Кирилл Бенедиктов: Какая Украина нам нужна

Приятно иметь дело с вменяемыми людьми, а не с наследниками «древних укров», построивших египетские пирамиды, обучивших вавилонян боевому гопаку и написавших «Ригведу». Вот только как это сделать?

Последние пять лет между Россией и Украиной не существует нормальных отношений. Это печально, потому что Россия и Украина чрезвычайно близки друг другу – и не только географически. Это неизбежно, потому что российско-украинское противостояние является ключевым фактором большой геополитической игры, которую ведут на просторах бывшего Советского Союза США и некоторые страны Европы. В конце концов, это временно, потому что расстановка сил в мире меняется, а значит, меняются и те конструкции, которые еще вчера казались незыблемыми.

«Дипломатический кризис, вяло тлевший все лето и вспыхнувший, как фейерверк, 11 августа, предвещает большие перемены. Но можем ли мы сейчас разглядеть контуры будущего?»

Дипломатический кризис, вяло тлевший все лето, и вспыхнувший, как фейерверк, 11 августа, предвещает большие перемены. Но можем ли мы сейчас разглядеть контуры будущего?

Хроника событий:

11 июня Чрезвычайный и полномочный Посол России на Украине Виктор Черномырдин назначен советником Президента Российской Федерации. Имя нового посла на Украине не называется. Сам Черномырдин говорит, что это будет «молодой чернявый министр».

23 июня становится известно, что новым послом на Украине будет Михаил Зурабов, прежде занимавший пост министра здравоохранения и социального развития России.

25 июня кандидатура Зурабова одобрена Госдумой РФ. Теперь, по дипломатическим правилам, МИДу РФ следует дождаться агремана (согласия) украинской стороны – только после этого посол будет назначен указом Президента России. Обычно агреман поступает от страны, принимающей нового посла, в течение одной, максимум двух недель. Неписаные правила дипломатии устанавливают крайний срок получения агремана в 36 дней, но подобная проволочка уже граничит с намеренным оскорблением.

23 июля Украина высылает двух российских дипломатов – советника посольства Владимира Лысенко и генконсула в Одессе Александра Грачева. В ответ на это Россия 29 июля предложила досрочно завершить свои миссии в РФ генкосулу Украины в Санкт-Петербурге и одному из советников посольства в Москве. 6 августа – спустя 42 дня после одобрения кандидатуры Зурабова Госдумой – украинский президент Виктор Ющенко наконец-то подписал агреман нового посла. Для большинства телезрителей и читателей газет эта новость прошла незамеченной, но профессиональным международникам было ясно – Украина намеренно вышла за рамки дипломатических приличий.

11 августа президент России Дмитрий Медведев в своем видеоблоге выступил с жесткими заявлениями в адрес Киева. Приезд на Украину нового российского посла был отложен на неопределенное время.

Что все это значит?

Реакция на обращение Медведева была очень острой по обе стороны границы. Александр Дугин, известный своими изысканиями в области конспирологии, заявил, что Россия готова начать войну – но не с Украиной, а за Украину, с Соединенными Штатами. Маргинальные украинские националисты потребовали возвращения Украине статуса ядерной державы («нам бросили вызов и мы должны себя защитить»), отзыва посла из Москвы и закрытия воздушного пространства страны для российских самолетов. В Прибалтике и Польше заговорили о сценариях аннексии Россией Крыма и Юго-Востока Украины.

Серьезная западная пресса, не склонная к алармизму, рассматривала ситуацию более взвешенно. «Во вторник президент Дмитрий Медведев начал кампанию Кремля по возвращению Украины в свою орбиту, заявив, что новый лидер страны должен порвать с антироссийской политикой действующего президента и сотрудничать с Москвой», - пишет, например, влиятельная «The Financial Times». С версией о том, что обращение Медведева – это заявка Кремля на участие в президентской гонке на Украине, согласились многие западные эксперты.

Между тем в действительности все обстоит едва ли не наоборот.

