29 августа, понедельник  |  Последнее обновление — 01:27  |  vz.ru

Главная тема


Запрет на чартеры в Турцию отменен

1200-километровый марш


Подразделения ВДВ и морской пехоты переброшены в Крым и на Кубань

«никто этого не признает»


Берлин заявил о провале переговоров об «экономическом НАТО»

«Путин показал американцам»


Немецкий политик: Слова Обамы о том, что Россия – это региональная держава, были ошибкой

Армия и вооружение


СМИ США включили российский Т-90 в топ-5 самых мощных танков мира

Военные действия


Летчики ВВС США рассказали об инциденте с сирийскими Су-24

особый случай


Американские ученые предложили взорвать Меркурий

«нет никаких доказательств»


Ассанж: Клинтон целенаправленно нагнетает антироссийскую истерию

после диверсии


Кремль прекратил все контакты с Порошенко

«Будущее в жанре постапокалиптики»


Ирина Алкснис: Украине никак не удается вырваться из неуклонно ухудшающегося «дня сурка»

Вопрос дня


Обсуждается идея назвать Сталинградом волгоградский аэропорт. Хотели бы вы, чтобы ваша улица (город, аэропорт) носили имя Сталина?

«Провоцируя» Путина на встречу, Эрдоган лишь ухудшает ситуацию

Эрдогану нужна встреча с Путиным – но без выполнения условий, выдвинутых президентом России   2 февраля 2016, 08:10
Фото: Михаил Климентьев/РИА «Новости»
Текст: Петр Акопов

Версия для печати  •
В закладки  •
Постоянная ссылка  •
  •
Сообщить об ошибке  •

Реджеп Эрдоган хочет встретиться с Владимиром Путиным – все еще надеясь, что ему удастся восстановить как их личные, так и российско-турецкие отношения, рухнувшие вместе со сбитым турками 24 ноября Су-24. Впрочем, сам предлог для встречи, выбранный турецким президентом – новые обвинения в адрес России в нарушении воздушного пространства Турции, показывает, что в Анкаре все еще не готовы к серьезным шагам для восстановления отношений.

Российско-турецкой ссоре уже больше двух месяцев – и действия для ее улаживания может предпринять только Анкара. Москва внятно объяснила условия, после выполнения которых отношения могут быть нормализованы – извинения за уничтожение Су-24, наказание виновных и выплата компенсации.

«Эрдоган крайне неуклюже пытается исправить тот урон, который 24 ноября был нанесен его отношениям с Путиным»

Ничего этого сделано не было – судя по всему, Эрдоган и в целом турецкое руководство исходят из надежды на то, что конфликт как-нибудь сам по себе уладится. Постоянные уверения в желании сохранить хорошие отношения с Россией сочетаются с заявлениями о том, что уничтожение самолета было абсолютно правомерным, и извиняться не за что. В самой Турции симпатизирующие Эрдогану эксперты и СМИ постоянно повторяли, что «Россия не может потерять Турцию и поэтому через какое-то время сама пойдет на восстановление отношений».

Но время идет, а никаких признаков того, что Россия готова «забыть и простить», не появляется – и если для нас это совершенно естественно, то турки, похоже, начинают догадываться, что все обстоит гораздо серьезней, чем им казалось. Если в Турции окончательно осознают, что отношения двух стран испорчены всерьез и надолго, то это станет крайне неприятным дополнением к и так уже накопившимся вопросам к Эрдогану. Тупик в турецкой политике по отношению к войне в Сирии, обострение курдского вопроса, в том числе в самой Турции, становящиеся уже регулярными теракты, миллионы беженцев – все это и так является крайне болезненными для турецкого президента темами. Разрыв с Россией одновременно бьет и по турецкой экономике, и по турецким геополитическим интересам, особенно в сирийском конфликте.

Начало переговоров по Сирии в Женеве стало явным сигналом к тому, чтобы Эрдоган попытался восстановить контакты с Путиным. Но он сделал это так, что, как говорится, лучше бы и не пытался.

В пятницу Анкара обвинила Москву в нарушении турецкого воздушного пространства – якобы российский Су-34 на 20 секунд залетел на территорию Турции. МИД вызвал российского посла, а позднее с заявлением на эту тему выступил и сам Эрдоган. Президент сказал, что «если такие нарушения, направленные на суверенитет Турции, продолжатся, то России придется нести ответственность за последствия», а «поскольку нарушенное воздушное пространство еще является и воздушным пространством НАТО, то альянс тоже следит за ситуацией». Эти безответственные шаги идут во вред Российской Федерации, ее отношениям с НАТО, региональному и глобальному миру, заявил Эрдоган. США и НАТО оперативно подтвердили турецкие обвинения, хотя генсек НАТО, заявив, что «Россия должна принять все необходимые меры по недопущению новых нарушений», призвал «к спокойствию и деэскалации».

В Москве категорически отвергли все претензии – наши самолеты не нарушали турецкое воздушное пространство и не получали никаких предупреждений от турецких летчиков. В ответ наши военные опубликовали полученное из Дамаска видео, на котором запечатлен факт обстрела Сирии с турецкой территории.

Но сама история с «нарушением» была нужна Анкаре далеко не только для того, чтобы продемонстрировать своему обществу решимость защищать национальный суверенитет или показать американцам свою атлантическую солидарность (особенно уместную после того, как США согласились с турецкими требованиями не приглашать сирийских курдов в Женеву). Это все важные, но в данном случае побочные цели. Ключевым мотивом было, похоже, желание Эрдогана помириться с Россией.

