Умер Солженицын, и эпоха не закончилась – она захлопнулась навсегда. Казалось, несмотря на старость и болезни, этот старик, последний великий русский писатель, будет жить вечно, точно так же, как будет вечно жить великая русская литература. Но теперь можно констатировать, что Александр Исаевич Солженицын был последним великим писателем, больше уже таких грандиозных фигур не появится – время не то, воздух изменился окончательно и бесповоротно.
Александр Исаевич родился 11 декабря 1918 года в Кисловодске. Родился в семье казаков, отец погиб до рождения сына, поэтому поднимала и воспитывала будущего писателя мать. Образование Солженицын получал в университете Ростова-на-Дону, учился на математика, но, окончив университет, Александр Исаевич переехал в Москву и поступил в МГУ на литературные курсы.
«Когда умирают люди такого масштаба, обычно пишут о том, что закончилась эпоха. На этот раз риторическая эта фраза выглядит единственно верной и уместной»
Закончить их ему не удалось, началась Великая Отечественная, и Солженицына призвали на фронт, в артиллерийские войска. В одном из своих писем товарищу, перехваченном спецслужбами, Александр Исаевич критиковал военную стратегию Сталина. Этого оказалось достаточно для ареста. Последовало восемь лет лагерей возле Караганды. Солженицына освободили в день смерти Сталина и лишили права проживать на европейской территории СССР. Только после реабилитации, через три года после освобождения, будущий нобелевский лауреат смог поселиться в Рязани, где работал учителем математики и писал…
Впрочем, писать Солженицын начал раньше, еще до ареста. В лагере он сочинял стихотворные пьесы – так как поэтические, ритмизованные строки лучше запоминались. Потом все эти произведения будут восстановлены им по памяти. А пока он пишет, а редактор Твардовский публикует в «Новом мире» повесть «Один день Ивана Денисовича», с которой, собственно, и начинается отсчет хрущевской оттепели…
Критики сравнивали описание жизни рядового заключенного из советского лагеря с «Записками из мертвого дома» Достоевского. Настоящая литературная и политическая сенсация сделала Александра Исаевича знаменитым на весь мир писателем. С тех пор политика и литература сочетались в его творчестве в неразрывном единстве, и невозможно отделить одно от другого – вклад Солженицына в развитие русской литературы и его влияние на политические и общественные процессы.
Впрочем, настоящее место Александра Исаевича в нашей истории настолько шире литературы и политики, что его деятельность можно сравнивать лишь с пророками глубокого прошлого. Когда в жизни одного человека объединяются мощный интеллект, неколебимая воля и Божий промысел, создающий из жизни Пророка отдельное и, может быть, самое главное произведение.
Годом позже «Новый мир» публикует несколько рассказов Солженицына: «Матренин двор», «Для пользы дела», «Случай на станции Кречетовка». Писатель был выдвинут на Ленинскую премию по литературе, однако премии не получил. Смещение Никиты Хрущева и изменение политического курса КПСС способствовало сворачиванию свобод. Последним официально опубликованным текстом Солженицына в СССР стал рассказ «Захар-Калита» (1966). Больше цензурный комитет промашек не допускал.
И началась совсем другая история, точнее, новый виток жизни опального пророка, который в 1967 году обращается к съезду писателей с открытым письмом, где рассказывает об изъятии у него рукописей романов «В круге первом» (1968) и «Раковый корпус» (1968–1969), тексты которых уже некоторое время гуляют на Западе. Солженицын предлагает покончить с цензурой и после этого письма окончательно становится запрещенным.
В 1970-м Солженицыну, который в то время жил еще в Советском Союзе, присуждается Нобелевская премия. Руководство страны посчитало это жестом недружественным и политически вредным, запретив писателю покидать территорию СССР.
Александр Исаевич покинет родину, но не по своей воле. Его вышлют из СССР, лишив гражданства, арестовав 12 февраля 1974 года по обвинению в государственной измене, а затем выслав в ФРГ, где его будет встречать Генрих Белль. К тому времени, по воспоминаниям более двух сотен заключенных и по памяти, Солженицын создал грандиозный документальный труд – «Архипелаг ГУЛАГ», обеспечивший ему место в истории литературы (фактически Солженицын изобрел для этого повествования новый жанр) и освободительного движения.