Давайте поиграем в виртуальную игру. Представим себе некое государство – назовем его Центр – от которого двадцать лет назад откололась большая провинция – назовем ее Окраина. Пять лет назад Центр пытался поддержать на окраинских выборах одного из кандидатов, но потерпел поражение. Далекая, но могущественная заокеанская держава – назовем ее Атлантида – используя продвинутые сетевые технологии, подкупила избирателей бесплатными апельсинами и провела к власти своего человечка, по имени, допустим, господин Ю.

Все пять лет правления господина Ю Окраина последовательно ставила палки в колеса Центру – это входило в условия договора, подписанного президентом Окраины с правителями Атлантиды. Пять лет рейтинг господина Ю падал со скоростью цветка сакуры, которая, как известно, составляет пять сантиметров в секунду. Ныне, в преддверии новых выборов, он составляет микроскопическую величину, с трудом различимую невооруженным глазом. И его бывший соперник, и другие кандидаты переигрывают господина Ю шутя. Все, что ему остается – это продолжать дразнить Центр, находя в этом глубокое моральное удовлетворение.

А теперь представим себя на месте президента Центра.

Что нужно сделать Центру, чтобы выборы на Окраине пошли по его сценарию? Для начала неплохо было бы поддерживать постоянные контакты с кандидатами в президенты, проводить консультации, искать точки соприкосновения. Одним словом, быть в курсе дела.

Без Чрезвычайного и Полномочного посла эта задача усложняется на порядок.

Если бы у Атлантиды не было своего посла на Окраине во время апельсиновой революции, пропало бы важнейшее связующее звено, через которого господину Ю передавали ценные указания, финансовые документы и слова моральной поддержки. Не говоря уже о том, что посольство Атлантиды было мозговым центром всех сетевых организаций, раздававших народу бесплатные апельсины.

Но мы – то есть президент Центра – принимаем решение не направлять на Окраину нашего посла. И намекаем, что до смены политического руководства на Окраине нашего посла там могут и не увидеть.

Внимание, вопрос: как Центр собирается в этой ситуации влиять на выборы на Окраине? И собирается ли вообще?

Ставки для Украины

Реакция на обращение Медведева была очень острой по обе стороны границы (фото: ИТАР-ТАСС)

Вернемся в нашу реальность. За последние пять лет оранжевая власть в Киеве фактически превратила Украину в расколотое государство. Цивилизационные и религиозные различия были на Украине всегда, но за время президентства Ющенко они стали глубже и обрели дополнительное политическое измерение. Западная Украина, Восточная Украина и Крым – по сути дела, три разных страны в рамках одного государства.

В создавшейся ситуации любая попытка вмешательства во внутренние дела Украины может стоить России очень дорого. Не потому, что расколет Украину еще больше, а в буквальном смысле: астрономический бюджет и минимум отдачи. Между тем политика отстранения обойдется значительно дешевле, если вообще не даром. Плоды же ее будут вкуснее хотя бы потому, что сами свалятся нам в руки.

Вторым (после политико-географического раскола) важнейшим фактором, влияющим на ситуацию на Украине, является перманентный кризис ее политической системы. «Мы пытаемся создать нормальную страну, базируясь на ненормальной политической системе», - с грустью признает бывший советник президента Кучмы, украинский политолог Дмитрий Выдрин. Выдрин считает, что корень зла– в том, что Украина находится в постоянном поиске политических форм. И парламентско-президентская, и президентско-парламентская системы для нее не подходят. «Тринадцать лет назад я считал президентскую республику более приемлемым для Украины вариантом, - говорит Выдрин. – Сейчас я считаю, что нам нужна чисто парламентская республика, с ликвидацией института президентства».

Постоянные скандалы в Раде, блокирование фракциями работы парламента, ссоры и коррупция – вот отличительные черты нынешней политической реальности на Украине. К этому уже все привыкли, к политической нестабильности относятся как к неизбежному злу.

Поскольку никто из нынешних претендентов на президентское кресло отменять институт президентства явно не собирается, Украина, вероятнее всего, зависнет в нынешнем состоянии перманентного кризиса еще на пять лет (а возможно, и дольше).

Надо иметь в виду, что такая ситуация возникла на Украине не вчера. Еще в 2004 году, в преддверии прошлых выборов, сторонники Ющенко обвиняли московских политтехнологов в том, что они руководствуются теорией «управляемого хаоса». В этом был определенный резон, вот только «управляемый хаос» на Украине не был создан Павловским и Гельманом. Они только учитывали этот фактор в своих моделях.

