28 мая, суббота  |  Последнее обновление — 19:54  |  vz.ru

Главная тема


Решение по делу сына вице-президента ЛУКОЙЛа вызывает вопросы

«не хочу вести с ней диалог»


Захарченко рассказал, что будет с Савченко в Донбассе

«хуже уже не будет»


Москва отреагировала на назначение бывшего генсека НАТО советником Порошенко

«Many thanks»


Пушков указал фермерам ЕС виновных в потере российского рынка

золотая молодежь


Полиция задержала сына вице-президента ЛУКОЙЛа

пауки в банке


Появились сведения о конфликте Саакашвили и Порошенко

политическая риторика


Трамп назвал Путина сильным лидером, а Обаму - беспомощным

их нравы


Супруга Джонни Деппа обвинила актера в побоях

«если увидим прогресс»


Германия меняет позицию по поводу отмены антироссийских санкций

экономическая модель


Александр Разуваев: Помогли ли России рыночные реформы?

Вопрос дня


Как повлияет освобождение Савченко на политический хаос на Украине?


Теории, от которых зависит выживание

Василий Тютин, публицист
   3 февраля 2016, 20:01
Фото: с лично странички на facebook.com

Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •
  •
Сообщить об ошибке  •

В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст Василия Тютина о том, как государство может стимулировать внутренний спрос для развития экономики.

«Государство обязано создавать системы с масштабируемым и прогнозируемым ростом спроса»

В природе существует то, что называется экосистемой или биоценозом. Некая относительно замкнутая среда, самодостаточная и самовоспроизводящаяся. Экосистемы традиционно воспринимаются как благополучные в том случае, если находятся в состоянии равновесия, то есть воспроизводят себя без заметных изменений. С человеческими сообществами и их экономиками все иначе.

Пришедшая в равновесие система воспринимается как остановившаяся в развитии. Она допускается только как этнографический заповедник. От «правильной» системы требуется наличие постоянного роста, изменения, развития. Те, кто этому требованию не соответствуют, поглощаются более динамичными конкурентами.

Традиционный подход к развитию экономических систем предполагает причинно-следственную связь: рост уровня производительных сил – рост экономики. Большое внимание уделяется научно-техническому прогрессу, способам организации производства, классовой борьбе за доступ к результатам труда. При этом увеличение предложения рассматривается как причина, повышение спроса – как следствие, а перепроизводство – как временный кризис. 

Но если непредвзято посмотреть на историю человечества, то можно увидеть, что история цивилизации – это история изобретения способов утилизации перепроизведенного продукта.

Равновесная, «экосистемная» модель родоплеменного устройства была биологически эффективна. Вид Homo sapiens распространился по планете, успешно размножался и осваивал новые ареалы обитания. Сотни тысяч лет вопрос перепроизводства не стоял. Но затем мы на множестве примеров видим, что возникают сообщества, в которых происходит то, что принято называть прогрессом.

Развитие идет до некой новой равновесной точки, после достижения которой локальная «цивилизация» застывает в развитии и начинает себя воспроизводить. До столкновения с другой цивилизацией или до неких внутренних изменений, которые ее видоизменяют или разрушают.

Что объединяет в экономическом смысле известные нам цивилизации Древнего мира? Что было тем фактором, который нарушил равновесие и закрутил маховик экономического развития? На мой взгляд, это было возникновение в системе нового вида спроса, который, в отличие от еды и организации ночлега (человек способен съесть ровно столько, сколько в него влезет, и занимает во сне максимум два квадратных метра), имел бы возможность к многократному росту, не ограниченному биологическими потребностями.

Как выглядят планы по замещению импортных товаров российскими
Как выглядят планы по замещению импортных товаров российскими
Такой спрос первоначально создала религия, а точнее те ее формы, которые предполагали культовые сооружения. Пока шаману было достаточно скакать с бубном, прогресса не было.

Как только он решил поставить камни, а еще лучше – соорудить специальное место для скакания с бубном, и начал предъявлять к такому месту некие, все возрастающие требования, возник новый фактор в экономике – потребность в биологически бесполезном производстве. Производстве, заведомо излишнем и бессмысленном с точки зрения объективных потребностей существования вида.

Древний Египет, Греция – это цивилизации, утилизировавшие миллионы человеко-часов производительного труда в красиво отесанные и сложенные камни. Египетские пирамиды – это символ и окончательное доказательство того, что для развития цивилизации первостепенное значение имеет не то, куда выброшен перепроизведенный продукт, а сам факт системной утилизации такого продукта во все возрастающих объемах.