Тогда же писатель начал работать над исторической эпопеей «Красное колесо». После нескольких лет жизни в Европе Солженицын переезжает в американский штат Вермонт, где и будет жить до своего триумфального возвращения в свободную Россию.
В Вермонте к нему присоединяется вторая жена, Наталья Дмитриевна, и три сына. Солженицын продолжает напряженно работать, выпуская на собственной типографии один за другим романы «Красного колеса» о том, как «русские уничтожили и свое прошлое, и свое будущее».
Вокруг имени Солженицына, постоянно критикующего не только социализм, но и капитализм, постоянно ведется полемика. Солженицын показывает себя пламенным, бескомпромиссным публицистом со стойким и бойцовским характером, закаленным советской властью. В то же время, закончив многотомное фундаментальное «Красное колесо», писатель работает над воспоминаниями «Бодался теленок с дубом» и «Угодило зернышко меж двух жерновов».
В конце перестройки «Комсомольская правда» публикует манифест Солженицына «Как нам обустроить Россию» тиражом в 27 млн экземпляров. Однако озабоченное сиюминутными проблемами общество его не принимает. И лишь сейчас, спустя почти 20 лет, становится ясно, насколько рецепты писателя были точнее тех, что предлагали стране политики того времени. В обмен на роспуск обреченного СССР выторговать возвращение в состав России Восточной Украины и Северного Казахстана, обратить самое пристальное внимание на Чечню, в которой возможны проблемы, приструнить региональных феодалов, активно развивая местное самоуправление, и так далее и тому подобное…
В 1994 году Солженицын возвращается в Россию как триумфатор – на специальном поезде, который провозит его через всю страну. Он начинает появляться в телевизоре и в газетах.
Многие ждут активного участия писателя в общественно-политической жизни. Ждут, что он начнет поддерживать «демократов» в их противостоянии с вновь набирающей силу коммунистической оппозицией. Однако пророки не обращают внимания на сиюминутную конъюнктуру. Поэтому в 1997 году Солженицын выпускает книгу «Россия в обвале», содержащую жесткую критику порядков, установившихся в новой России...
Впрочем, и этот период жизни Пророка, вернувшегося в свое отечество, оказывается исчерпанным. Затворившись в Троице-Лыкове, Александр Исаевич приводит в порядок свои рукописи и архивы, выпускает вызвавшее целую бурю полемики двухтомное исследование русско-еврейских отношений «Двести лет вместе», занимается расширением словаря великорусского языка, учреждает литературную премию. Его деятельность по-прежнему кипуча и могуча, однако возраст дает знать о себе, болезни и хвори одолевают. Писатель перестает показываться на публике, затворяется в кругу родных и близких, болеет. Последний раз мы видели его на телеэкране во время визита в Троице-Лыково Владимира Путина, и «картинка» была настолько красноречива, что не нуждалась в дополнительных комментариях.
А сегодня мы узнаем о его смерти, которая, несмотря на грандиозность сделанного, кажется нам безвременной, преждевременной… Ведь крайне важно, чтобы был в стране человек, являющийся ее совестью. Как писал сам Александр Исаевич, «не стоит село без праведника… Ни город. Ни вся земля наша».
Сегодня многие скажут о том, что Солженицын прожил долгую, крайне насыщенную и тем не менее счастливую жизнь. Божий промысел, гигантское количество чудес (чего стоит одно только излечение от рака!) и совпадений делают существование Солженицына особенно символичным. Как и должно быть, когда мы сталкиваемся с деяниями истинного пророка.
Несмотря на превратности судьбы и сопротивление беспримерной государственной системы, Александр Исаевич сумел осуществить и осуществиться, дожить до развала системы, с которой боролся, и выйти из этой борьбы победителем.
Когда умирают люди такого масштаба, обычно пишут о том, что закончилась эпоха. На этот раз риторическая эта фраза выглядит единственно верной и уместной.