Нынешний кризис все чаще называют цивилизационным, а не финансовым, намекая на то, что мы присутствуем при конце иудео-христианской цивилизации. Происходит примерно то же, что и две тысячи лет назад, во времена падения Древнего Рима. Сходство поразительное. Чтобы убедиться в этом, достаточно открыть работу знаменитого французского историка Жака ле Гоффа «Цивилизация средневекового Запада».
По отношению к России вообще и Москве в частности аналогия звучит более чем убедительно. Недаром же мы с гордостью называем себя Третьим Римом. Впрочем, на звание современного Рима претендует и Вашингтон с его Капитолийским холмом. Просто удивительно! Прошло два тысячелетия, а мир все еще живет в этих древних координатах…
«Причины падения Рима ле Гофф видит в том числе в экономике: «Запад терял средства существования, уходившие на Восток. Города Запада хирели, восточные города расцветали»
Рим настолько врос в кровеносную систему цивилизации, что продолжает существовать и теперь, но уже в виде идеи, а не государства с армией и правительством. Об этом, собственно, и пишет ле Гофф: «Рим без границ и стен» восторжествовал над римским «шедевром консерватизма». Открытая система взяла верх над закрытой. Даже варвары, разрушавшие римские поселения, давали друг другу звания, принятые в Империи, и пытались соблюдать римскую иерархию.
Если история и вправду движется по спирали, все это предстоит испытать и нам. Современный мир никуда не денется. Он просто растворится в том, что наступит после. Было бы чему растворяться. У нас есть масса поводов для паники, но есть повод и для оптимистического взгляда в будущее. Как в стихах Андрея Вознесенского: «Все кончено? Все начато. Айда в кино!»
Лицом к лицу с варварами
Цивилизационный кризис идет рука об руку с финансовым. Причины падения Рима ле Гофф видит в том числе в экономике: «Запад терял средства существования, уходившие на Восток. Золото, которым оплачивался ввоз предметов роскоши, утекало в восточные провинции, бывшие производителями и посредниками в крупной торговле, монополизированной купцами. Города Запада хирели, восточные города расцветали».
Как мы видим, оппозиция та же: Восток – Запад. Но это далеко не все сходства. К экономическому кризису добавился демографический, в результате которого Рим испытал острый недостаток рабочей силы. Привыкшие к роскоши римляне отказывались работать. Работу за них выполняли варвары, чьи дети интегрировались в римское общество. Я не знаю, носили ли они оранжевые комбинезоны, но суть от этого не меняется. Демографическая структура Рима очень напоминает нашу. Буквально за сто лет римляне потеряли лидирующее положение в собственном государстве. Все, как у нас, с точностью до деталей.
Не обошлось и без социального кризиса. Тупая, неповоротливая и бессмысленная машина Римского государства этот кризис только усугубляла. «Народные слои все более и более подавлялись узким слоем богатых и могущественных людей», – пишет ле Гофф. Все мало-мальски думающие и инициативные люди перемещались на окраины империи, а то и за ее пределы. Подальше от такой власти.
Марсельский священник Сальвиан (V век н. э.) описывает эту миграцию так: «Бедные обездолены, вдовы стенают, сироты в презрении, и настолько, что многие из них, даже хорошего происхождения и прекрасно образованные, бегут к врагам. Чтобы не погибнуть под тяжестью государственного бремени, они идут искать у варваров римской человечности, поскольку не могут больше сносить варварской бесчеловечности римлян. У них нет ничего общего с народами, к которым они бегут; они не разделяют их нравов, не знают их языка и, осмелюсь сказать, не издают зловония, исходящего от тел и одежды варваров; и тем не менее они предпочитают смириться с различием нравов, нежели терпеть несправедливость и жестокость, живя среди римлян».
Так или примерно так выглядит наше будущее.
Список Дрязгунова
Российский историк Константин Дрязгунов приводит свой список причин падения Рима. По сути, он мало отличается от перечисленного ле Гоффом. Обратим внимание на некоторые пункты. Они особенно узнаваемы.
Пункт первый, военный
Потеря армией боеспособности. Эксплуатация солдат, присваивание большей части их жалованья. Недостаточное рекрутирование из-за: а) демографического кризиса; б) нежелания служить, так как империя больше не вдохновляла солдат, не вызывала желания сражаться ради нее. Новобранцы «невысокого качества» (горожане были непригодны для службы в армии, а из села призывались «ненужные» люди). Взаимное чувство враждебности армии и гражданского населения. Солдаты не столько воевали, сколько терроризировали местное население.
В римской армии оставалось все меньше римлян. Рим нанимал для охраны своих границ целые племена варваров и, естественно, впадал в зависимость от этих племен.