Потому что после всех обвинений турецкий президент заявил, что попросил МИД запросить встречу с Путиным: «Я сказал переговорить с российской стороной и сообщил, что я хочу лично встретиться с господином Путиным. Наш посол (в Москве) сообщил, что о просьбе было сообщено (Кремлю), но ответа оттуда до настоящего времени еще не поступило». В понедельник пресс-секретарь российского президента сказал, что «Владимиру Путину было доложено об этом желании президента Эрдогана».

Нам, в России, понятно, что никакой встречи не будет – но турецкий президент исходит из своего представления о реальности. В котором именно так и нужно вести дела с русскими – угрожать им столкновением с НАТО и тут же призывать к встрече. Эрдоган не может пойти на выполнение ультиматума Путина – извинения, наказание и компенсация – и хочет повысить ставки, рассчитывая, что в том случае, если на кону будет стоять полномасштабный конфликт России с Турцией, а то и со всем НАТО (как пытаются подать ситуацию турки), Кремль пойдет на переговоры, закрыв глаза на невыполнение Анкарой ранее озвученных Путиным требований.

Для большей убедительности Анкара объявила для ВВС повышенный – «оранжевый» – уровень тревоги, позволяющий летчикам открывать огонь по нарушителям на свое усмотрение, без консультации с властями. Понятно, что, если Эрдоган решится на уничтожение еще одного российского самолета, это приведет как минимум к российско-турецкому боевому столкновению в воздухе.

Но это если предположить, что у Эрдогана есть такие планы – однако игра в войну с Россией на турецко-сирийской границе настолько опасна, что очень сложно себе представить, что в Анкаре серьезно рассчитывают на бескровное для себя повторение событий 24 ноября. Поэтому, скорее всего, нынешний инцидент нужен Эрдогану исключительно для организации встречи с Путиным – каким бы странным ни казалось это на наш, российский, взгляд.

К сожалению, турецкий президент продолжает совершать те же ошибки, что и 24 ноября. Тогда он не понял, что уничтожение российского самолета будет воспринято Путиным как удар в спину – сейчас он не понимает, что метод торга и шантажа не просто бессмыслен, но лишь еще больше вредит турецко-российским отношениям.

Ведь в событиях 24 ноября Россию возмутила не только ничем не мотивированная атака на Су-24, но и дальнейшие действия Анкары – когда вместо попытки объяснений турецкие власти обратились за помощью в НАТО, то есть прикрыли свою провокацию общей атлантической солидарностью. Россия в любом случае не стала бы наносить удары возмездия по турецким самолетам – чтобы не обострять и так сложнейшие условия, в которых нам приходится вести сирийскую кампанию – но само поведение Анкары показало всю двуличность игры Эрдогана. Путин не только не собирался игнорировать турецкие интересы в Сирии (и в курдском вопросе в целом), но и готов был договариваться с Эрдоганом по всем, как потом сказал сам российский президент, «чувствительным» для Турции вопросам – и турецкий президент это знал. Но он попытался увеличить вес своей страны в сирийском и курдском вопросе за счет России – устроив провокацию, в результате которой, по его расчетам, и Москва, и Вашингтон должны были стать внимательней к Анкаре и пойти на большие уступки по Сирии и курдам. Но в результате событий 24 ноября Турция потеряла Россию – и существенно ухудшила свои возможности влиять на идущую около ее границ войну и послевоенное урегулирование. А личным отношениям Эрдогана и Путина и вовсе был нанесен непоправимый урон.

Единственный шанс на быстрое исправление ситуации был в исполнении условий Путина – хотя бы частичном, постепенном. Даже медленное, осторожное движение Эрдогана в эту сторону было бы воспринято в Москве с пониманием – но вместо этого Анкара попыталась запутать всех в своих показаниях, договорившись, например, до того, что просто не знала, чей самолет сбивала. При этом было заметно, что, когда Россия объявила о фактическом замораживании отношений двух стран, а потом и о санкциях, турецкие власти искренне не понимали, что происходит, почему их план не сработал.

Они действительно не хотели осложнения и уж тем более разрыва отношений – и, когда это случилось, не имели плана действий. Принимать российские условия Эрдоган не хотел и, вследствие непонимания российской позиции и личности Путина, стал исходить из того, что долго конфликт не продлится и Россия сама пойдет на примирение. При этом турецкие власти все два месяца продолжали делать заявления о своей готовности восстановить отношения, о желании возобновить контакты на высшем уровне – но Москва, естественно, не соглашалась ни на какое примирение без урегулирования истории 24 ноября.

Казалось бы, это могло подвигнуть Эрдогана к осознанию того факта, что без извинений Путин не будет с ним встречаться – но, напротив, как мы видим по событиям последних дней, это навело его на мысль попробовать надавить на Россию, с тем чтобы добиться желаемой встречи. Несомненно и то, что именно начало сирийских переговоров в Женеве стало для Анкары тревожным напоминанием о необходимости срочного примирения с Москвой – ведь без России, и уж тем более при противодействии России, Турции будет чрезвычайно сложно отстаивать свои национальные интересы в сирийско-халифатско-иракском урегулировании.

Остается надеяться, что неудача этой попытки «провоцирования к примирению» вернет турецкого президента к жесткой, но честной реальности – Путин не ведет переговоры с теми, кого считает предателями. Хотя для главы соседнего и дружественного по сути государства он, конечно, вынужден будет сделать исключение – но только после того, как турецкие власти признают свои действия 24 ноября как минимум ошибочными.


Вы можете комментировать материалы газеты ВЗГЛЯД, зарегистрировавшись на сайте RussiaRu.net. О редакционной политике по отношению к комментариям читайте здесь

 
 
© 2005 - 2016 ООО Деловая газета «Взгляд»
E-mail: information@vz.ru
.masterhost Apple iTunes Google Play
В начало страницы  •
Поставить закладку  •
На главную страницу  •
..............