Когда в результате повторно проведенного второго тура выборов президентом стал Ющенко, и в Москве, и в Киеве было много разговоров о «позорном провале» российских политтехнологов. Но с победой «оранжевых» «управляемый хаос» никуда не делся. Геополитически Россия ничего не потеряла – Украина не вступила в НАТО, Черноморский флот остался в Севастополе. Более того, именно в годы президентства Ющенко стало ясно: вероятность того, что Украина станет единым цельным европейским государством, чрезвычайно мала. И мала прежде всего потому, что «оранжевые» ориентированы на конфронтацию с Россией, которая не пользуется поддержкой значительной части населения страны.

Третий фактор, серьезно влияющий на выбор стратегии России, заключается в том, что сейчас Украина представляет собой своего рода приз в глобальной политической игре Востока и Запада. Ковбои-неоконсерваторы Буша-младшего в свое время вложили огромные деньги в проект «Украина как непотопляемый авианосец у берегов России». Вне зависимости от желания администрации Обамы продолжать этот проект, такие суммы по графе «невозвратные издержки» не списываются. К тому же старый «друг» России Збигнев Бжезинский, консультирующий Обаму по вопросам внешней политики, всегда считал Украину чрезвычайно важной фигурой на своей «великой шахматной доске». Бжезинский утверждал, что потеря Украины была самой большой геополитической неудачей Российского государства. «Отречение от более чем 300-летней российской имперской истории означало потерю потенциально богатой индустриальной и сельскохозяйственной экономики и 52 млн. человек, этнически и религиозно наиболее тесно связанных с русскими, которые способны были превратить Россию в действительно крупную и уверенную в себе имперскую державу», - писал старина Збиг еще в 1997 году. Бжезинский и до сих пор уверен, что без Украины Российская империя не возродится никогда. Поэтому американцы будут продолжать спонсировать украинский проект, пусть даже вступление Украины в НАТО перенесено на неопределенное будущее. Поскольку электоральный потенциал Ющенко, мягко говоря, невелик, ставка будет сделана на другого кандидата, вероятнее всего, на Арсения Яценюка.

Постоянные скандалы в Раде, блокирование фракциями работы парламента, ссоры и коррупция (фото: Reuters)

Администрация Буша-младшего оставила после себя целую плеяду политических клиентов в Восточной Европе, твердо намеренных избавить Украину от тлетворного российского влияния. Первую скрипку среди них играет неформальный союз прибалтийских республик, Польши и Швеции. Польша, помимо старых претензий на влияние в этом регионе, всеми силами стремится укрепить буферную «зону безопасности» между собой и Россией. Швеция же вступила в украинскую игру после того, как ее премьером стал консерватор и ярый поклонник Буша-младшего Фредерик Рейнфельдт.

Буш-младший уже давно на покое жарит барбекю, а Рейнфельдт по-прежнему сражается за старую идею «Балтийско-Черноморской Дуги» - кольца государств, охватывающего ненавистную Россию. В этом кольце Украине отводится почетная роль – речь идет даже о «континенте, объединенном Украиной»... Эта компания с удовольствием поддержала бы кого-нибудь из отмороженных украинских националистов, вроде Олега Тягнибока, но поскольку шансов у маргиналов практически нет, то ставка будет сделана, скорее всего, на Юлию Тимошенко, которой Рейнфельд явно симпатизирует.

Тимошенко, скорее всего, будет «кандидатом Европы» - страны ЕС заинтересованы в ней, как в эффективном менеджере, способном решить вопросы газового транзита. По мнению Выдрина, если на выборах победит Тимошенко, «Украина возьмет на себя роль посредника между Россией и Западом... и будет одновременно «подавать сигналы», мол, я вам симпатизирую, обеим сторонам. А поскольку посредник эффективен лишь тогда, когда не могут сговориться между собой продавец и покупатель, Украина... будет постоянно пытаться поссорить Россию и Запад».