«Мы последовательно повторяем все ошибки Римской империи, как будто сознательно хотим взять пример с Рима. Душим бизнес налогами. Пытаемся бороться с коррупцией, но так, что она расцветает пуще прежнего»
Пункт второй, экономический
Тяжелое налоговое бремя. Высокая стоимость перевозки продукции, застой в производстве. Уклонение от налогов. Возникновение протестных настроений у населения. Появление банд грабителей и разбойников из-за невозможности заработать честным путем. Галопирующая инфляция. Резкое социальное расслоение. Разрушение денежной системы.
Было много случаев освобождения от военной службы, свирепствовала и коррупция, о чем говорят многочисленные, но неэффективные попытки борьбы с ней.
Магнаты обносили свои поместья стенами, строили в них роскошные виллы, набирали вооруженную охрану, добивались освобождения своих владений от государственных налогов.
Пункт третий, культура
К III веку, едва успев оформиться, практически выдохлась национальная культура, и римский народ как таковой исчез. Космополитизм превратился в неотъемлемую часть мировоззрения граждан. Государство пожирало самое себя.
Первые симптомы кризиса возникли не в V и не в IV веках, а гораздо раньше, когда был утрачен идеал гармонически развитого человека, рухнула полисная религия и идеология. Римское государство достигло вершины могущества, и начался постепенный откат назад, как в случае с маятником, который, максимально отклонившись в сторону, начинает движение в противоположном направлении.
Пункт четвертый, социальный
Богатые и правительство находились в конфронтации между собой. Влияние богатых возрастало, а правительства – снижалось. Снобизм богатых достигал чрезвычайных пределов. Разорение среднего класса. Потеря лояльности и личной инициативы населения. Отказ все большего числа людей участвовать в общественной жизни. Появились отшельники, монахи и др. Громоздкий и недейственный аппарат государственной службы. Снижение авторитета власти. Наместники и военное командование подвергали иммигрантов неприкрытой жестокой эксплуатации. Держали варваров в духовной и социальной изоляции (как мы таджиков).
Ничего еще не пропало
Я специально не комментирую эти пункты. И так все видно невооруженным глазом. Демографический кризис налицо. Причем не только у нас, но и во всем христианском мире. Развал армии и общий упадок патриотизма – тоже. Даже официальная статистика случаев дезертирства впечатлит кого хочешь. А уж неофициальная…
Мы последовательно повторяем все ошибки Римской империи, как будто сознательно хотим взять пример с Рима. Душим бизнес налогами. Пытаемся бороться с коррупцией, но так, что она расцветает пуще прежнего. И инфляция у нас есть. И социальное расслоение. Все как у взрослых. То есть, пардон, у древних.
Деньги утекают за границу, производство стремительно сокращается. Современные германцы, таджики, не ассимилируются и поэтому не могут воспринять наши ценности, даже если бы и хотели. Кому интересно, может поехать в поселок Николина Гора. Полюбоваться там на высоченные заборы, за которыми стоят особняки и дворцы. Все они тщательно охраняются. Это типичные раннефеодальные крепости. Я же говорю: сходство до мельчайших деталей.
Есть ли у нас социальная апатия? Разумеется. А сепаратизм? Не без этого. Национальная культура выдохлась, авторитет правительства на нуле. Такое ощущение, что Дрязгунов писал свой список не с Древнего Рима, а с современной России. Или наши власти так глубоко владеют античной историей. Одно из двух, третьего не дано.
На резонный вопрос, что делать, ответа у меня нет. Я только думаю, что не стоит паниковать, всплескивать руками и восклицать, как профессор Преображенский: «Пропал Колабуховский дом!» Ничего еще не пропало. Просто сменились носители цивилизации. Теперь за нее отвечают не государственные общенациональные институты, не музеи и законодательные органы, на них больше нет надежды, – а мы с вами. Каждый в меру своих сил и возможностей.
Это и есть Рим без стен и границ. Никакой России «вообще» больше не существует. Цивилизации – тоже. Россия, культура, ценности, принципы и мораль – за это несем теперь ответственность мы. Каждый лично, потому что, кроме нас, некому. И если уж Царство Божие внутри нас, то России там точно найдется место.
Рубрика «Классика кризиса» в газете ВЗГЛЯД (по четвергам):
26 марта, «Нас называли детьми Депрессии» (Чарльз Буковски, «Хлеб с ветчиной»)
19 марта, «Один упадет, другой поднимет» (Джон Стейнбек, «Гроздья гнева»)
12 марта, «Утопим весело умы» (Александр Пушкин, «Пир во время чумы»)
5 марта, «Вчера было много, а сегодня мало» (Антон Чехов, «Вишневый сад»)
26 февраля, «Двенадцать устриц вместо тринадцати» (Сомерсет Моэм, «Луна и грош»)
17 февраля, «Доллар растет, жизнь – падает» (Эрих Мария Ремарк, «Черный обелиск»)
Следующий выпуск рубрики будет посвящен роману Кнута Гамсуна «Голод»