«Россия становится оффшором»

«Средства надо было компенсировать»

– Анатолий Геннадьевич, как вы относитесь к объявленным Германией, Францией и Великобританией планам ввести банковские сборы, чтобы справиться с финансовым кризисом?
– Европа сейчас испытывает кризис. Необходимо найти средства для покрытия дефицита государственных бюджетов. Ведь сейчас государства вынуждены направлять деньги на поддержку как экономики, так и банковского сектора.

Это дополнительная нагрузка на банки, которая ложится на потребителей финансовых услуг, расходы банков будут закладываться в более высокие проценты

Платежи устанавливаются для крупных финансовых институтов. Ведь именно государство помогало им во время кризиса. Но все понимают, что кризис был спровоцирован не всегда добросовестным поведением руководителей компаний,  в том числе и банков.

Но государства не могли дать возможность разориться таким крупным институтам. Это слишком было бы рискованно. Случай с Lehman Brothers это ярко продемонстрировал. Но эти средства рано или поздно надо каким-то образом компенсировать.

– То есть, по вашему мнению, это своеобразный час расплаты по долгам  банков перед государствами?
– Ну, в принципе, можно и так сказать.

– А какие ставки налога обсуждаются сейчас?
– В Великобритании обсуждается ставка на уровне 0,07%. Сейчас в Комиссии по глобальным финансовым проблемам в Нью-Йорке рассматривается ставка в 0,05%. Введение этой ставки налога позволит собрать примерно 250 млрд евро.

«Нагрузка ляжет на потребителей»

– Почему же тогда ряд стран, например Россия, Япония и Канада, выступают против введения спецналога на банки?
– Еще против введения налога выступает Конгресс США. Но тут работает лобби. В любом случае введение налога – это дополнительные затраты для финансовых институтов, а значит, и дополнительные сложности.

Если говорить о России, то такие платежи должны идти в специальный фонд, по типу фонда страхования вкладов. То есть средства банков должны использоваться в интересах банковской системы, а не для покрытия дефицита бюджета. В случае возникновения трудностей, как при реализации закона о страховании вкладов, деньги могли быть потрачены на санацию кредитного учреждения.

– К каким отрицательным последствиям может привести введение налога на банки?
– Это дополнительная нагрузка на банки, которая ложится на потребителей финансовых услуг. Расходы банков будут закладываться в более высокие проценты.

– Правительство России  по-прежнему не планирует вводить специальный налог на банки, так как он противоречит стратегии формирования международного финансового центра в России. Как вы оцениваете такую позицию?
– Есть такой момент. Если европейские страны устанавливают налог на финансовые транзакции, а Россия не устанавливает, то она становится оффшором в этом случае, поскольку через нее будут проводиться транзакции.

– Как вы оцениваете  проект создания международного финансового центра в России?
– Все зависит от последовательности реализации мер, которые будут выработаны. Сейчас уже есть стратегия создания международного финансового центра, но она ничем не отличается от программы развития финансовых рынков в стране.

«Не нужно идти по пути Европы»

– А что должно быть, по вашему мнению, сделано для успеха программы?
– Должны быть мощно капитализированные финансовые институты и капиталоемкий финансовый рынок. То есть монетизация экономики должна составлять 100% или даже больше, у нас она на уровне всего лишь  35% по отношению к ВВП. Такая маленькая емкость рынка приводит к тому, что небольшой приток или отток капитала сразу же заметен, а это, в свою очередь, вызывает большие колебания на рынке в целом. Мировой финансовый центр не может себе позволить такую высокую волатильность.

– Как вы считаете, будет ли все-таки введен налог?
– Как раз эта тема будет обсуждаться на саммите G20. Скорее всего, Европа примет такое решение. Тем самым она подаст сигнал всем остальным странам.

– Это же выгодно России, если в Европе будет введен налог?
– Безусловно, это так. Нам, наоборот, не нужно идти по пути Европы и еще больше закручивать гайки. Необходимо либерализовать финансовое пространство для того, чтобы привлечь эмитентов и иностранных инвесторов.