рискует превратиться едва ли не в переселение народов. Ранее поток мигрантов в Европу сдерживали авторитарные режимы этих стран, но теперь пограничный контроль явно ослаблен.

В Брюсселе приняли жалобы Рима всерьез. В понедельник верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон прибыла в Тунис – обсуждать тему беженцев.

Напомним, с 1 января прокуратура Италии применяет Европейскую директиву 2008/115/EC, которая запрещает тюремное заключение для эмигрантов. После ареста нелегала в Италии его ждет принудительная высылка. В качестве крайнего шага нелегала  направляют в центр временного содержания (до 18 месяцев) до момента, когда власти примут окончательное решение о его депортации или о предоставлении ему убежища. Как пишет итальянская печать, Рим до сих пор тратил свыше 180 млн евро в год на высылку незаконных иммигрантов и лишь 40 млн на политику интеграции тех, кто остается в стране.

Многие политики признают, что скорых кардинальных мер не будет, так как внутри самого ЕС накопились проблемы со вторым поколением мигрантов, а казна ЕС уже полупуста из-за глобального кризиса. О том, есть ли у ЕС достаточные деньги, чтобы сдерживать миграцию из бедных стран, и во что может вылиться такая политика, газете ВЗГЛЯД рассказал гендиректор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.

ВЗГЛЯД: Евгений Николаевич, Запад готов раскошелиться, чтобы остановить наплыв мигрантов? Многие социологи еще в 1990-е годы говорили, что это глобальный и неизбежный процесс, новое великое переселение народов, вызванное слишком резкой разницей в уровне жизни – сытая западная Европа и голодающая Африка...

Евгений Минченко: Очевидно, что готов. Мы видим три явно согласованных заявления Меркель, Кэмерона и Саркози о провале политики мультикультурализма. Мы видим примеры достаточно жестких мер, применяемых по отношению к мигрантам, в частности что Саркози сделал с цыганами из Румынии. Поэтому они начали понимать, что лучше раскошеливаться сейчас на возможные заградительные меры, чем потом заниматься минимизацией последствий.

Но проблема в том, что ключевые сложности у европейских стран, в первую очередь стран Старой Европы, возникают со своими собственными гражданами другой национальности. Как правило, первое поколение мигрантов в силу их невысокой адаптации и неопределенного правового статуса ведет себя достаточно тихо. А следующее поколение, получив гражданство, ведет себя более напористо, и при этом возможности их депортации приближаются к нулю, потому что к этому времени они, как правило, получают гражданство.

Поэтому моментального решения эта проблема не имеет. Скорее сейчас происходит масштабное отрезвление. Причем это отрезвление происходит не только по проблеме, связанной с мультикультурализмом, но и с ценой идеализма, ценой большого европейского проекта, потому что Германия, которая является основной экономической опорой Европейского союза, сегодня психологически устала от того, что она вынуждена обеспечивать за свой счет часто некомпетентные и неэффективные правительства менее успешных в экономическом плане стран.

ВЗГЛЯД: У Евросоюза хватит ресурсов помогать бедным странам, заставляя тех удерживать население на родине?

Е. М.: Таких ресурсов у Евросоюза нет, потому что сейчас у ЕС по факту заканчиваются ресурсы для того, чтобы обеспечивать неуспешные страны – члены Евросоюза. Предлагаются меры, в том числе и субсидии фермерам и странам, которые являются источником миграции, но пока эти меры я считаю, мягко говоря, не очень эффективными.

ВЗГЛЯД: Министр внутренних дел Италии Роберто Марони призвал помогать Северной Африке, чтобы снизить поток миграции. Марони даже сравнил ситуацию после революций в Тунисе и Египте с падением Берлинской стены, а ведущие немецкие газеты призвали запустить «новый план Маршалла», то есть новый глобальный проект.

Е. М.: Можно говорить о новом плане Маршалла, но опять же вопрос в том, кто прокормит Португалию, Италию, Грецию, Испанию? Кто решит проблемы нарастающего бюджетного дефицита внутри самого Евросоюза?

Евросоюз, на самом деле, находится в кризисе. Пока он не выглядит фатальным, но очевидно, что в течение ближайших трех–пяти лет придется организовывать переоценку своих приоритетов. Здесь возникнет конкуренция целого ряда подходов. Но пока мы видим набор заявлений, фиксирующих проблему.

Итальянский министр говорит, что у нас возникает проблема и надо срочно ЕС подсобраться. Но я не уверен, что найдутся достаточные деньги, чтобы вложиться в Северную Африку. Тем более что для кого большой проблемой является Северная Африка? В большей степени для Италии и Испании, в меньшей степени для Германии, куда традиционно иммигрируют турки или жители близлежащих европейских стран.

ВЗГЛЯД: Чем объясняется всплеск проблем с миграцией именно сейчас – после революций?

Е. М.: Это просто накопилось. Проблема не новая. Раньше о ней говорили полумаргинальные политики типа Жан-Мари Ле Пена, а сегодня об этом говорят руководители крупнейших и наиболее влиятельных стран Европы.

ВЗГЛЯД: Что ждет в Европе тех беженцев, которые не хотят возвращаться обратно? 

Е. М.: Евросоюз никуда не денется и вынужден будет принимать разные законы. Традиция европейского гуманизма сильна, и резко отказаться от нее невозможно. Тем более этого не поймут в том числе уже проживающие там выходцы из других стран. Например, для меня было откровением, когда впервые приехал в Брюссель. Шел вечером по центральным улицам, которые все были заполнены выходцами из Алжира. Так они отмечали победу своей футбольной сборной над Египтом.

Когда я увидел толпы этих черноволосых людей, которые в 11 вечера дико орали, визжали, а в углах жались коренные жители Брюсселя, я понял, что эти люди стали не просто одним из факторов политики. С ними так или иначе вынуждены считаться правительства стран Евросоюза, потому что зачастую эти люди – и избиратели и, если что, оперативно сорганизовавшись, могут выйти на улицу.