Вопреки расхожему мнению, строительство пирамид было не бременем и тормозом египетской экономики, а основным ее драйвером. Тем вакуумным насосом, который втягивал в себя излишки и требовал все больше и больше, заставляя экономику вращаться все быстрее и быстрее.

Строительство масштабных культовых сооружений как драйвер экономики имеет свои пределы, обусловленные как инженерными ограничениями, так и падением уверенности в необходимости таких сооружений.

Достигнув определенных высот в реализации созданного религией спроса и подтянув остальные отрасли хозяйства до достигнутого технологического уровня, такая цивилизация приходит в состояние равновесия. Если ей удается сохранить минимально достаточный уровень религиозности населения.

Древний Рим пошел дальше по пути использования другого драйвера – территориальной экспансии. Масштабируя одну и ту же схему (форум, термы, арены) на все более и более отдаленные территории, поддерживая все увеличивающуюся армию, он обеспечил себе длительный период развития, пока не уперся в свой потолок. Доступных к освоению территорий не осталось, новых потребностей не намечалось. Цивилизация замедлилась и стала разлагаться.

На примере Древнего мира мы отчетливо видим, что перепроизводство является, во-первых, неотъемлемой чертой человеческой цивилизации, а не кризисом, а во-вторых, что всякое развитие экономики связано с наличием системообразующих форм способного к продолжительному и масштабному росту спроса.

Кризис перепроизводства – это всегда кризис спроса, отсутствие потребности в произведенных товарах. А, следовательно, отсутствия потребности в людях, этот товар производящих. Отсюда их персональное обеднение и ощущение того, что им всего не хватает. То, что на макроуровне является перепроизводством и отсутствием спроса, на индивидуальном уровне воспринимается как нехватка, бедность и необходимость экономить.

Переходя к современности, легко можно заметить, что история послевоенного экономического развития – это история развития механизмов стимуляции спроса. Тут и мегапроекты вроде высадки на Луну, и бурный рост ВПК, и территориальная экспансия, и раздача денег под видом пособий и кредитов.

Видя эту логику развития, совершенно не удивляешься отрицательной ставке рефинансирования или референдуму о ежемесячной выдаче швейцарцам тысяч евро просто так. Для развития экономики необходимо стимулировать имеющийся спрос и создавать его новые виды.

Происходящий в мире кризис связан с достижением потолка и переходом на «поддерживающие» развитие одного из последних глобальных драйверов роста – информационных технологий. Новый тип гаджета никак не возникает, освоение Марса пока всерьез не вдохновляет – все больше интереса привлекает один известный всем мощный сжигатель ресурсов, организатор спроса и драйвер развития – война.

Все вышесказанное не просто теоретизирование, это позиция, имеющая практические последствия. При ее принятии совершенно меняется подход к тому, как преодолевать кризис и как относиться к роли и задачам государства.

Государство обязано создавать системы с масштабируемым и прогнозируемым ростом спроса. Не ставить задачу удовлетворить весь спрос, сберечь накопленное, сэкономить бюджет. А наоборот, создавать масштабные проекты, новые направления спроса, стимулировать его, снимать запреты, стоящие на пути его удовлетворения.

У нас уже есть близкий исторический пример, собственный опыт, который надо просто правильно понять. Советские руководители ставили задачу удовлетворить спрос, всячески приветствовали его сокращение, в том числе путем экономии и ограничения потребления.

В условиях послереволюционной, а потом послевоенной разрухи это казалось оправданным и логичным. К 1970-м годам реальный спрос был полностью удовлетворен, в СССР не было недостатка в калорийном питании или в крепкой одежде. С точки зрения бывших бедных людей это считалось достижением.

Но в соседней цивилизации бурно развивался спрос не просто на одежду, а на модную одежду, не просто на еду, а на еду удобную, быструю, красивую, разнообразную и дающую ощущения безграничного выбора.

Советская экономика погибла не потому, что не справилась с поставленными задачами, а потому, что, справившись, не получила целей более амбициозных, не получила драйвера роста в виде системно организованного растущего спроса, имеющего разрешенные механизмы удовлетворения.

При адекватном понимании механизмов развития не возникает вопроса, что делать с ипотечниками. Конечно же, помочь и им, и всему рынку недвижимости, дав механизмы реализации имеющейся потребности в жилье с помощью дешевых и гарантированных кредитов.

