Игорь Мальцев Игорь Мальцев Как неизвестный дрон немцы сделали русским

Здравые возражения типа «лейпцигский дрон выгоден как минимум нескольким сторонам, и Россия точно в этот список не входит» не рассматриваются вообще. Но разумные читатели немецких изданий на их форумах ясно ощущают запах провокации.

11 комментариев
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Не нужно требовать от Вучича стать русским

Не стоит строить каких-то завышенных ожиданий от «братских» народов. Не стоит делить мир на черное и белое. Мы сейчас не в том состоянии, чтобы, как некоторые другие страны, жить в соответствии с лозунгом «кто не с нами – тот против нас». Нас вполне устроит формула «кто не против нас, тот с нами».

19 комментариев
Вадим Трухачёв Вадим Трухачёв В миграционном цунами Сеуты виноват только ЕС

Миграционный кризис в испанской Сеуте – а он развивается – вновь напомнил об одной из тяжелейших проблем современной Европы. Несмотря на все «теории заговора», винить в ее нерешенности европейские политики могут только собственные недальновидные действия. К правительству Испании это относится в первую очередь.

5 комментариев
2 октября 2009, 17:45 • Политика

«Надо опираться на свои силы»

Борис Кашин: Средства на науку просто пилят

Tекст: Андрей Резчиков

Российская фундаментальная наука может прекратить свое существование, если власти срочно не предпримут меры по изменению ситуации. В этом уверена группа российских ученых, уехавшая работать за рубеж. О том, как можно исправить ситуацию, они написали в открытом письме на имя президента и премьер-министра. Член-корреспондент РАН, доктор физико-математических наук, профессор Борис Кашин в целом разделил тревоги коллег, но при этом указал газете ВЗГЛЯД на некоторые упущения авторов письма.

− Борис Сергеевич, авторы письма в списке предложений изменить ситуацию с фундаментальной наукой предлагают увеличить ее финансирование до «адекватного» уровня. На ваш взгляд, о каких суммах может идти речь?

Будет несправедливо, если мы начнем приглашать западных профессоров за западные зарплаты и добьем то, что у нас осталось своего

− В свое время КПРФ (Борис Кашин – депутат Госдумы от КПРФ, − прим. ред.) инициировала принятие закона о том, чтобы 4% от расходной части бюджета шли на науку. Это было бы в два с лишним раза больше, чем сейчас. И эта цифра, к сожалению, никогда не выполнялась, то есть просто плевали на этот закон. Но я бы тут обострил другое: куда тратятся деньги? Сейчас я написал запрос в Счетную палату. В бюджете на этот год на фундаментальные исследования выделено 87 млрд рублей, а на прикладные научные исследования в области национальной экономики – 112 млрд рублей. А ученые, которые занимаются экономическими науками, говорят, что их работы не используют. И когда в Госдуме обсуждается тот или иной законопроект, Кудрин (министр финансов, вице-премьер российского правительства) и другие министры на научные исследования не ссылаются. Я не слышал этого. То есть вопрос о том, что «пилят» просто эти средства, стоит очень остро. Для нас (ученых) совершенно очевидно, что надо не только увеличивать финансирование, но и принимать меры, которые однозначно пустят эти деньги на дело.

#{help=333542}− Авторы письма тоже указывают на упущения в области подготовки молодых ученых…
− У нас стипендия аспиранта 2 500 рублей, и мы хотим от него мировых открытий. Эта проблема сейчас самая важная.

− Как соотнести требования ученых с нынешней экономической ситуацией, когда некоторые статьи бюджета сокращаются?
− Самым прямым образом можно соотнести, даже чуть-чуть прибавили на прикладные научные исследования в области национальной экономики. Вот резерв. А потом, понимаете, вспомним гражданскую войну, когда из тяжелейшего положения выходили, подняв зарплату ученым, потому что поставили такую задачу в государстве. А если мы будем заниматься только красивыми речами и думать, что за две с половиной тысячи рублей аспирант сделает большие открытия, то это неверно.

− Значит, все-таки государство выделяет на науку больше денег, чем в прошлые годы?
− На самом деле денег потребуется гораздо меньше, если правильно их тратить. Самое главное – поднять базовое финансирование штатов на уровне научного работника.

− Какие области могут стать важнейшими направлениями научно-технического прогресса и какие проекты должны стимулировать развитие фундаментальной науки?
− Фундаментальную науку нельзя заранее дробить на какие-то части. Пусть будет число ученых по каждой области меньше, но тем, кто работает, должен быть совершенно твердо гарантирован нормальный уровень жизни. А когда будет результат, то тогда станет понятно, что поддерживать в приоритете. У нас пока нет запроса от власти на какие-то конкретные научные работы. Вот в чем дело.

#{interview}− Авторы письма требуют привлекать на территорию России крупнейшие научно-технические проекты мирового масштаба. Вы верите в успех таких попыток?
− С теми, кто уехал, надо работать, безусловно. Но в целом нам надо опираться на свои силы. Придут тогда, когда будут здесь что-то видеть серьезное. По своим направлениям у меня лично нет проблем общения с крупными западными учеными просто потому, что мы давно друг друга знаем. А если у нас молодежь будет слабая по уровню образования, то никто с нами сотрудничать не будет, или только за большие деньги, которых у нас нет. Будет несправедливо, если мы начнем приглашать западных профессоров за западные зарплаты и добьем то, что у нас осталось своего.

− Как обеспечить абсолютную прозрачность финансовых потоков в рамках международных проектов? Эту проблему авторы письма считают одной из ключевых.
− Я считаю, что абсолютной прозрачности добиться невозможно, к этому лишь надо стремиться. На Западе есть конкурсы, есть гранты и система дополнительного финансирования. Но первичное базовое финансирование составляет 80% зарплаты ученого. И это дает возможность прозрачно принимать решения. Если мы из десяти будем выбирать какие-то проекты, то невозможно обеспечить объективность. Мировой опыт говорит о том, что надо обеспечить базовое финансирование, а остальное пусть идет по конкурсу. Но когда за счет грантов и дополнительных проектов часть получает в десять раз больше, чем среднее, это совершенно неправильно.