Борис Акимов Борис Акимов Война полов

Несмотря на декларацию традиционных ценностей, Россия в тройке мировых лидеров по количеству разводов. Безответственность и инфантильность современных мужчин и женщин? Экзистенциальная запутанность в смыслах брака? Да, но есть и еще один фактор. Мужчины и женщины находятся в состоянии военных действий.

10 комментариев
Андрей Манчук Андрей Манчук Куба не сдастся

Кубинской власти не привыкать к разговорам про ее скорый конец. Кубу хоронят 65 лет кряду, начиная с 1959 года. Америка перешла к политике военного террора, без оглядки на давно не существующее международное право. Куба действительно оказалась в тяжелом положении, которое можно без натяжек назвать критическим. Но Куба не сдастся.

0 комментариев
Тимур Шерзад Тимур Шерзад Иран может стать для Америки хуже Вьетнама

29 марта 1973 года США вывели свои войска из Вьетнама. После этого падение южной части разъединенной страны и победа коммунистического Севера были делом времени. Вьетнам стал самой психологически тяжелой войной для Штатов за весь ХХ век. Сможет ли Иран стать для них еще сложнее?

10 комментариев
18 октября 2006, 19:05 • Политика

Россияне боятся государства

40% россиян видят угрозу со стороны властей

Tекст: Юлия Малышева

Каждый четвертый россиянин за последние 2–3 года сталкивался с угрозой своей личной безопасности. Такие данные содержатся в результатах опроса, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ). При этом большинство пострадавших не обращаются в милицию, не веря в то, что им могут помочь и защитить.

Ситуация с защитой прав потерпевших и свидетелей преступлений в России сложилась парадоксальная – защитой преступников занимаются больше, чем отстаиванием интересов их жертв. А реализация закона о защите свидетелей, принятого Госдумой еще в 2004 году, тормозится из-за отсутствия проработанных законодательных актов и недофинансирования.

Власть как источник угрозы

За последние пару лет каждый четвертый гражданин страны сталкивался с угрозой личной безопасности

«О жертвах преступлений и свидетелях государство в последние годы вообще не вспоминает», – убеждена лидер правозащитного движения «Сопротивление» Ольга Костина.

При этом, считает она, пострадавшие почти всегда остро нуждаются в психологической и правовой помощи. Так, посттравматический синдром у жертвы преступления может длиться от 6 до 10 лет и зачастую заканчивается тем, что «человек берет в руки оружие и начинает творить самосуд».

По данным опроса, проведенного ВЦИОМ по заказу «Сопротивления», за последние пару лет каждый четвертый гражданин страны сталкивался с угрозой личной безопасности.

«При таком положении дел странно говорить о становлении демократических норм в нашем государстве», – считает Костина.

Еще большую озабоченность общественников вызывают не столько масштабы проблемы, сколько источник, откуда (по мнению граждан) исходит угроза личной безопасности.

По результатам опроса ВЦИОМ, лишь 8% опрошенных угрожали криминальные структуры, в то время как большая часть угроз исходила от неизвестных физических лиц. На втором месте в качестве источника угрозы стоят государственные структуры, от действий которых пострадало 22% опрошенных – в два раза больше, чем от правоохранительных органов.

«Когда почти 40% населения в качестве угрозы расценивает государство, это серьезный повод задуматься», – убежден руководитель подкомиссии Общественной палаты России по защите прав потерпевших и свидетелей Сергей Шабанов.

По его мнению, для решения проблемы необходима разработка соответствующего закона, а также принятие мер по информированию граждан и обеспечению реабилитации пострадавших. Он также не исключил, что в рамках Общественной палаты будет создана специальная рабочая группа, которая займется этой проблемой.

Власть как источник равнодушия

Зампреда Комитета Госдумы по гражданскому, уголовному и процессуальному законодательству Валерий Гребенников (фото: ИТАР-ТАСС)

Впрочем, по мнению зампреда Комитета Госдумы по гражданскому, уголовному и процессуальному законодательству Валерия Гребенникова, пока сложно представить, какие именно законодательные инициативы нужны для решения этой проблемы.

«У нас существует закон о защите свидетелей, и на бумаге он выглядит правильным, другое дело, как он реализуется в жизни», – отметил он.

Парламентарий напомнил, что в бюджете 2007 года на реализацию данного закона правительство заложило «мизерные средства, поэтому в 2008 году финансирование этой статьи расхода нужно радикально пересмотреть».

Однако, подчеркнул Гребенников, проблема заключается в том, что лишь небольшая часть думцев и членов Общественной палаты понимают необходимость этого закона и увеличения финансирования его статей.

«Мы сплошь и рядом сталкиваемся тем, что свидетели отказываются от своих показаний, не надеясь на защиту государства», – рассказал он.

Представители правоохранительных органов в свою очередь не считают, что ситуация с защитой потерпевших и свидетелей преступлений столь плачевна.

По словам первого заместителя начальника Правового департамента МВД России Татьяны Москальковой, в прошлом году за защитой в правоохранительные органы обратились 500 свидетелей преступлений и всем им была оказана необходимая помощь.

Другое дело, что не все меры, предусмотренные в законе о защите свидетелей, могут быть реализованы в действительности.

«Из 8 прописанных в законе мер мы применяем только две – охрана свидетелей и их временное переселение на другое место жительства», – рассказала она.

Для реализации остальных мер, включая изменение внешности, документов, переезд на другое место жительства и смену работы, не хватает законодательной базы, да и расходы на их финансирование в бюджет не заложены.

Впрочем, и предусмотренные бюджетом средства на реализацию программы защиты свидетелей в 2006–2008 годах в МВД также до сих пор не поступили.

«Когда деньги наконец поступят, нужно спрашивать у Минфина», – пояснила Москалькова.