«Россия – не «модная» территория»

«От России фестивальная публика вот уже несколько десятилетий ожидает красивого метафоричного кино (Тарковский остается брендом-стереотипом), а не мифической «чернухи», в которой обвиняют новые фильмы в Госдуме», – рассказал газете ВЗГЛЯД об особенностях «русского фестивального кино» триумфатор последнего Лондонского киносмотра Алексей Попогребский.

На последнем Лондонском кинофестивале русское кино получило еще одно доказательство мирового признания. Фильм режиссера и сценариста Алексея Попогребского «Как я провел этим летом» взял приз показа – «Золотую звезду» – как лучшая картина фестиваля. Критики отметили тонкую игру актеров, а фильм назвали «берущим за душу» и «универсальным по своему масштабу».

«Фильм не прошел мимо тех, кто мог его оценить»

Кроме того, еще в начале 2010 года «Как я провел этим летом» привез с Берлинского кинофестиваля целый набор «Серебряных медведей»: двух – актерам Григорию Добрыгину и Сергею Пускепалису за лучшие мужские роли и одного – оператору Павлу Костомарову за «чарующие просторы Чукотки» и «выдающийся вклад в искусство».

Вообще, соединение Чукотки с искусством – кажется, и есть тот крючок, который так прочно зацепил европейских кинокритиков. Полярные косогоры и берег ледяного моря – место, где живут два единственных героя, мастодонт метеонаблюдения Гулыбин (Пускепалис) и беспечный стажер Паша (Добрыгин). Они очень мало общаются, каждый занимается своим делом. Потом с материка приходят печальные вести о смерти семьи Гулыбина, и Паша не находит в себе сил рассказать об этом начальнику. Когда же по прошествии немалого времени Павел решается, реакция Гулыбина пугает его, парень убегает со станции и начинает скитаться в окрестностях. Потом они боятся то ли друг друга, то ли друг за друга и от этого не могут снова сойтись, и тут уже зрителю самому нужно разбираться в чувствах и мотивах героев. Судя по всему, кинокритикам разбираться понравилось.

На вопрос, для кого он снимает кино, Попогребский смело отвечает: «Каждый раз, когда пишу сценарий и снимаю фильм, я искренне уверен, что работаю для всех. Словами Шнурова – «для миллионов». Газете ВЗГЛЯД режиссер рассказал, почему российское кино отправилось победным маршем по западным кинофестивалям.

Беспечный поначалу стажер Паша переживает серьезную жизненную драму (кадр из фильма) (Фото: kinopisk.ru)

ВЗГЛЯД: Алексей Петрович, отличались ли суждения критиков на Лондонском кинофестивале от мнений на Берлинском? Каково вообще представление мирового киносообщества о русском кинематографе, о том, что у нас происходит?

Алексей Попогребский: Подробные рецензии на фильм в профессиональной англоязычной прессе (Variety, Screen International) вышли во время Берлинского фестиваля – кстати, и там, и там разбор был «по сути». Рецензии же в национальной английской прессе появятся к моменту выхода фильма в местный прокат (февраль или март). По итогам фестиваля я видел только несколько заметок и обзоров в духе «за потоком фаворитов этот фильм мы проглядели». Их можно понять – конкурсный список читался как «Топ-10 за год».

ВЗГЛЯД: В последнее время русское кино на Западе стало чем-то вроде экзотики. Как вообще сейчас на Западе смотрят русское кино? Чего от него ждут?

А. П.: В целом Россия не входит в число «модных» территорий вроде Румынии или Таиланда. Но мода эта имеет цикл, фавориты приедаются (что произошло с иранским кино), на некоторые страны принято смотреть чуть ли не с презрением (как ни странно, так сейчас относятся к итальянскому кино).

От России же, по-моему, фестивальная публика вот уже несколько десятилетий ожидает красивого метафоричного кино (Тарковский остается брендом-стереотипом), а не мифической «чернухи», в которой обвиняют новые фильмы в Госдуме. А если честно, ну их – лучше про это все не думать. Все, что не англоязычное и не евросоюзное, по фестивальной конъюнктуре должно проходить по рубрике «экзотика». Если же «про отношения», то, пожалуйста, по-английски или по-французски.

ВЗГЛЯД: Почему отечественное кино вдруг стало собирать основные призы за границей («Возвращение», «Овсянки», «Как я провел этим летом»)? Что это, новая волна?

А. П.: В вашем вопросе удивляет слово «вдруг» – если посмотреть на этот список хронологически и по справедливости его дополнить, то выяснится, что это «вдруг» тянется почти уже десять лет. Действительно, с каждым годом все больше российских фильмов очень достойно выступают на фестивалях – здесь и «Бумажный солдат», и «Бубен-барабан», «Полторы комнаты и окрестности» и «Все умрут, а я останусь», «Волчок» и «Стиляги», для фильмов кинокомпании «Коктебель» (Хлебников, Хомерики, Сигарев, Попогребский) организуют ретроспективы в Австрии и Италии. Видно, что это все очень разные фильмы, под одну тенденцию или очередную «волну» их не подвести. Просто после почти полного коллапса 1990-х кинопроцесс у нас стал возрождаться (надеюсь, не придется добавлять «было»).

ВЗГЛЯД: По-вашему, что стало залогом успеха вашего фильма на международных фестивалях?

А. П.: Все мы максимально выложились и на съемках, и в монтажно-тонировочный период, и я знаю, что каждый из нас готов подписаться под каждым кадром и звуком фильма. А дальше, возможно, элемент удачи – фильм не прошел мимо тех, кто мог его оценить.