Дмитрий Родионов Дмитрий Родионов Европейские правые России не друзья

Ни Ле Пен во Франции, ни Мелони в Италии, ни «Альтернатива для Германии» нам не друзья, никогда ими не были и не будут. Это, конечно, не значит, что нам нет смысла пытаться взаимодействовать с этими политиками. Просто иллюзий питать не надо. И спиной поворачиваться.

20 комментариев
Дмитрий Заборин Дмитрий Заборин Какой урок 1941-го не выучила Украина

Задумка о том, чтобы заложить заряды в ключевых точках Киева, который неизбежно должен был попасть под оккупацию, в целом удалась: удар был нанесен по органам власти и управления оккупантов, вполне ожидаемо выбравших самые подходящие здания. Но в последние десятилетия Украины использует этот факт для антироссийской пропаганды.

7 комментариев
Тимур Шерзад Тимур Шерзад Как испанец на русской службе основал Одессу

25 сентября 1789 года русские овладели османской крепостью Хаджибей на побережье Черного моря. Позже на ее месте вырастет один из главных российских портов на юге – Одесса.

6 комментариев
13 ноября 2005, 23:10 • Политика

Особенности национального рейтинга

Велика ли на самом деле коррупция в России

Tекст: Сергей Ильин

Тема коррупции в России получила недавно свое очередное развитие после того, как появился мировой рейтинг коррупции, который ежегодно составляет международная организация Transparency International. В этом списке Россия откатилась с 90-го места на 126-е (из 159 возможных). Тон публикаций при этом можно охарактеризовать как весьма тревожный.

С одной стороны, подобную обеспокоенность можно понять – но при более тщательном рассмотрении выясняется, что оснований для нее все же меньше, чем может показаться на первый взгляд.

То, что уровень коррупции в нашей стране остается в последние годы весьма высоким, ни для кого не секрет. Тем не менее результаты последнего рейтинга Transparency International весьма сомнительны. Возникает резонный вопрос – откуда же столь резкое ухудшение ситуации? Чтобы на него ответить, постараемся разобраться, что за организация Transparency International, о каком рейтинге идет речь и по какой методике он исчисляется.

Никак не относится к России

Некоторые отечественные издания с ходу заподозрили TI в сугубой ангажированности

Некоторые отечественные издания с ходу заподозрили TI в сугубой ангажированности. Так, в газете «Россiя» говорится: «Не вызывает сомнений, что доклады подобного рода – это самый обыкновенный заказ. Судите сами: менее коррумпированными по сравнению с Россией признаны... Уганда и Афганистан!» Что до отечественных интернет-форумов, то там и вовсе стали раздаваться призывы выяснить, насколько коррумпирована сама Transparency International.

Подозрения по меньшей мере не вполне справедливы: TI – солидная неправительственная организация, образованная еще в 1990 году. Другой вопрос, что злые языки говорят о том, что организация, пользуясь своим статусом, навязывает международному истеблишменту мнение о высоком уровне коррумпированности в странах, где, по мнению западных лидеров, неважно обстоят дела с демократией. В качестве примера приводится та роль, которую она сыграла в обвале инвестиционных рейтингов Индонезии и Малайзии.

Вне зависимости от обоснованности подобных обвинений совершенно очевидно, что сказанное никак не относится к России – даром что она оказалась в сомнительной компании Албании, Нигера и Сьерра-Леоне. Инвестиционные рейтинги нашей страны вовсе не снизились, а, к примеру, входящее в «большую тройку» агентство Moody's повысило практически сразу после публикации доклада TI рейтинг рублевых и валютных гособлигаций Российской Федерации и валютных банковских депозитов с прогнозом «стабильный».

Так что же это за «рейтинг коррупции»?.. Для ответа на этот вопрос воспользуемся текстом пресс-релиза самой Transparency International . Как указывает TI, оценке подвергается не сам уровень коррупции, но восприятие этого уровня. Согласитесь, что это не совсем одно и то же.

«Хотя распределение стран по местам дает ТI возможность составления индекса, число баллов, полученное страной, является гораздо более важным показателем представлений об уровне коррупции в этой стране», – говорится в пресс-релизе. При этом сама Transparency International сравнивать данные разных лет как раз не рекомендует: «Прежде всего индекс дает представление о текущих, сиюминутных оценках уровня коррупции предпринимателями и аналитиками, не фокусируя внимание на изменениях, происходящих из года в год. Это происходит потому, что в настоящее время ИВК строится на основании средних данных, полученных за трехлетний период. ИВК 2005 основан на опросах, проведенных в период с 2003 по 2005 год». Иными словами, речь никак не идет о «результатах свежих опросов», и говорить о том, что «ко второй половине 2005 года ситуация ухудшилась», было бы совершенно некорректно. А за три года расклад мог меняться неоднократно – причем как в худшую сторону, так и в лучшую.

Субъективный компонент

Ректор АНХ Владимир Мау (фото ИТАР-ТАСС)

Впрочем, на этом нюансы не исчерпываются. Как заметил в одном из интервью ректор АНХ Владимир Мау, значение рейтингов не нужно преувеличивать. «Основанные в значительной мере на субъективном мнении опрашиваемых экспертов, они всегда несут значительный субъективный компонент и имеют как минимум два серьезных недостатка. Во-первых, они не свободны от влияния общественного мнения, в соответствии с которым Россию сейчас принято рассматривать в качестве не очень хорошего (мягко говоря) примера. Во-вторых, эти рейтинги сильно зависят от степени информационной открытости страны, и поэтому нельзя удивляться, что Россия в них позиционируется гораздо ниже не только Китая, но нередко даже Белоруссии».

Добавим небольшой штрих к первому моменту, на который указал г-н Мау. Среди партнеров образованного в 2000 году Центра антикоррупционных инициатив и исследований Transparenscy International Russia (российский филиал TI, который и отвечал за проведение опросов в РФ) числятся такие организации, как фонд «ИНДЕМ» и Московская Хельсинкская группа ; ведется сотрудничество с Национальным антикоррупционным комитетом (НАК), а также с «Комитетом – 2008». «Оппозиционная направленность» перечисленных структур хорошо известна, а потому можно предположить наличие того самого «субъективного компонента», о котором говорит ректор АНХ.

Все сказанное выше, разумеется, никоим образом не отменяет того, что по уровню коррупции Россия действительно близка к показателям «третьего мира». Возможно, ситуация улучшится благодаря Конвенции о борьбе с коррупцией, которую недавно ратифицировала Госдума. Так или иначе, похоже, что в набат бить еще рано, что, конечно, не отменяет важности самой проблемы.