Наконец, Виктор Янукович традиционно воспринимается как «кандидат Кремля», пророссийский политик и т.д. Это, конечно, миф – правительство Януковича не раз заявляло, например, о том, что вступление Украины в НАТО остается его стратегической целью. Но очевидно, что Янукович тесно связан с финансово-промышленными группами Восточной Украины, которые, в свою очередь, имеют традиционно хорошие отношения с российским бизнесом. В случае победы Януковича Украина, вероятно, несколько отдалится от Запада, но вряд ли приблизится к России. Скорее, она начнет позиционировать себя как некую евразийскую страну, одинаково хорошо расположенную ко всем соседям. В этом случае не исключено создание новых политических конфигураций, например, стратегического союза Украины и Казахстана, и – что более интересно – Украины и Турции.

Парадокс ситуации, на мой взгляд, состоит в том, что у России сейчас нет острой необходимости вести собственную игру на Украине. Вне зависимости от результатов президентских выборов, Украине вряд ли удастся выйти из состояния «управляемого хаоса». А значит, ни одна из сторон, делающих ставки, не сможет одержать убедительной победы.

Если рассматривать обращение Медведева с этих позиций, то решение не направлять на Украину нашего посла выглядит вполне оправданным и своевременным шагом. Россия недвусмысленно дает понять, что не намерена вмешиваться в ход украинских выборов – и заодно преподносит слегка обнаглевшим «оранжевым» наглядный урок. Не стоит высылать под надуманными предлогами наших дипломатов. Не стоит до неприличия долго затягивать с выдачей агремана послу. Не стоит мешать Патриарху посещать те города, которые он считает нужным посетить. Не стоит устраивать провокации вокруг Черноморского флота. Иначе ведь можно и нарваться.

По словам одного из дипломатов украинского МИДа, неоднократно цитировавшихся в последние дни в прессе, «на дипломатическом языке неприезд посла гораздо оскорбительнее, чем его отзыв. Фактически, это не кукиш и даже не щелбан, а смачная оплеуха».

Что делать дальше?

Но ведь нам же не все равно, что будет с Украиной, правда?

Бог с ней, с империей, но хотелось бы все-таки жить в мире и дружбе с народом, близким к нам и по духу, и по крови (да, я знаю, что есть украинцы, всерьез считающие себя славянами и даже ариями, а русских – смесью угро-финнов и монголо-татар; к ним мое пожелание не относится). Хорошо бы ездить друг к другу в гости, не простаивая часами на границе. Приятно, наконец, иметь дело с вменяемыми людьми, а не с наследниками «древних укров», построивших египетские пирамиды, обучивших вавилонян боевому гопаку и написавших «Ригведу».

Вот только как это сделать?

Например, развивать то, что американцы называют «soft power», мягкую силу. Действовать примером, а не напором. Как сказал в том же обращении президент, укреплять гуманитарное сотрудничество. Открытие в нескольких украинских городах отделений Российского центра науки и культуры – только начало. Культурное влияние – страшная сила, кто не верит, пусть познакомится с процессом американизации Японии после Второй мировой войны. Не случайно же так разволновался Ющенко, когда во время посещения Крыма речь зашла о российских культурных программах. «Это проекты, настроенные не только против государства в целом, но и против вас, против вашей семьи, против ваших детей. Это провокация против Украины», – пугал он слушателей. Речь шла, напомню, об открытом в Севастополе Доме Москвы, филиалах МГУ им. Ломоносова, НИИ стран СНГ и других проектах.

Если мы хотим иметь в лице Украины друга и союзника, а не жадного нахлебника, нам нужно сделать так, чтобы российская модель была бы привлекательна для всех жителей Украины, а не только для строителей-гастарбайтеров и симпатичных девчушек из Донецка и Мариуполя. Конечно, западноевропейский и американский образцы еще долго будут привлекательнее, но Россия гораздо ближе, и в этом ее основное преимущество.

Мы выиграем битву за Украину, когда для абитуриента из Полтавы или Симферополя поступить в МГУ будет престижнее, чем в Киевский университет. Когда стажировка в Газпроме или Роснефти станет сниться молодым украинским карьеристам в сладких снах. Когда взаимная культурная экспансия вновь объединит искусственно расколотую историческую память и сотрет взаимные обиды.

Почему-то я уверен, что это произойдет еще при нашей жизни.