Глобальная деревня

Фестиваль Sziget проводится в черте Будапешта с 1993 года. Стартовав на голом энтузиазме как скромный студенческий фестиваль «только для своих», «Сигет» постепенно разросся – на этом, 19-м по счету, мероприятии на территории в 108 гектаров собрались сотни тысяч зрителей, точнее 385 тысяч – по 77 тысяч ежедневно – из 61 страны. То есть опен-эйр окреп и заработал недюжинный авторитет.

Теперь его программа растягивается на пять дней (даже шесть, если считать «день нулевой»). Музыканты со всего мира, включая Россию и бывшие союзные республики, выступают на шести главных сценах, но есть и вспомогательные, нишевые площадки, а для особо специфических жанров – свои шатры, оформленные соответствующим образом.

«Сигет» славен не только своей музыкой, но и разнообразнейшим контингентом: ярко прикинутая модная молодежь (и ветераны со стажем в футболках Iron Maiden и даже «Ария») со всей Европы съезжается послушать живые выступления любимых коллективов и более-менее актуальных групп, в промежутках заедая это все национальной венгерской пищей, запивая – на выбор – местным пивом, вином с содовой, национальной водкой «палинкой» или венгерской алкогольной достопримечательностью – бальзамом Unicum.

Уставшим от перемещений между сценами предлагается отдохнуть в шатре с деревянными настольными играми или стратегиями, поспорить на религиозные темы с мусульманами-активистами, проголосовать за легализацию гей-браков, спасти Дунай от загрязнения, заглянуть на местный рынок в поисках винтажных футболок и сумок, виниловых раритетов и фестивальной сувенирной продукции или же просто повисеть в гамаках.

В этом году фестиваль «дорос» до введения так называемой «метакарты», при помощи которой и производились все платежи. То есть сначала нужно было положить определенную сумму на эту карту, а уже потом расплачиваться. Наличные не принимал ни один торговец, и это нововведение, поначалу казавшееся диким, постепенно стало выглядеть самым удобным средством платежа. Для особо модных вместо карты предлагались специальные водо- и пивостойкие часы с логотипом фестиваля.

Впрочем, на первом месте по интересу все-таки стояла музыкальная программа «Сигета». В этом году она была разнообразной как никогда. Хедлайнерами «нулевого дня» фестиваля стали группа «Ленинград» (интересно, что организаторы поставили ее выступление не на фолк-сцену и не в «модный» шатер, а на главную сцену по хеви-металлу. С одной стороны, курьез, с другой – респект от собравшихся, ведь Шнур и Ко стали соседями таких авторитетов, как Judas Priest, Motorhead, Helloween, Deftones и Lostprohets) и артист Принц, устроивший эффектное представление в стиле «гламурный фанк».

А вот программа первого дня была не особо впечатляющей. Публику, постепенно подбредающую к сценам из гостеприимного Будапешта, встречали ирландские алкопанки Flogging Molly, израильский феминистский электроклэш Terry Poison, американские альтернативщики Rise Against и некогда популярнейшие, но сдувшиеся в последнее время пост-панки Interpol. Самым ярким зрелищем стало выступление австралийских электрофриков Empire of the Sun, славящихся своими, мягко говоря, нетрадиционными костюмами (ирокез, тога, кокошник) и шоу с участием Смерти и длинноволосых голубых крыс. Вечер первого дня завершило триумфальное (как, впрочем, и всегда) выступление воссоединившихся Pulp, на котором фронтмен группы Джарвис Кокер доказал всем, что, несмотря на возраст, порох в пороховницах еще не отсырел.

Второй день «Сигета» открылся поразительным выступлением обаятельнейшего французского фанк- и соул-музыканта Ben L'Oncle Soul, прославившегося своими остроумными кавер-версиями хитов вроде «Crazy», «Seven Nation Army» и даже – о ужас! – «Barbie Girl». Затем главную поп-рок-сцену практически до конца вечера оккупировали британцы: отстраненный синти-поп La Roux, бодрящийся брит-рок Kasabian и вечно молодые, вечно актуальные The Chemical Brothers, поставившие в прямом смысле ослепительное лазерное шоу и оглушительный звук.

На других сценах тем временем посетители скучали под шумное и мрачное выступление американских инди-рокеров Xiu Xiu, рубились в дыму и мигании стробоскопов под канадский lo-fi дуэт Crystal Castles и в меру возможностей попарно пытались изобразить аргентинское танго под Gotan Project.

Третий день фестиваля стал переломным во многих смыслах: насыщенное энергетикой выступление бритоголовой Скин во главе британских альтернативщиков Skunk Anansie разрушило стереотип о несвоевременности подобной музыки, известные своим хитом «Young Folks» Peter, Bjorn & John сыграли более жестко, чем требовалось, а выступление The Prodigy стало самым травмоопасным (благо, стеклянные бутылки не пользовались популярностью у зрителей) событием фестиваля. В самый жаркий день фанаты группы зажигали факелы и отрывались на полную, людей приходилось поливать водой.

В субботу же, на четвертый день фестиваля, территория «Сигета» была оккупирована школьницами в сопровождении родителей, так как на вечер было запланировано выступление молодежных кумиров 30 Seconds to Mars во главе с кинозвездой Джаредом Лето. Из более интересных моментов дня – трогательное шоу британской инди-поп-звезды Кейт Нэш, во время которого ей неоднократно предлагали руку и сердце, концерт балканского фолк-оркестра, играющего на свадьбах и похоронах, под руководством Горана Бреговича (бессменный композитор фильмов столь популярного у нас Эмира Кустурицы) и незабываемое зрелище – импровизированное танцевальное шоу португальской Buraka Som Sistema, никого не оставившее равнодушным.

Заключительный день фестиваля смог угодить поклонникам украинско-американского развеселого фолк-панка Gogol Bordello, мрачного урбанистического рока The National, британских легенд Manic Street Preachers, канадского альтернативного кантри Cowboy Junkies, независимой женской поп-музыки Marina & The Diamonds. Отличным завершением пятидневного праздника стал концерт британской пост-панк-группы White Lies, и под звуки их главного хита «Bigger Than Us» «глобальная деревня» под названием Сигет прекратила свое существование, чтобы вновь собраться в следующем году на юбилейном, 20-м фестивале.