В условиях России вообще огромный запас неудовлетворенного спроса, который надо только обеспечить механизмами удовлетворения. Причем зачастую для этого достаточно элементарного сокращения разнообразных препон и ограничений. Естественно, при поддержании платежеспособности населения.

У государства широкий набор направлений организации стабильного спроса, которые получат общественную поддержку. От реализации очевидных инфраструктурных проектов по строительству дорог, аэропортов, коммунальных сетей и т.д. до организации чемпионата мира по футболу и освоения Сибири.

Единственная проблема, которая, по общему признанию, обусловливает дороговизну кредита, – это наличие системы мгновенной перекачки любых финансовых вливаний в валюту. Это проблема, требующая своего административного решения, а не удушения экономики, чтобы в эту валюту нечего было переводить.

Худшее, что можно придумать в современных условиях для государства, – это занять позицию экономии и сокращения. Полстраны сидит без работы потому, что другой половине урезают платежи, сокращают бюджеты и закрывают проекты.

Это хуже, чем преступление, это ошибка.


Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

Другие мнения

Кира Берестенко: Закрепить пэрэмогу по законам точных наук

«Без бумажки ты букашка!» «Нет! – решительно ответили мы. – Без бумажки ты генеральный прокурор!» – что тут же доказал украинский президент, назначив Юрия Луценко руководить важным ведомством. Подробности...

Кира Берестенко: Дзен-безвизм

Когда нам презентовали новый состав украинского правительства, моей первой эмоцией было разочарование, что я никого из них не знаю. Правда, вскоре я прочитала, что фраза «я не знаю» является одной из ключевых фраз дзен. Подробности...
Обсуждение: 164 комментария

Антон Копасов: Запад прощается с многопартийностью

Феномен Трампа сейчас активно анализируют на Западе. Даже в России пытаются, отделяя зерна от плевел, разобраться, «а что это в Америке происходит». Хотелось бы добавить в эту кучу и свои три копейки. Подробности...
Обсуждение: 33 комментария

Алексей Остальцев: Чей клан победил – того и правда

В доправовом обществе все решают семьи и кланы. Или «кумовья», как это всегда происходило на Украине. Чей клан победил – того и правда. Поэтому истерика патриотов вокруг Савченко – это всплеск кланово-семейного чувства. Подробности...
Обсуждение: 212 комментариев

Антон Копасов: Мы знаем, что вы сделаете дальше

В отличие от предсказанных Нострадамусом падений метеоритов, наводнений и прочих природных катаклизмов, которые предотвратить невозможно, с провокациями бороться можно и нужно. Есть простой способ. Подробности...
Обсуждение: 25 комментариев

Евгений Каргин: Проблема противоречий между США и Россией имеет несколько измерений

Некоторые аналитики говорят о том, что у России и США есть хорошие предпосылки для военно-политического союза: их больше не разделяет несовместимость идеологий. Однако в реальности все гораздо сложнее. Подробности...
Обсуждение: 66 комментариев

Кира Берестенко: Киевские протестные рецидивы

Почему украинские банки гибнут, а российские продолжают богатеть, принимая украинские вклады? Но главное: может ли настоящий патриот Украины работать в киевском отделении Сбербанка России? Подробности...
Обсуждение: 81 комментарий

Валерий Борягин: «Генетический энтузиазм» украинского национализма

Толпы радикально настроенных молодых людей на Украине есть – это факт. Но есть ли среди них националисты – вот вопрос. Главным мотивом их действий является не «националистическая идеология», а «генетический энтузиазм». Подробности...
Обсуждение: 33 комментария

Федор Татаринов: Национальная идея – это быть собой

Любому народу есть чем гордиться. Даже если его единственные достижения – это умение кидать бумеранги и бить в тамтамы. Составляющими национальной идеи может быть все, что сформировалось в нем самостоятельно. Подробности...
Обсуждение: 81 комментарий

Виктор Пляшкевич: В жизни нужно быть на своем месте

Первый в жизни интерес – это и есть главная мотивация нашего «Я». И зачем тебе, мужчине, торчать в офисе, когда твой ум, радость, деньги, здоровье там – в конструкторском бюро, на стапелях в доке или в экспедиции в Арктике. Подробности...
Обсуждение: 49 комментариев
 
 
© 2005 - 2016 ООО Деловая газета «Взгляд»
E-mail: information@vz.ru
.masterhost Apple iTunes Google Play
В начало страницы  •
Поставить закладку  •
На главную страницу  •
..............